Когда у чуда слишком много свидетелей
В период с 1968 по 1971 год в Египет произошло нечто крайне неудобное для рационального объяснения.
На крыше небольшой коптской церкви стала по ночам появляться светящаяся женская фигура. Она не говорила, не передавала посланий и не предсказывала бедствий. Она просто… появлялась.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
Потом снова.
И снова.
Так продолжалось три года.
Да — три года.
Чудо в Зейтуне необычно не столько тем, что люди утверждали, что видели, сколько тем, кто именно это видел — и именно это делает привычные способы «разоблачения» неловкими.
Явления наблюдали сотни тысяч людей — христиане, мусульмане, атеисты, скептики, журналисты, священники и полицейские. Каждую ночь улицы заполнялись толпами. Движение останавливалось. Люди забирались на крыши. Целые районы прекращали обычную жизнь, чтобы просто смотреть.
Что ещё менее удобно — происходящее фотографировали и снимали на плёнку. И не один раз — многократно.
Свидетели описывали светящееся существо человеческой формы, молча стоящее на куполе церкви. Чаще всего его отождествляли с Девой Марией — по позе и традиционным иконографическим образам. Иногда фигура появлялась одна. Иногда рядом возникали светящиеся голуби или шары света. Иногда она двигалась. Затем исчезала.
Это были не мгновенные вспышки. Многие появления длились минуты, а иногда и часы. Этого хватало, чтобы толпы успели среагировать, камеры — настроиться, а скептики — исчерпать запас удобных объяснений.
Правительства обычно мастерски игнорируют массовые сверхъестественные заявления. Но не Египет. Власти почти год проверяли версии мистификации и световых трюков, прежде чем публично заявить, что не нашли объяснения происходящему.
Сама церковь поначалу тоже была осторожна. Для признания чуда требуется серьёзное расследование. Однако после длительной проверки Коптская православная церковь официально признала события подлинными.
Явления начались менее чем через год после сокрушительного поражения Египта в Шестидневной войне. Страна была ранена, дестабилизирована и морально подавлена. И феномен возник не в пределах одной религиозной группы — он пересёк границы веры.
Никаких апокалиптических посланий не последовало. Только присутствие. И, честно говоря, это делает всё ещё труднее для объяснения.
Феномен был безмолвным, не вступал во взаимодействие и вёл себя скорее как визуальное проявление, а не как вестник. Он выбрал религиозное место — и был виден людям, которые вообще не верили в Марию.
Ни одно технологическое объяснение полностью не подходит. Ни одно психологическое — тоже. Нет и религиозного толкования, которое объясняло бы, почему всё происходило именно так. Но это не обязательно означает, что явление было божественным.
Толпа увидела нечто, что достаточно вписывалось в существующие верования, чтобы быть принятым, но не объяснённым. При этом небольшая группа людей утверждала, что видела лишь странные вспышки света.
Почему явление было видно именно этой группе людей? Если уж проявляться перед такой огромной толпой — почему не всему миру? Я не утверждаю, что это не было божественным чудом — лишь то, что статистически более вероятно существование более простого объяснения, даже инопланетного, чем явление Девы Марии.
Но, с другой стороны, это слишком много людей, чтобы всё сводилось лишь к неверно истолкованному свету.
Инцидент остаётся в той зоне, где уверенность начинает рассыпаться. Это не было частным переживанием одного человека — это происходило перед тысячами людей, ночь за ночью, через границы культур, вер и политических взглядов. Они стояли вместе и наблюдали один и тот же свет, движущийся по крыше.
Событие не требует веры, но и не позволяет равнодушия. Оно упорно сопротивляется попытке тихо убрать его в архив.
Именно эта неоднозначность и поддерживает историю живой. Возможно, в этом и был смысл. Может быть, дело никогда не было в доказательствах, а в напоминании о том, насколько тонка граница между известным и неизвестным.
Чем бы это ни было, оно выбрало видимость вместо объяснения — и это, пожалуй, самое тревожное.