303 подписчика

Почему при СДВГ у ребенка учиться нужно в первую очередь родителю

2 февраля2 фев

1 мин

(реальный кейс, описанный со слов клиента) 🛫 Со сложностями в поведении дочки я столкнулась еще в раннем детстве, но школа окончательно подсветила проблему: конфликты из-за уроков возникали ежедневно, а о самоорганизации не шло и речи. То, что в саду казалось обычным «витанием в облаках», в школе стало серьезным барьером. Во втором классе, с введением системы оценок, добавились тревога и самобичевание («я глупая»), и я поняла, что без помощи специалистов не обойтись. Психиатр поставил диагноз СДВГ и рекомендовал комплексный подход: медикаменты плюс поведенческую терапию. При этом врач четко дал понять: медикаменты не будут эффективны без обучения меня, как родителя, навыкам управления поведением ребенка с СДВГ. Для освоения этих навыков и выстраивания системы взаимодействия я обратилась к Викторовой Ольге. Ольга помогла мне понять механику работы мозга при СДВГ, и я перестала требовать от ребенка невозможного. Мы внедрили четкие поведенческие протоколы, изменили систему мотивации и

(реальный кейс, описанный со слов клиента)

🛫 Со сложностями в поведении дочки я столкнулась еще в раннем детстве, но школа окончательно подсветила проблему: конфликты из-за уроков возникали ежедневно, а о самоорганизации не шло и речи. То, что в саду казалось обычным «витанием в облаках», в школе стало серьезным барьером.

Во втором классе, с введением системы оценок, добавились тревога и самобичевание («я глупая»), и я поняла, что без помощи специалистов не обойтись.

Психиатр поставил диагноз СДВГ и рекомендовал комплексный подход: медикаменты плюс поведенческую терапию. При этом врач четко дал понять: медикаменты не будут эффективны без обучения меня, как родителя, навыкам управления поведением ребенка с СДВГ.

Для освоения этих навыков и выстраивания системы взаимодействия я обратилась к Викторовой Ольге. Ольга помогла мне понять механику работы мозга при СДВГ, и я перестала требовать от ребенка невозможного. Мы внедрили четкие поведенческие протоколы, изменили систему мотивации и способы постановки задач. Я научилась тактикам, которые помогают дочке справляться с негативными эмоциями.

Результат: уже через несколько недель скандалы из-за домашних заданий практически исчезли. У ребенка заметно выросла мотивация, и, что самое важное, я вижу первые шаги к самостоятельному управлению временем.

Мой главный вывод: именно родительский коучинг и поведенческая терапия — это основа для компенсации симптомов СДВГ и залог улучшения отношений в семье. Я очень благодарна специалистам за помощь и поддержку.