ОКОНЧАНИЕ
Голос певца зазвучал особенно надрывно, и вдруг замолчал на фразе "Что ж ты, фраер, сдал назад ".
Тишина ударила по ушам сильнее, чем музыка.
В освещённом окне мелькнул силуэт Дормидонта.
Одной рукой он держал Вована за ворот, а другой методично лупил его по щекам - без злобы, без спешки, по-деловому, словно объяснял человеку базовые правила общежития.
Вован булькал и пытался что-то сказать, но Дормидонт, судя по выражению снежного лица, считал, что права на слово он временно лишён.
Лера вздохнула и отправилась спасать Вована.
Дверь была сорвана с петель, на полу виднелись мокрые следы, ведущие в квартиру.
Она нашла музыкального тер. рориста в комнате, где он, всхлипывая, разбивал кувалдой музыкальный центр. На лице наливались следы неудовольствия Дормидонта.
Сам Дормидонт сидел в кресле и руководил процессом.
-Сломал? Молодец. Ещё раз услышу, что включаешь это г. на полную громкость - так легко не отделаешься.
-Тебе всё равно недолго осталось, - прошептал Вован, мстительно косясь на врага.
- Знаю, - спокойно ответил Дормидонт. - И именно поэтому я не хочу провести оставшееся мне время под твой плейлист.
-Я знаю, что над делать! - осенило Клару.
Совсем недавно супруг, отличавшийся замечательным аппетитом, уговорил её купить огромный морозильник. О чём она радостно сказала снеговику.
Вован побледнел.
Пёс насторожился.
Дормидонт задумался.
-Как раз уместишься, - радовалась Клара, - а потом, может, заклятье спадёт. А я тебя буду подкармливать.
Вован пригорюнился.
Дормидонт задумался.
-А смысл? Существовать за счёт женщины в морозилке.
-Так ведь только до следующей зимы. А когда вновь наступят холода, буду на улицу выпускать.
-Согласен, - после мучительного раздумья произнёс Дормидонт. - Я могу оттуда работать, и платить за проживание. Электроэнергии одной сколько сожжётся.
Ему очень не хотелось таять.
А теперь - особенно.
Пёс, увидев, что Клара теперь не только в его безоговорочном подчинении, пришёл в ярость.
Он гавкал, пока она освобождала морозильник от замороженных овощей, любимого блюда бывшего. Как заботливо спрашивает, удобно ли узнику морозильной камеры. Как обещает завтра заказать мороженое.
А на него - ноль внимания!
В конце концов Дормидонт уснул.
Он так устал за эти сутки. Наконец - то в безопасности, можно не переживать, что растаешь.
Можно просто быть… снеговиком в морозильнике.
В квартире установилась тишина.
Дождавшись, когда все уснут, пёс тихонько прокрался на кухню.
Очень тихонько.
Как профессионал.
Зубами вытащил из розетки провод.
Конкурентов за внимание Клары
ОН
НЕ
ПОТЕРПИТ.
Утро началось кошмарно.
Сначала Клара услышала звук.
КАП
КАП
КАП
Она выбежала на кухню - и сердце сжалось в тугой комок. Возле морозильника расползлась огромная лужа. Клара застыла.
Нет.
Только не это.
Она медленно подняла взгляд - и увидела таксу.
Пёс сидел рядом с морозилкой, превратившийся в гроб для снеговика, аккуратно подобрав лапы, и гаденько хихикал.
-Ты....Ты что натворил? - прошептала Клара.
В этот момент крыша морозилки дрогнула и медленно, с противным, влажным звуком - открылась.
Изнутри поднялся человек.
Худощавый.
Мокрый. С него капала вода - прямо на пол. Волосы прилипли ко лбу, влажная одежда висела мешком.
Он огляделся.
- Доброе утро, - хрипло сказал мужчина.- Похоже, колдовство… не завершилось. Или завершилось, но с побочными эффектами. Он посмотрел на свои руки. Сжал. Разжал.
- Худоват я стал, - задумчиво добавил он. - Но, в целом, жить можно. - Спасибо тебе, Клара. За всё.
Между ними повисла пауза. Та самая.
Неприличная.
-За морозильник, - продолжил Дормидонт, - Не каждая женщина так заботится о малознакомых снеговиках.
Они улыбнулись друг другу.
Этого такс уже не вынес.
Он вскочил, зарычал, затопал короткими лапами и начал кружить вокруг, демонстрируя весь спектр собачьей ярости: возмущение - ревность - экзистенциальный кризис.
-Дормидонт - уже не снеговик - опустился на корточки.
- Послушай, - мягко сказал он. - Я не претендую…
- РРРРРРР!!! - возмущалась такса.
-Когда - нибудь он смирится с моим существованием, - оптимистично предположил Дормидонт. - Я уверен, что найду с ним общий язык.
Надо признать, что общий язык с Кларой он нашёл гораздо быстрей.
Аркадий толкнул дверь спальни ногой - в руках были тяжёлые сумки с его грязной одеждой и бельём, потому что "милый, я твоя муза, а не жена. А музы не занимаются стиркой и готовкой". Сумки шлёпнулись на пол одновременно с его челюстью.
На их супружеской кровати сидела его жена с каким -то мужиком. Он обнимал Клару за плечо и что-то шептал ей на ушко, судя по всему, рифму к слову "страсть".
Аркадий замер.
Клара подняла глаза и, вместо того чтобы хотя бы прикрыться пододеяльником, вздохнула.
- Значит, ты узнал. Жаль, что это произошло вот так. По-обывательски. Ты всегда был таким необязательным. Какого фига ты припёрся?
- По-обывательски? - переспросил Аркадий, всё ещё надеясь, что это галлюцинация от дешёвого портвейна.
Он не видел, как со спины бесшумно заходит такса.
Такса поняла всё мгновенно.
Ей не нужны были объяснения, диалоги и психологические выкладки.
В её маленькой, но крайне принципиальной голове сложилась простая формула:
ЧУЖОЙ.
Уши прижались. Глаза сузились.Тело напряглось так, будто внутри него активировали систему наведения. В следующую секунду такса превратилась в ракету класса "пол – чужой". Она стартовала с места, несясь на Аркадия, не выбирая траектории.
Покусанный Аркадий рванул к выходу, спотыкаясь о собственные сумки, стихи и остатки достоинства.
Аркадий вылетел во двор и понёсся дальше, по снегу, по лужам, по жизни - в никуда.
-Я бы и сам лучше не смог, - похвалил Дормидонт.
Вечер улёгся в квартире тихо и осторожно, будто боялся спугнуть хрупкое равновесие.
Клара и Дормидонт сидели на диване, слегка повернувшись друг к другу коленями. В бокалах лениво поднимались пузырьки шампанского - дорогого, праздничного, купленного Дормидонтом без повода, просто потому что захотелось сделать приятное любимой женщине. Между ними, как живая линия разграничения, растянулась такса.
Она дремала, но не до конца. Иногда приоткрывала один глаз. Иногда негромко порыкивала - так, на всякий случай. Мол, я тут, расслабляться рано.
Они чокнулись.
Такса приоткрыла глаз.
Убедилась, что без глупостей.
И снова улеглась.
Они украдкой поцеловались.
Клару накрыло внезапно.
Не вспышкой, не восторгом - а тихой, щемящей нежностью.
Ей показалось, что внутри что-то оттаяло. Будто сердце, долго жившее в режиме экономии, вдруг получило разрешение дышать полной грудью. Она посмотрела на Дормидонта - худого, странного, немного не от мира сего - и впервые за долгое время подумала без иронии "А вдруг правда? Вдруг любовь действительно способна справиться с любым колдовством. С чужими проклятиями. С внутренними морозами. Даже с прошлым."
Такса рыкнула.
Клара улыбнулась, прижалась к Дормидонту плечом и сделала глоток шампанского. Пузырьки щекотали язык.За окном было холодно. А здесь - нет.
А в ледяном дворце Деда Мороза безраздельно царил холод.
Дед Мороз И Санта Клаус пили пиво.
Недавно Дед Мороз отыграл назад свои сани, проигранные Санте в преферанс и теперь пребывал в отличном настроении. Сущности мирно беседовали о глобальном потеплении и договаривались о следующей партии в преферанс.
На самом почётном месте стоял Посох - верный друг и соратник Деда мороза.
Он переживал.
Посох был древний, ответственный и вымотанный. Последние десятилетия он боролся с глобальным потеплением вместе с Хозяином: латал зимы, подмораживал декабри, держал минус там, где уже давно должны были цвести подснежники.
Он устал.
Очень.
Всё-таки всю зиму вкалывал.
И именно поэтому тогда, во дворе, он не дожал.
Колдовство вышло с браком.
Дормидонт получился… временный. Посох прокручивал один и тот же кошмар: "А если Хозяин узнает?" А если проверит? А если спросит: "Почему снеговик целуется и пьёт шампанское?"
Он представил суровый взгляд Деда Мороза.
"Расслабься" - скомандовал себе, - "Да кому он нужен. Не узнает".
И впервые за долгие месяцы, когда приходилось днями напролёт генерировать метели и снегопады, позволил себе отдохнуть.
А в обычной квартире, кто-то смеялся, кто-то рычал для острастки, а кто-то не таял - вопреки приказам, климату и высшим силам.
Иногда колдовство срывается.
И, честно говоря, миру от этого только теплее.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш.