Весной 1954 года степь загудела. Не ветром тракторами. Сорок две тысячи квадратных километров девственной земли, хранившей под ковыльным покровом тайны веков, в одночасье обнажились перед плугами.
Из сорока областей и краёв хлынули 650 тысяч человек комсомольцы с горящими глазами, инженеры с чертежам, даже матери с грудными младенцами в руках.
В необжитые просторы везли всё: от «Беларусей» и комбайнов до гвоздей и посуды, опустошая скромные бюджеты колхозов в основном центральных районов.
Казалось, сама земля благословляет этот подвиг: в первый же год целина дала 27,1 миллиона тонн зерна, а страна собрала рекордные 85,5 миллионов тонн.
Но!
Уже к осени выяснилось: нет элеваторов, чтобы принять урожай. Нет железных дорог, чтобы вывезти его. Нет даже простых амбаров с крышей. Три четверти хлеба, выращенного ценой бессонных ночей и здоровья, сгнило под открытым небом или рассыпалось по ветру
Партийные секретари, рапортовали в Москву о «перевыполнении плана», а за их спинами гнили мешки с пшеницей, превращаясь в корм для крыс.
Хрущёв мечтал покончить с хлебным дефицитом за пять лет.
Распахивали не только чернозём вспахивали солончаки, песчаные суглинки, земли, которые веками лежали в покое не без причины. Почвоведы предупреждал, что без севооборотов, без защиты от ветра почва уйдёт.
К 1960 году эрозия охватила более девяти миллионов гектаров, площадь, равную целой европейской державе.
А в мае 1963-го степь вздохнула бурей. Ветер силой 40 метров в секунду поднял в небо миллионы тонн плодородного слоя, ту самую землю, за которую так самоотверженно боролись.
Бури несли почву за сотни километров к подножию Саянских гор, где она легла чужеродным налётом на вечные снега
Посёлки засыпало песком, как древние города пустыни. На полях обнажилась материнская порода серая, бесплодная, мёртвая. Природе потребуется не одно столетие, чтобы исцелить эти раны.
Себестоимость зерна оказалась в три раза выше, чем на Украине или Северном Кавказе.
За семь лет с 1958 по 1965 план по заготовкам выполнили лишь однажды. А Брежнев, некогда второй, а потом первый секретарь компартии Казахстана тот самый, кто лично курировал «целинный прорыв», в своей книге «Целина» (удостоенной в 1979 году Ленинской премии по литературе возложил вину исключительно на Хрущёва.
При этом, целина дала стране дополнительное зерно, пусть и ценой неоправданных жертв. Казахстан получил импульс к экономическому развитию, это новые города, дороги, промышленность.
.