Найти в Дзене
Литературный маяк

Типы повествования в художественной прозе. Часть 2

Продолжаем разбирать типы повествования, и сегодня у нас в программе — око. Сюда относится само всевидящее око и два типа рассказчика. 1. «Всевидящеее око» или просто «око» — всеведущий автор, который знает все. Вам хорошо знаком такой прием по «Войне и миру». Вспомните, Толстой мог описывать действия и мысли чуть ли не каждого солдата Кутузова, оставаясь все время как бы над историей, наблюдая ее сверху и подмечая каждую мелкую деталь каждого, даже несущественного персонажа. Признаки:
— свободные переходы между персонажами (понятно, что тут важна стилистика, все же не стоит делать это совсем внезапно, читатель запутается),
— знание предыстории всех и вся,
— философские или исторические вставки. Что можно:
— охватывать большие миры и эпохи,
— сравнивать судьбы (через демонстрацию этих самых судеб),
— погружаться в точку зрения любого персонажа (опять-таки, не стоит делать это хаотично, лучше придерживайтесь правила: одна сцена = один фокал, но возможно всякое. Все упирается в мастерств

Продолжаем разбирать типы повествования, и сегодня у нас в программе — око. Сюда относится само всевидящее око и два типа рассказчика.

1. «Всевидящеее око» или просто «око» — всеведущий автор, который знает все. Вам хорошо знаком такой прием по «Войне и миру». Вспомните, Толстой мог описывать действия и мысли чуть ли не каждого солдата Кутузова, оставаясь все время как бы над историей, наблюдая ее сверху и подмечая каждую мелкую деталь каждого, даже несущественного персонажа.

Признаки:
— свободные переходы между персонажами (понятно, что тут важна стилистика, все же не стоит делать это совсем внезапно, читатель запутается),
— знание предыстории всех и вся,
— философские или исторические вставки.

Что можно:
— охватывать большие миры и эпохи,
— сравнивать судьбы (через демонстрацию этих самых судеб),
— погружаться в точку зрения любого персонажа (опять-таки, не стоит делать это хаотично, лучше придерживайтесь правила: одна сцена = один фокал, но возможно всякое. Все упирается в мастерство автора).

Что не стоит делать:
— злоупотреблять отвлечениями от основного сюжета (сейчас многостраничные рассуждения о судьбах дубов воспринимаются не с таким энтузиазмом),
— «спасать» сцены комментариями и разъяснениями (в таком случае автор кажется беспомощным),
— отнимать у читателя работу интерпретации, то есть вмешиваться и писать: «Дорогой читатель, я осуждаю Ивана, никогда так не делайте. Он достоит самой мучительной смерти».

Око излагает историю, оставляя толкование на совесть читателя. Читатель призадумается и сделает свои выводы. Причем разные читатели могут сделать разные выводы о теме, идее и морали истории. Это огромный плюс (впрочем, это огромный плюс для книги, написанной любым типом повествования).

 Опасность ока: всеведение легко превращается в лекцию, если автор увлечется, а лекция рискует вызвать скуку.
Опасность ока: всеведение легко превращается в лекцию, если автор увлечется, а лекция рискует вызвать скуку.

2. Два типа рассказчика
(важно не путать с фокальным повествованием, это не фокал!)
2.1. Субъективный рассказчик. Это когда рассказчик имеет мнение и не скрывает его.

Признаки:
— оценки, эмоции, ирония (рассказчик не скрывает своего пренебрежения\лжи, счастья\и прочего, это искажает информацию, которую он рассказывает, она подается через призму его отношения),
— возможная ненадёжность (такой рассказчик может врать, недоговаривать, манипулировать персонажами и мнением читателя),
— рассказчик рассказывает свою часть от «Я», а саму историю — третьим лицом (чаще). Еше одно первое лицо может запутать читателя. Или автор отлично владеет слогом и может сделать непохожие друг на друга «Я». Можно рассказать саму историю от ока, если сам рассказчик в ней не участвовал, но хорошо знает,
— рассказчик — это не фокал. Фокалы — это тот персонаж\те персонажи, которые у него в истории главные. Соответственно, вспоминаем правило 1 и 3 лиц: никаких заместительных для фокала и его знакомых.

Опасность
— автор через рассказчика может начать поучать или скатиться в морализаторство,
— автор, а как следствие и рассказчик, сам запутается в своей лжи,
— слить финал, потому что автор сам не понял, зачем добавил рассказчика.

4.2. Объективный рассказчик. Он максимально нейтрален.
Конечно, рассказчик — это тоже некое «Я» со своим характером, у него есть заблуждения и эмоции, но разница в намерениях: если субъективный знает о своей лжи и делает это намеренно с какой-то целью, то объективный старается быть честным и изложить все максимально беспристрастно. О, какое тут поле для создания интриг (человек уверен, что говорит правду, но читатель видит, что это не так и пр.)!

Признаки:
— отсутствие комментариев, которые направят мысли и эмоции читателя и собьют его,
— факты говорят сами (рассказчик просто излагает факты, оставляя интерпретацию читателю),
— доверие к читателю (то есть никаких объяснений в лоб и разжевываний),
— рассказчик рассказывает свою часть от «Я», саму историю третьим или оком, если не участвовал в ней; если участвовал, то его «Я» будет пассивно (он не главный персонаж, он просто наблюдает и фиксирует).

 Золотое правило:
чем объективнее рассказчик — тем активнее работает читатель.
Золотое правило: чем объективнее рассказчик — тем активнее работает читатель.

Важно про метод рассказчика (про оба вида):
— рассказчик — это отдельный персонаж, которого надо прорабатывать, как и прочих. У него свои цели, мечты, желания, характер, недостатки и все прочее,
— у рассказчика должна быть причина все это рассказывать (к примеру, исповедь перед смертью, на память потомкам, отчаяние одиночества, а потом кто-то находит и читает и пр.), если вы не можете придумать зачем Ване рассказывать нам эту историю (не важно участвовал он сам в ней или нет), то подумайте, точно ли вам нужен рассказчик,
— рассказчик должен влиять на сюжет. Его вводят в историю с какой-то целью: финальный твист, подмена персонажа, особые условия, что угодно, но как-то на сюжет это повлиять должно, иначе опять-таки — зачем вам лишний персонаж, к тому же без цели?

-3