Сегодня исполняется 60 лет Андрею Чеснокову.
Он первым из наших теннисистов выиграл турнир АТР — в 1990-м в Монте-Карло. Первым добрался до полуфинала «Большого шлема» — в 1989-м в Париже, где в четырех сетах уступил американцу Майку Чангу, будущему победителю «Ролан Гаррос».
А еще 24 сентября 1995 года в полуфинале Кубка Дэвиса отыграл у немца Михаэля Штиха девять матчболов и вывел сборную России в финал. Битва в «Олимпийском» продолжалась 4 часа 19 минут. Чесноков победил 6:4, 1:6, 1:6, 6:3, 14:12 и время спустя от президента Ельцина получил орден Мужества.
Но всего этого могло и не быть. Ведь в 16 лет Андрей едва не погиб, оказавшись в Лужниках в эпицентре давки после матча «Спартак» — «Харлем». О случившемся знаменитый теннисист впервые рассказал в «Разговоре по пятницам».
— Вы были на матче «Спартак» — «Харлем» 20 октября 1982 года — и чуть не погибли?
— Мне всегда так тяжело рассказывать об этом... На глаза наворачиваются слезы...
— Оказались в самой гуще?
— Было две лестницы и площадочка между ними. Вокруг — сплошные трупы, несколько десятков человек. Сами перила выгнулись. Мы стояли с каким-то солдатиком. Я видел: возле нас лежит мужик, на нем еще один, под ним третий. Разглядел безумные глаза нижнего, который задыхался под давлением. У меня самого была истерика.
— Помочь не могли?
— Я сделал движение в сторону, он меня схватил за ногу. Прохрипел: «Спаси, умоляю, я тебе дам много денег». Мы с солдатом попытались его вытащить, но не могли сдвинуть даже на сантиметр. Чуть потянешь — ему становилось намного больнее. Остальные в него вцепились, тоже хотели выжить.
— Что помогло уцелеть вам?
— Чудо. Между прочим, в то утро в нашу квартиру впорхнул воробей. Бабушка всполошилась: «Скверная примета». Я не придал этому значения. Только потом узнал, что птица, залетевшая в окно, — к покойнику.
Мне просто повезло. Хотя толпа была совершенно неконтролируемой. Ее качало, как на волнах, то в одну сторону, то в другую. Я говорил себе: главное — удержаться на ногах. Тех, кто падал, затаптывали насмерть. И ничего нельзя было сделать. Страх был жуткий.
— Поняли, что смерть где-то близко?
— Почувствовал, реально. Сначала меня прижало к стенке, затем увидел свободное пространство. Тот самый солдатик протянул руку. Я сделал огромный шаг и, перемахнув через ограждение, кое-как выбрался.
— Сколько продолжался этот кошмар?
— Я потерял счет времени. Запомнилось другое. Мы вытащили паренька. Я видел, как у него движется взад-вперед грудная клетка, он еле дышал. Приволок его к скорой. Говорю врачам: «Спасите мальчишку».
— Спасли?
— Доктор нагнулся к нему, раскрыл зрачок. Равнодушно произнес: «Все, труп». И отошел в сторону. А я достал из его нагрудного кармана паспорт, раскрыл. Фамилию не помню, врезалась в память дата рождения — 1965-й. Он был всего на год старше меня. Я оглянулся — на асфальте в ряд метров тридцать длиной лежали люди. В основном — такие же молодые ребята.
Когда исполнилось 25 лет с момента трагедии, я приехал в Лужники. У памятника погибшим собрались родители. Я видел, они сами — нестарые люди. И для них эта боль не утихла.
— Ваши-то родители когда узнали о случившемся?
— Жил я с мамой и бабушкой. Когда добрался до дома, они обомлели от моего вида. Потом еще долго харкал кровью. И дубленка была вся в крови — больше никогда ее не надевал. Говорить своим ничего не стал: «Пожалуйста, не надо меня ни о чем спрашивать. Я жив и здоров. Остальное — позже». Лишь через месяц нашел силы рассказать о том, что же произошло.
Наутро после матча спустился в киоск и купил все газеты — о трагедии в Лужниках не было ни слова! Единственное упоминание обнаружил в «Вечерке». Отчет об игре заканчивался коротеньким — дескать, по окончании матча на стадионе случилось ЧП, пострадало несколько болельщиков. И все. Знаете, о чем тогда подумал?
— О чем?
— Может, и впрямь ничего не было? Может, это сон?
— Увиденное надолго отбило желание ходить на футбол?
— В следующий раз появился на стадионе почти через десять лет. Уже во Франции. Вагиз Хидиятуллин пригласил на матч «Тулузы». Ехал с опаской: вдруг, думал, опять давка повторится? Но время лечит. Постепенно страх ушел. В 1998-м во Франции ходил на матчи чемпионата мира. Год спустя был на «Стад де Франс», когда наша сборная обыграла хозяев 3:2. На трибуне столкнулся с Анатолием Собчаком. Вот уж кого встретить там никак не ожидал!
Андрей Чесноков: пули для чемпиона
Трагедия на матче «Спартак» — «Харлем»: как это было
Игорь Майоров, «Спорт-Экспресс»