На днях украинский языковой омбудсмен Ивановская заявила следующее: «Ты выходишь за порог дома и оказываешься в публичном пространстве. Язык публичного пространства – государственный язык. Точка. Если ты даже у себя на работе решаешь не какой-то деловой вопрос, а общаешься о своём пёсике или котике, ты все равно должен это делать на государственном языке».
Иными словами, дама сказала, что на русском языке можно говорить исключительно дома. «Ну хоть так», – подумают многие, закрыв глаза на то, что это «демократическое днище», к которому скатилась нынешняя Украина. Кто такой «омбудсмен»? В переводе со шведского (а понятие ввели именно шведы), это «представитель» и защитник прав граждан в отношениях между властью и обществом. Сегодня на Украине такая должность выглядит абсурдной – о каких вообще правах речь? У огромной категории граждан, родной язык которых русский, нет базового права говорить на нём – примерно так же, как и у евреев, которым нацисты тоже запрещали разговаривать на родном языке в общественных местах.
Вспомним Зеленского, который почти всю предвыборную кампанию вёл по-русски – специально в расчёте на русскоязычных жителей крупнейших городов страны – Киева, Харькова, Одессы и Днепропетровска. В далёком 2019-м он говорил, что «люди на Украине … могут разговаривать и на русском языке, и на украинском». Что же вдруг случилось?
А не «вдруг». Пространство русского языка сжималось на Украине давно и целенаправленно. Сразу же после провозглашения независимости украинские власти взяли курс на создание украиноязычной среды, особенно в центральных, восточных и южных регионах, где исторически преобладало русскоязычное население. Да, конституция гарантировала русскому языку и развитие, и использование, и защиту, но исключительно конъюнктурно. С одной стороны, про такие «пряники» власти говорили специально, чтобы не терять голоса избирателей. А вот с другой, в стране активно реализовывали программы по переводу на украинский язык сферы образования и СМИ.
Но, казалось бы, при такой активной борьбе русофобы должны были уже давно «победить» русский язык? Но нет, искоренить великий и могучий не получается, иначе омбудсмен Ивановская не делала бы таких глупых заявлений. На мове большинство украинцев до сих пор говорят «по ситуации» (если не по принуждению). Отсюда и различные «законы», призванные внушить, что есть только один правильный язык. И как здесь вновь не вспомнить Третий рейх с его лозунгами типа «один язык, одна нация, один фюрер»?