Приветствую! Сегодня я хочу рассказать вам свою непростую историю лечения сколиоза. Впервые этот диагноз мне установили в 16 лет, когда весь класс повели на плановую флюорографию. После исследования врач позвал меня в кабинет и спросил, знаю ли я про своё заболевание. Я ответила, что нет и очень удивилась, увидев на экране изогнутый позвоночник. Вернувшись из школы домой, я рассказала маме про находку, на что она ответила: «ничего страшного, я всю жизнь живу со сколиозом». Так как я была ответственным подростком, то решила не пускать ситуацию на самотёк. Пошла в поликлинику, записалась на массаж и физиотерапию. Детский ортопед рекомендовал мне ношение корсета Шено, тогда я обратилась в местный центр «Сколиолоджик», но там мне отказали в его изготовлении. Оказывается моя основная сколиотическая дуга располагалась слишком высоко, и корсет попросту не смог бы на неё воздействовать. Изучив информацию в интернете, я узнала, что для того чтобы остановить прогрессию сколиоза, необходимо укреплять мышцы спины. Тогда начались мои регулярные упражнения ЛФК, йога, плаванье в бассейне, а позже и силовые тренировки в спортивном зале.
Свои занятия физкультурой я продолжала на протяжении 7 лет. Каждый год я делала рентгенографию позвоночника, на которой фиксировалась небольшая прогрессия заболевания, 2-3 градуса за год. На первом сделанном мною рентгене угол искривления основной дуги составлял 28 градусов.
Спустя 7 лет мой позвоночник изогнулся на 45 градусов. Несмотря на регулярные тренировки, я стала испытывать частые боли в повседневной жизни. Не могла долго ходить, стоять и сидеть. Всё чаще нуждалась в отдыхе лёжа. Тогда я задумалась об операции.
Благодаря интернету, я узнала о существовании динамической конструкции для исправления сколиоза. Её основное отличие от классической ригидной заключается в том, что винты в позвонки устанавливают через боковой доступ, а между ними, вместо титанового штифта, натягивают эластичный корд. Это позволяет сохранить практически полную подвижность позвоночника и прежний образ жизни. Вдохновившись прочитанным, я отправилась в Москву на консультацию в больницу ЦИТО к доктору по фамилии Швец. Владимир Викторович изучил мой снимок и сразу сказал, что динамическая конструкция здесь не подойдёт. Всё дело в незаметной на первый взгляд компенсаторной дуге искривления, которая располагается на уровне ключиц. Динамическую конструкцию через боковой доступ невозможно установить выше 5 грудного позвонка, соответственно верхняя дуга останется незафиксированной, что приведет к перекосу плечевого пояса и нарушению баланса всего тела. Доктор предложил поставить классическую ригидную конструкцию, затронув только грудной отдел. В этом случае все зафиксированные позвонки срастутся между собой в единую кость, подвижность позвоночника в этом отделе утратится. Однако у меня останется свободная поясница, и отличия в подвижности с жизнью до операции не будут столь кардинальными.
Эта новость меня расстроила. Я ведь мечтала о том, что смогу исправить своё искривление, сохранив при этом подвижность позвоночника. Вернувшись домой в Петербург, я решила получить второе мнение, и отправилась в больницу Вредена к доктору Пташникову Дмитрию Александровичу. Его приём был кратким, он взглянул на рентгеновский снимок и сказал, что здесь лучше поставить ригидную конструкцию для достижения лучшей коррекции. Сопоставив мнение двух профессоров, я пришла к выводу, что установка жесткой конструкции является моим единственным выходом. Я решила оперироваться в родном городе, Санкт-Петербурге, в больнице Вредена.
Наступил день Х. Лежа на операционном столе, дыша в кислородную маску, я готовилась очнуться в лучшей жизни. Я надеялась избавиться от болей, стать выносливой, гулять и двигаться столько, сколько мне захочется. Я закрыла глаза и погрузилась в наркоз…
Сразу после операции я поняла, что со мной что-то не так. Несмотря на изначальные прогнозы врачей, у меня сильно перекосило плечевой пояс. Оказалось, что Дмитрий Александрович и не подумал закрепить позвоночник выше 5 грудного позвонка, как это советовал сделать хирург из ЦИТО. Поэтому верхняя дуга осталась наполовину свободной, в следствии чего у меня задралось одно плечо, лопатка и грудь, перекосился корпус и центр грудной клетки. Появились сильные боли в трапеции, плечах и со стороны задранной лопатки. Эти боли не прошли даже спустя 11 месяцев от операции. Помимо этого, во время коррекции позвоночника, его излишне загнули вперед, создав тем самым гипер кифоз.
У меня началась нестабильность шейного отдела, шея выходила из корпуса под наклоном, развивался синдром PJK, голова постепенно заваливалась вперед.
Все эти термины я узнала уже от другого врача, Губина Александра Вадимовича, к которому обратилась с жалобами на сильные боли, не проходящие спустя пол года от операции. Его приём длился целый час, он внимательно изучил мои бумаги и провел осмотр. По КТ доктор увидел, что несколько винтов установлены неправильно, они выходят за позвонки и упираются в аорту. Один из винтов к этому времени уже деформировал её контуры. По этой причине меня поставили на срочную квоту для повторной операции. Доктор объяснил, что ему известны случаи, когда пациенты после аналогичной врачебной ошибки умирали спустя год от разрыва аорты. Также требовалось убрать гипер кифоз и продлить конструкцию наверх, сделать то, что должны были сделать врачи ещё в первую операцию - исправить и зафиксировать верхнюю дугу искривления.
Почему же я не обратилась к доктору Пташникову повторно?
Я оперировалась в больнице Вредена по квоте, но за 3 дня до операции врач сказал, что я должна ему «обязательную фиксированную благодарность», иначе операции не будет. Я была в состоянии шока, и так как уже настроилась на операцию и сдала все анализы, то согласилась. До сих пор вспоминаю его фразу «я должен знать, зачем иду в операционную». Сейчас я понимаю, что это должно было стать вторым предупредительным звоночком, после первой консультации, которая длилась всего 5 минут. Доверившись статусу доктора, я даже не подумала, что он может не увидеть такую очевидную особенность моей болезни, которую с первого взгляда заметил врач из ЦИТО. После операции я отправила Дмитрию Александровичу КТ, неделями писала ему с просьбой посмотреть, он в итоге ответил, что у меня всё замечательно. На этом же самом КТ, уже позже, новый врач обнаружил угрозу для жизни в виде винтов, травмирующих аорту.
Спустя 11 месяцев от первой операции мне было тяжело ходить и стоять, сразу начинались боли в лопатках и шее. Я не могла принять своё отражение в зеркале. Кривые плечи, сутулость, торчащая углом лопатка, корпус наклонённый в одну сторону, мой вид доводил меня до слёз.
Я очень ждала вторую операцию, считала дни до неё также, как дети отсчитывают время до наступления Нового года.
4 ноября 2025 года, спустя 11 месяцев от первой операции, мне была проведена повторная операция в клинике Пирогова по тому же шву и с дополнительным разрезом сверху до шеи.
Что было сделано?
▫️был рассверлен костный блок с левой стороны, извлечен титановый штифт, винты, травмирующие аорту, были заменены на более короткие (несколько винтов удалили безвозвратно)
▫️были установлены дополнительные винты на 5 позвонков выше прежней конструкции
▫️с левой стороны был установлен новый длинный штифт, соединяющий позвонки th1-th12, произведена коррекция компенсаторной дуги искривления
▫️с правой стороны, дабы минимизировать травму, старый штифт не извлекался, продление конструкции наверх было осуществлено с помощью переходника и дополнительного третьего штифта
▫️с левой стороны сделана резекция одного ребра
▫️произведена отстройка благоприятного положения тела, убран гипер кифоз
По итогу, сразу после операции улучшился баланс плеч, шея стала ровнее. Меня перестало склонять вперед, левое западающее плечо расправилось. Лопатки встали практически на один уровень.
По прошествию месяца ушли боли в левой лопатке, которые беспокоили меня весь последний год.
Всё восстановление от второй операции происходит гораздо легче, чем после первой. Не знаю в чем тут причина, в золотых руках врачей, в моём боевом настрое или в объеме операции, но факт останется фактом. После первой операции я не вставала 3 дня. Во второй раз я встала на следующий день, как только меня привезти из реанимации. Оперативное вмешательство произошло во вторник, в пятницу вечером я уже поехала домой. В первый раз я пробыла в стационаре ≈ 10 дней.
В больнице Вредена был очень тяжелый наркоз, от которого меня рвало и колотило несколько дней. В клинике Пирогова наркоз был чудесным, меня совсем не тошнило. Я начала кушать на следующий день после операции. Кстати, кушала в этот раз я самостоятельно. В первую госпитализацию я не могла поднять даже ложку, и меня несколько дней кормил близкий человек.
В больнице и после возвращения домой, я старалась как можно чаще вставать и расхаживаться. Это очень важная часть выздоровления. Тяжело, больно, неудобно, но надо вставать и идти навстречу своему здоровью. Спустя 2 недели от операции я смогла доехать до почты и отправить письмо. Через 3 недели стала выходить ненадолго гулять на улицу. Через месяц впервые дошла до кафе. Спустя 5 недель пошла в бассейн. Я плаваю полноценным брасом с опущенной в воду головой. Конструкция никак не мешает мне плавать, несмотря на её высокое крепление. После первого заплыва у меня ныли мышцы шеи, но со второго раза этого чувства не было. Пока что я плаваю не долго 15-20 минут, но для раннего послеоперационного периода этого вполне достаточно. Помимо бассейна я выполняю лечебную физкультуру дома, лёжа на коврике. Это простые движения руками и ногами, а также укрепление пресса.
Я очень радуюсь своим темпам выздоровления, но негативные моменты тоже есть:
▫️плечи стали значительно ровнее, но все равно находятся на немного разной высоте, шея склоняется в одну сторону (понимаю, что это может быть следствием долгого неправильного положения мышц и сейчас им нужно время, чтобы вернуться в норму)
▫️всё ещё сильно торчит лопатка с левой стороны
▫️остался реберный горбик с правой стороны спины
▫️мышцы спины сильно стягивает, меня не покидает ощущение «рюкзака за спиной»
Однако я безмерно благодарна врачам клиники Пирогова, Губину Александру Вадимовичу, Геворгиз Софии Александровне, Джуматову Тимуру Алишеровичу, всему медицинскому персоналу больницы и замечательному администратору Виталине. Исправлять чужие ошибки всегда гораздо сложнее, чем сразу сделать хорошо. Однако упомянутые выше люди не оставили меня наедине с бедой, и сделали всё возможное, и даже больше, чтобы мне помочь. Верю, что оставшиеся негативные моменты будут беспокоить меня всё меньше по ходу выздоровления.
На этом пока всё. Сейчас я продолжаю восстанавливаться, пью витамины, стараюсь больше кушать и спать, активничаю в меру, чтобы не перегружать спину.
Если вам интересно наблюдать за моим выздоровлением, присоединяйтесь к моему Telegram каналу:
Буду рада Вас там увидеть. Всего доброго и будьте всегда здоровы 🙏