Истцы обратились суд с административным исковым заявлением -www.dzen.ru/a/aXhmsEFWsWIa6Qt- «о признании недействующим приказа Управления культуры и туризма Липецкой области № 402 от 24.11.2017 г. «Об утверждении границ территории объекта культурного наследия федерального значения «Усадьба»», расположенного по адресу: Липецкая область, Данковский район, с. Полибино, ул. Школьная, д.4» - www.docs.cntd.ru/document/450379662
26 января 2026 года на Lenta.ru вышла статья под вызывающим заголовком «Вперед в прошлое. В Липецкой области возрождается информационный рэкет» - http://www.lenta.ru/articles/2026/01/26/vpered-v-proshloe/. В этом материале рассказывается о ситуации вокруг реставрации усадьбы Нечаевых в селе Полибино (Липецкая область) – но, к сожалению, подается она в крайне искаженном виде. Авторы Lenta.ru приписали нам, истцам по делу, ложные мотивы, эмоционально окрашенные ярлыки и фактически перевернули суть происходящего. Мы, Виталий Черногиль и Александр Таравков, не можем оставить такое без ответа. В этой авторской колонке – от первого лица, с позиций психолога и юриста – мы объясним, что же произошло на самом деле, и разберем, какими манипуляциями Lenta.ru ввела читателей (и даже власти) в заблуждение.
О чем на самом деле наш иск
Начнем с фактов. В публикации утверждается, будто мы пытаемся помешать реставрации усадьбы и обрушиваем судебные иски на нового владельца, мецената Александра Богатикова. Это неверно. Наш иск подан не против г-на Богатикова вообще! Он подан против на наш взгляд незаконного приказа регионального органа власти – а именно, приказа управления культуры Липецкой области от 2017 года, которым были утверждены границы территории объекта культурного наследия (усадьбы). Ответчиком в деле выступает именно Министерство культуры Липецкой области, издавшее тот самый приказ. То есть мы оспариваем нормативный правовой акт, полагая, что он нарушает федеральный закон и наши права как собственников недвижимости.
Почему нас не устроил приказ о границах усадьбы? Дело в том, что, по нашему убеждению, он был принят с нарушениями – как процедуры, так и содержания. Речь вовсе не о том, чтобы «мешать реставрации» – мы, как и все, хотим, чтобы уникальная усадьба была спасена для потомков. Но соблюдение закона важно всегда. В 2017 году (когда, кстати, ни Богатикова, ни инвесторов еще и близко не было) приказа управления культуры Липецкой области от вдруг существенно расширило охранную территорию усадьбы. Под действие приказа попали лишние объекты, не относящиеся к дворянской усадьбе Нечаевых, да и сама процедура вызвала вопросы. Наш иск – не против реставрации, а за то, чтобы реставрация и дальнейшее развитие территории шли в рамках закона и с уважением к правам всех участников и к истории места.
Важно отметить, что на дату выхода статьи Lenta.ru – 26.01.2026 – судебное разбирательство еще не было окончательно завершено. Решение Липецкого областного суда, действительно объявленное 15 января 2026, не было опубликовано в открытом доступе к моменту статьи. Журналисты Lenta.ru не могли знать мотивировочную часть, но тем не менее подали исход дела как свершившийся факт, более того – поспешили дать ему эмоциональную оценку. Такой подход нарушает принцип объективности: комментировать не вступившее в силу решение, да еще и в искаженном виде, по меньшей мере непрофессионально.
Искажения Lenta.ru: подмена сути и мотивов
Претензии к статье Lenta.ru у нас фундаментальные. В материале подменяется адресат иска: вместо критики спорного приказа Минкульта акцент смещен на конфликт с новым собственником усадьбы. Читателю внушается, что некие «упрямые» бизнесмены мешают благому делу – восстановлению памятника, из вредности или корысти цепляясь к новому собственнику. Цитата: «Работы по восстановлению исторического комплекса понравились не всем... На мецената посыпались судебные претензии» – то есть создается образ, будто мы атакуем именно Богатикова из личных побуждений. Реальность же обратная: Богатиков не является ответчиком по нашему иску, а сам иск направлен на устранение ошибки региональных чиновников. В тексте Lenta.ru об этом упоминается лишь вскользь, да и то в саркастическом тоне: мол, Черногиль обратился с «еще более абсурдным иском об отмене приказа Министерства культуры об утверждении границ памятника культуры». Но дальше суть приказа и наши доводы толком не раскрыты – вместо этого идут насмешки.
Второе искажение – нам приписываются ложные мотивы. По версии Lenta.ru, «суть претензий бизнесмена сводится к обычной наживе: желанию перепродать свои де-факто разрушенные строения по высокому ценнику». Проще говоря, журналист со ссылкой на анонимных «собеседников» заявляет, будто мы затеяли всю тяжбу ради наживы. Это серьезное обвинение, абсолютно бездоказательное и неправдивое. Никакой «перепродажи по высокому ценнику» мы не добиваемся – наши полуразрушенные здания (бывшая советская столовая и гостиница) как были нашей собственностью, так ею и остаются. Да, они в плохом состоянии – но, кстати, отчасти и потому, что приказ 2017 г. заморозил любые действия с ними, включив в охранную зону без ясных правил, что именно с ними делать. Однако авторы статьи предпочли не разбираться, а навесить ярлык жадности.
Третье искажение – вырванные из контекста факты и насмешки вместо объяснений. Так, в нашем иске среди прочего упомянуто нарушение права на свободное вероисповедание. Lenta.ru подает это так, будто связь религии и границ усадьбы вообще «никто не понял», включая суд и госорганы. Вместо того чтобы выяснить, о чем речь, журналист делает вывод: раз «никто не понял», значит требование абсурдно. Этот прием – обесценить аргумент через заявленное непонимание – вводит читателей в заблуждение. На самом деле связь самая прямая, и мы ниже поясним какая. Но Lenta.ru предпочла выставить наши слова нелепицей, не попытавшись разобраться.
Наконец, заголовок статьи – «информационный рэкет» – явно навязывает читателю мысль, что мы занимаемся чем-то грязным, шантажируем через СМИ. Нас фактически записали в преступную схему. Это очень серьезное обвинение, пусть и завуалированное форматом «в Липецкой области возрождается…». По тексту же прямо говорится, что недопустимо лоббирование бизнес-интересов в журналистике, однако именно этим занимается агентство, растиражировавшее историю Полибино в негативном ключе. И далее: раз в материалах «Абирега» фигурирует Черногиль, выходит, он и является выгодополучателем этого «негатива». Логика статьи прозрачна: нас хотят представить инициаторами информационной атаки, которые сначала очерняют благородного мецената (нового собственника) в прессе, а потом, мол, выходят на него с предложением «урегулировать вопрос» (намеками на это изобилует раздел про некую Светлану Горбачеву и проч.). Подмена мотива налицо: вместо наших реальных, законных целей нам приписали тайный корыстный расчет.
Наши настоящие аргументы: защита памяти, веры и собственности
Теперь – о том, что же в действительности лежит в основе нашего иска. Это особенно важно, потому что в статье Lenta.ru реальные аргументы практически не упомянуты.
Во-первых, мы встали на защиту воинского мемориала в Полибино. Рядом с усадьбой, возле сельской школы, стоит мемориал ВОВ односельчанам, погибшим в Великой Отечественной войне. Этот мемориал был установлен еще в 1970 году, и для местных жителей он святыня, часть исторической памяти. Так вот, приказ 2017 года, против которого мы выступаем, фактически позволяет сносить объекты, не входящие в исторический ансамбль усадьбы – якобы ради благоустройства территории усадьбы. Под такую формулировку подпадает мемориал ВОВ, так как он формально не относится к дворянскому имению. Получается, управления культуры Липецкой области своим актом дали зеленый свет на снос мемориала воинам ВОВ, пусть даже под предлогом наведения порядка. В нашем иске мы прямо указали, что это противоречит федеральному законодательству – закону об охране памятников истории и культуры и закону «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов». Мы, как граждане и потомки победителей, не можем с этим смириться. Защищая мемориал, мы защищаем не только свои нематериальные права (право на сохранение памяти о войне), но и интересы всего общества. Никто не собирался буквально завтра сносить обелиск – но сам принцип недопустимости таких действий должен быть закреплен. Именно за это мы и боремся.
Во-вторых, на территории села находится действующий православный храм – церковь Илии Пророка. Это новая деревянная церковь, построенная в 2017 году на средства местного мецената уроженца Полибино Игоря Тарасова www.el-eparhy.ru/v-dankovskom-rajone-zalozhen-novyj-xram/ и усилиями местных жителей. Храм стал для селян важным духовным центром, люди ходят туда на богослужения. По странному стечению обстоятельств, границы охранной зоны усадьбы, утвержденные приказом 2017 года, захватили и эту церковь, хотя ни по историческому, ни по архитектурному плану она к усадебному ансамблю не относится. Более того, как уже сказано, в приказ заложена возможность сноса «посторонних» построек. То есть юридически выходит, что и храм Илии Пророка может рассматриваться как помеха «аутентичности» усадьбы. Мы усмотрели здесь прямую угрозу праву верующих – ведь если завтра кому-то придет в голову «очистить» барскую усадьбу от всех современных строений, под удар попадет живой приход. В иске мы обосновали, что такая перспектива нарушает конституционное право граждан на свободу совести и богослужения. Конечно, сторонники приказа могут возразить: “Никто не собирается сносить церковь”. Но закон тем и отличается от газетной статьи, что учитывает не только чьи-то заверения, но и все потенциальные последствия акта. Мы настояли: нельзя принимать нормы, которые ставят в противоречие охрану старинной усадьбы и интересы православной общины. Обе ценности важны, и их следует уважать одновременно.
В-третьих, мы защищаем права собственников недвижимости. В зоне, очерченной приказом, находятся и три здания, принадлежащие Виталию Черногилю (то есть одному из нас) на праве частной собственности: это бывшие строения советского времени – столовая, гостиница (она же бывший детсад, доступ к которым новым собственником усадьбы ограничен металлическим забором) и контора. Да, эти постройки сейчас внеудовлетворительном состоянии (кроме конторы). Но у них есть законный собственник, и просто так лишить его имущества или снести все бульдозером никто не вправе. И к ним новым собственником ограничен доступ. Однако спорный приказ, как уже отмечалось, позволяет снос «не относящихся к ансамблю» объектов без согласования с владельцем. С точки зрения права это прямое нарушение статьи 35 Конституции РФ, гарантирующей неприкосновенность собственности. Мы не против того, чтобы территория усадьбы благоустраивалась – наоборот, мы за порядок. Но нельзя наводить порядок методами бесправия. Наш иск как раз и направлен на то, чтобы обеспечить цивилизованное решение: если нужны изменения на территории, они должны проходить законно, с компенсациями, с рассмотрением интересов всех сторон, а не через хитро прописанный пункт приказа.
Наконец, еще один пласт наших доводов – точность и законность самой экспертизы по границам усадьбы. В приказе 2017 г., по нашему мнению, закрались фактические ошибки. Например, перепутаны или неверно обозначены некоторые исторические постройки (в документации указано, будто «Дом садовника» или «Прачечная» находятся не там, где в реальности).
Это может показаться мелочью, но на деле искажает историческую информацию, вводит в заблуждение ученых и общественность. Мы убеждены, что охранная зона памятника должна основываться на подлинных данных, а не на ошибочных схемах. И это тоже часть наших требований – устранить искажения, дать людям правду о родном крае. В конце концов, право граждан на достоверную информацию о культурном наследии тоже защищено законом.
Как видно, ни один из этих аргументов не сводится к “мешать реставрации” или тем более к желанию нажиться. Мы никогда не возражали против восстановления усадьбы Нечаевых – это замечательное дело, и честь и хвала инвестору. Но мы не можем мириться с ситуацией, когда ради ускорения работ или иных соображений узаконивают сомнительное решение, способное повлечь утрату других ценностей: памяти о войне, действующего храма, прав местных жителей. Эти ценности для нас – не пустой звук. Именно поэтому мы и пошли в суд. Да, суд первой инстанции нам отказал – мы с уважением принимаем это и готовим дальнейшие шаги (апелляцию). Но, подчеркиваем, дело никогда не было борьбой против конкретной персоны. Это борьба за правду. Очень горько, что журналисты исказили ее до неузнаваемости.
Манипулятивные приемы Lenta.ru: взгляд со стороны психологии
Отдельно хочется разобрать, какими именно манипуляциями воспользовались авторы Lenta.ru, чтобы сформировать у читателя нужное впечатление. Эти приемы хорошо известны в психологии и журналистской этике – вернее, анти-этике.
1. Навешивание ярлыков и оценочных суждений вместо фактов. Уже в тексте статьи наш иск назван «странным, если не сказать абсурдным». Наши требования – «по меньшей мере странные». Такой эмоционально заряженный словарь сразу задает тон: мол, читайте, тут нечто заведомо нелепое. Ярлык «абсурд» повторяется несколько раз, подается как будто общеизвестное мнение (хотя на самом деле это субъективная оценка автора). Это типичный прием обесценивания через негативную окраску. Читатель невольно начинает воспринимать нас как каких-то сумасбродных скандалистов, еще до того, как разберется в сути дела.
2. Ложная апелляция к мнению большинства («социальное доказательство»). В статье сказано: «Как одно с другим связано, никто... не понял», «вызывая недоумение у властей и общественности». То есть автор утверждает, что все вокруг – и чиновники, и общественность – считают наши доводы бессмыслицей. Это крайне сомнительное обобщение: откуда у журналиста данные о мнении «общественности»? Почему он берет на себя смелость говорить за всех чиновников сразу? На деле, в суде, конечно, были разные мнения, но фраза «никто не понял» – явное преувеличение. Это делается намеренно, чтобы у читателя сложилось впечатление: «раз никто, значит и мне нечего вникать, все ясно». Индивидуальное критическое восприятие подменяется эфемерным «общим мнением».
3. Приписывание мотивов (так называемоечтение мыслей) и удар по личности вместо обсуждения темы. Вместо того чтобы опровергнуть наши юридические аргументы, статья приписывает нам низменный мотив – жадность, стремление к наживе. Мы видим прямое утверждение о нашем «желании продать дороже» – без единого доказательства, просто со слов неких «источников, знакомых с ситуацией». Во-первых, полемика смещается: обсуждается уже не законность приказа и не память о войне, а якобы наши скрытые намерения. Во-вторых, создается негативный образ: алчный дельцы, которым наплевать на культуру, лишь бы денег сорвать. Это классический пример манипуляции: атакуй оппонента лично, очерни его мотивы – и тогда можно не спорить с его идеями. Сюда же относится и акцент о происхождении происхождении или деятельности: Lenta.ru упоминает, например, что Черногиль – «48-летний уроженец Западной Украины», владеет фермерским хозяйством, имел какие-то бизнесы, которые ликвидированы.. Казалось бы, какое это имеет отношение к делу об усадьбе? Никакого. Но упоминание, например, происхождения с Западной Украины может тонко апеллировать к предубеждениям части аудитории (особенно в нынешней обстановке), формируя негатив без прямых слов. Это очень тревожный сигнал – переход на личности и национальность там, где речь о конкретном юридическом споре. Черногиль гражданин России и проживает в России уже 30 лет.
4. Ирония и сарказм, высмеивающие серьезные темы. В статье чувствуется насмешливый тон по отношению к нашим аргументам. Пример: автор пишет, что наш иск о границах территории равносилен требованию «исключить сведения о границах участка под мавзолеем» – явно преувеличенное и саркастичное сравнение. Смысл этой фразы – выставить нас людьми, которые требуют абсурда, сравнимого с посягательством на мавзолей. Это софистический прием “доведения до абсурда”: берет тезис (наша претензия к границам усадьбы) и нарочно утрируется (мол, тогда уж и до мавзолея докопаться можно). У читателя вновь вызывает улыбку: вот чудаки! Но за шуткой теряется правда – а именно то, что случай с Полибино уникален и конкретен, и никакого отношения к мавзолею не имеет.
5. Предвзятая выборочность фактов и односторонность. Lenta.ru не дала нам слова – в статье нет ни одной прямой цитаты истцов, наших позиций. Зато щедро «цитируются» фразами, выгодные другой стороне, и приведены комментарии только тех, кто поддерживает реставрацию любой ценой. Такая однобокость в освещении – нарушение базового принципа журналистики. Отсутствие баланса уже само по себе вводит читателя в заблуждение. Человек читает и не узнает, например, что церковь в Полибино действующая – вместо этого ему сообщают, что мы “мотивировали требования нарушением права на богослужение” с таким подтекстом, будто выдумали нелепый повод. Человек не узнает, что приказ позволял сносить памятник ВОВ, – об этом нет ни слова. Неподготовленный читатель в итоге и не поймет, в чем суть иска – зато решит, что “там все нечисто”.
Подытоживая: статья на Lenta.ru – пример того, как журналистика превращается в инструмент манипуляции общественным мнением. Вместо объективного разбора серьезного правового конфликта мы увидели набор риторических приемов, призванных опорочить одну сторону и безусловно возвысить другую. Эмоционально заряженные слова, фразы типа “никто не понял”, переход на личности, гиперболы – все это создаёт яркую картинку, но неправдивую.
Вместо заключения: призыв к честности
Нам горько и обидно, что такого уровня СМИ с немалой аудиторией позволило себе такую публикацию. Тем более что вопрос, поднятый в Полибино, на самом деле выходит за пределы конкретной усадьбы. Речь о том, по каким правилам должна вестись реставрация памятников и развитие территорий, как учитывать интересы местных сообществ, как сочетать частные инвестиции и общественное благо. Мы уверены: эти цели могут и должны идти рука об руку. Закон – не враг реставрации, а ее надежный каркас. Если где-то закон мешает “освоить объект” – может, не закон плох, а планы стоит скорректировать, найти решение, уважающее все ценности?
История Полибино – вовсе не о “рэкете” и жадности, как ее попытались представить. Это история о том, как неравнодушные жители отстаивают память предков и свои права, даже если им противостоит сильный оппонент. Мы пошли в суд не ради выгоды – а ради справедливости. Возможно, кому-то удобно нас очернить и выставить злодеями, чтобы не вникать в суть проблем. Но правда рано или поздно пробьется.
Мы благодарны всем, кто поддерживает нас в этой ситуации, кто старается разобраться, а не слепо верит громким заголовкам. Журналистам же хотим напомнить о профессиональной чести. Манипуляции и искажения – недопустимы в медиа, если, конечно, цель медиа – правда, а не чьи-то сиюминутные интересы. Мы надеемся, что наш голос будет услышан, и готовы открыто диалогировать со всеми – и с журналистами, и с властью, и с инвесторами. Только в честном диалоге можно найти решения, которые действительно пойдут на пользу и памятникам истории, и людям настоящего, и будущим поколениям.
Что же до упомянутой статьи на Lenta.ru – мы искренне хотим верить, что это была досадная ошибка, а не умысел. Возможно, авторы просто не разобрались и поспешили с выводами. Мы призываем редакцию Lenta.ru предоставить нам право на ответ – опубликовать нашу позицию, чтобы читатели услышали обе стороны. Ведь именно так и работает качественная журналистика: выслушать всех и предоставить факты без искажения.
В заключение скажем: манипуляция – это путь в прошлое, к временам, когда мнение народа формировали заказные кампании и однобокие агитки. Хочется верить, что наша журналистика все же смотрит вперед – в будущее честных стандартов и уважения к аудитории. Мы за диалог, законность и сохранение памяти – и против лжи под видом расследований. Спасибо всем, кто читает и думает самостоятельно. Правда важнее рейтингов, а справедливость дороже сенсаций.
Черногиль Виталий, фермер; Таравков Александр, юрист. (Истцы по делу об оспаривании приказа о границах усадьбы в с. Полибино)