«Гаснет Свет» — уникальное явление на российской сцене, где латынь служит проводником в мир философских истин и исторических легенд. В основе их философии лежат честность и готовность к экспериментам. Мы встретились с участниками коллектива, чтобы обсудить магию древнего языка, неизбежность спойлеров в творческом процессе и разобраться, почему их творчество находит отклик в сердцах людей даже в самых отдалённых уголках планеты.
Здравствуйте! Ваши альбомы имеют названия на латыни («In Tenebris», «Aurum Et Sanguinem», «Symphonia Vitiorum»). Почему вы выбрали именно этот язык и что означают эти названия для вас?
Денис ЛЕБЕДЕВ (бас): называть полноформатные альбомы на «мёртвом» языке или языке рецептов, выписанных врачами, стало нашей традицией с начала проекта «Гаснет Свет» в 2016 году. Возможно, это подсознательно, поскольку полноформатный альбом — рецепт для жизни.
Алексей НЕСТЕРОВ (вокал): латинский язык удивителен и загадочен, сочетая историческую глубину, культурный миф, логическую стройность, образность и недосказанность. В нём, определённо, есть своё очарование, поэтому для нашего проекта он замечательно подошёл, благо, с точки зрения лирики, нам вообще очень близки исторические темы, легенды, таинственные события и яркие образы. Поэтому неудивительно, что четвёртый альбом, над которым мы сейчас трудимся, получил также латинское название «Ad Extremum».
Как формируется общая идея альбома и как она влияет на процесс написания музыки и текстов?
Сергей ШВЕЙ (вокал): на самом деле наш творческий процесс выглядит немного иначе. Общая идея альбома у нас начинает формироваться после того, как уже есть определённое количество музыкальных наработок. Мы отталкиваемся от музыки, от настроения. Мелодия рождает тему, а темы начинают взаимоувязываться во что-то целостное. При этом мы против привычного понимания слова «концептуальный» — для нас важна общая идея.
Денис ЛЕБЕДЕВ: безумно сложный процесс, на самом деле, который требует очень много креативности и эрудированности.
Вы привлекаете к сотрудничеству множество именитых музыкантов. Как происходит выбор вокалистов и инструменталистов для каждого конкретного трека?
Сергей ШВЕЙ: это действительно сложный и долгий процесс. С поиском инструмента, который точно передаст настроение композиции. С поиском человека, который на этом инструменте это настроение сможет реализовать. В такой парадигме от вокалиста требуется ещё больше — тут и точность попадания, и техника, и тембр, и небольшие актёрские истории. Наверное, это самая сложная часть нашей работы, которая включает в себя прослушивание и просматривание огромного количества материала, чтобы потом сказать — да, это именно то, что нужно нам именно в этой песне.
Денис ЛЕБЕДЕВ: найти подходящего музыканта очень непросто, нужны виденье, чуйка и, конечно, коммуникабельность. Для меня это очень сложно, я стесняюсь.
Алексей НЕСТЕРОВ: стесняться точно не стоит, хотя поиск и работа с приглашёнными гостями — несомненно, очень сложный и трудоёмкий процесс. У всех есть свои графики, пожелания, видение и, конечно, характер. Кто-то очень лёгок на подъём и готов записать партии в течение нескольких часов, кто-то — напротив, предпочитает тщательно выверить партию. Кто-то любит сложные технические пассажи, кто-то — яркую мелодику, поэтому зачастую выбор музыканта достаточно очевидный. Скажем, композицию «Свет души твоей» мы априори писали для Евгения Егорова (Эпидемия), «Навстречу ветру» — для Олега Жилякова (Catharsis).
Почему вы решили выпустить сингл «Свет души твоей» в преддверии нового альбома? Это своего рода тизер или самостоятельное произведение?
Сергей ШВЕЙ: все наши песни — самостоятельные произведения. В составе альбома или в формате сингла. Мы всегда и всем честно говорим: с точки зрения создания музыки и её выпуска мы медленные. В данном конкретном случае нам захотелось и порадовать наших слушателей, и так сложились звёзды.
Денис ЛЕБЕДЕВ: было огромное желание порадовать слушателей очень хорошей композицией на Новый Год, чтобы было, что послушать на каникулах. У самого в голове крутился трек все праздники, даже без дополнительного прослушивания. Очень хорошая композиция.
Какую роль играет метафора «света души» в вашей музыке и как она связана с общим настроением творчества «Гаснет Свет»?
Сергей ШВЕЙ: свет в нашем названии хоть и гаснет, но в творчестве присутствует (смеётся). Любой наш трек — это неоднозначность. Это всегда элементы светлого и тёмного. Мы против тотальной беспросветности. Творчество и творческая реализация — это тоже своего рода свет, который мы излучаем.
Денис ЛЕБЕДЕВ: каждый по-своему трактует «свет души». Для кого-то это духовное состояние, для кого-то это отношения между людьми, в том числе и потерянные.
Можете ли вы рассказать о концепции или общей идее, которая будет объединять песни в новом альбоме?
Сергей ШВЕЙ: очень не люблю спойлеры, но для вас приоткроем завесу: если посмотреть на названия наши треков, то песни можно разложить на элементы, которые нас окружают в повседневной жизни — огонь, лёд, свет, тьма и т.д. Мы постарались разложить это всё в текущем повествовании. Хотя лично я называю материал нашего нового альбома Антологией человеческого безумия (смеётся).
Денис ЛЕБЕДЕВ: описание всех природных и не только природных стихий, которые окружают человечество, его жизнь. Попытка осмыслить это при нынешнем безумном мире и темпе жизни.
Алексей НЕСТЕРОВ: есть и другой взгляд на название альбома. «Ad Extremum» или «До крайности», «На грани» — это истории людей, дошедших до предела своих возможностей, готовых сорваться в пустоту, практически сломленных. Будь то лирический персонаж в балладе «Свет души твоей», полярник, столкнувшийся с эсхатологическим ужасом в «Ледяном аду», или разочарованные в жизни романтики в «Миге Творения».
Ваш взгляд на жизнь — пессимистичный, оптимистичный или реалистичный?
Денис ЛЕБЕДЕВ: я называю себя хорошо информированным пессимистом, вероятно, в силу возраста.
Сергей ШВЕЙ: основной состав нашего проекта — три человека. У каждого из нас свои взгляды на мир, своё ощущение этого мира. Я называю себя хорошо осведомленным оптимистом.
Алексей НЕСТЕРОВ: мне, как увлекающейся, хаотичной натуре, сложно ответить. Порой вы не найдёте большего скептика, порой — большего оптимиста, скажу лишь, что на жизнь крайне любопытно глядеть и пытаться найти в ней некую причинность, цельность. Может быть, именно поэтому мне очень сложно наблюдать, как многие люди моего поколения и моложе относятся к ней как к некой константе, не понимая её сиюминутность и не ценя самые яркие моменты.
Представьте, что «Гаснет Свет» — это не музыкальный проект, а философское течение. Какие у него были бы основные идеи и принципы?
Алексей НЕСТЕРОВ: это сочетание системности и хаоса одновременно, традиционных мотивов и творческих экспериментов, некое энтропийное стихийное явление, когда в чём-то пытается ужиться множество, казалось бы, несочетаемых элементов. Это было бы очень странное философское течение, с одной стороны, консервативное (мы строим общие музыкальные полотна на некоей тяжёлой, металлической основе), с другой, крайне прогрессивное (города, которые возникают на этом фундаменте, устремляются ввысь, не зная правил, ограничений и творческих рамок).
Сергей ШВЕЙ: Честность, осознанность, принятие реальности и чужих границ. Но при этом гибкость к восприятию чего-то нового. Узнавать новое и удивляться — я бы выбрал такой девиз.
Какой самый неожиданный отзыв о вашей музыке вы получали от слушателей?
Денис ЛЕБЕДЕВ: все отзывы можно назвать неожиданными. В моём окружении, к сожалению, мало любителей нашего стиля, но не ругают и, как мне кажется, некоторые завидуют, что мы такое можем делать.
Алексей НЕСТЕРОВ: мне очень запомнился отзыв на наш последний сингл, когда слушатель отметил прекрасную объёмную полифонию и возмутился, что нас не рекомендует Яндекс Музыка, а раскручивает каких-то непонятных исполнителей-однодневок с примитивными текстами и музыкой. Не подумайте только, мы не завидуем (улыбается), история про известность или популярность в целом не про «Гаснет Свет», мы просто получаем удовольствие от того, чем мы занимаемся, и радуемся каждый раз, когда наша музыка увлекает незнакомых людей, поэтому такие отзывы очень мотивируют двигаться дальше.
Музыка — это универсальный язык. Но что, по вашему мнению, остаётся «непереводимым» в русской рок-музыке для слушателей из других культур?
Сергей ШВЕЙ: Я бы не мыслил такими категориями. В своё время мы с удивлением узнали, что нас слушают в Португалии. Причём люди, которые не владеют русским языком. С другой стороны — именно сложность русского языка, поэзии и слога для не владеющего уха может стать «непереводимым» барьером.
Денис ЛЕБЕДЕВ: я — старый битломан с самого детства. Когда я ещё не владел английским языком, мне нравились их произведения за гармонию музыки, вокал (включая подпевки), ритм, хотя при этом я категорически не понимал, о чём поют. Во многом поэтому мы огромные силы вкладываем в звучание, если текст и не поймут — то мелодия и аранжировки это наше всё!
Алексей НЕСТЕРОВ: есть много моментов, которые слушателям из других стран непросто понять. Во-первых, язык. Русский язык — мелодичный, но при этом весьма непростой для восприятия. Для примера, просто попробуйте послушать коллективы из нетрадиционных металлических стран — к примеру, венгерский Ossian или китайский Black Kirin. Оба коллектива играют привычный слушателю металл, однако восприятие в сравнении с условными шведскими, финскими, немецкими группами будет совсем другим из-за существенной языковой разницы. Второй момент намного сложнее, это некая удивительная печаль, которая пронизывает многие композиции русского рока. Местами это даже не печаль или тоска, а некий крик русской души. «Иди за мной» Чёрного Обелиска, «Вечная весна» Гражданской обороны, «Хочу быть с тобой» Наутилуса — все эти песни очень сложно понять, осознать или пережить, тем более перевести на иностранный мотив.
Если музыка проекта «Гаснет Свет» — это, как говорят сами музыканты, рецепт для жизни, то в цифровой аптечке современного слушателя определённо должно найтись место для их новой работы «Ad Extremum».
VK: https://vk.com/fadinglightband
Любовь Черенкова
Фото: из личного архива группы «Гаснет Свет»