18 марта 2020 года я написал текст, который вы прочли десятки тысяч раз. Тогда мир стоял на пороге кризиса Covid-19, нефть стоила смешные деньги, а рубль лихорадило. Прошло почти шесть лет. С тех пор случилось столько событий, сколько иные страны не переживают за столетие: санкции, заморозка резервов, уход брендов, СВО, разворот на Восток.
Казалось бы, после такой встряски наша финансовая система должна была измениться до неузнаваемости. Стать суверенной. Независимой. Но стала ли?
Я перечитал ту старую статью. Местами она была наивной, местами — пугающе пророческой. Сегодня, вооружившись свежими данными Центробанка на февраль 2026 года, рекордными ценами на золото и новыми экономическими реалиями, я пишу этот текст. Потому что правда о рубле стала еще циничнее, а доказательства — еще тяжелее.
1. Золотые миллиарды под замком: чем мы платим за иллюзию безопасности?
В 2020 году я писал, что наши ЗВР — это «производная долларового рубля» и их слишком много. Сегодня эта цифра выглядит еще более безумно.
Открываем сайт ЦБ РФ на 6 февраля 2026 года. Что мы видим? Наши международные резервы достигли исторического максимума — $833,6 млрд. Только за январь этого года они прибавили почти 80 миллиардов! Казалось бы, живи и радуйся. Но давайте заглянем под капот.
Структура резервов изменилась кардинально, но суть осталась той же.
После 2022 года Запад заморозил наши активы примерно на $300 млрд. И ЦБ сделал единственно возможный ход — бросился скупать золото. И тренд 2026 года таков: доля золота в наших резервах перевалила за 48% . Это максимум с 1995 года.
Почему это одновременно и хорошо, и плохо?
Хорошо, потому что золото невозможно заблокировать. Оно лежит здесь, в хранилищах. Плохо, потому что мы снова в позиции догоняющего. Рост наших резервов в январе на 97% обеспечен не тем, что мы много произвели, а тем, что мировая цена на золото взлетела до небес (почти $5000 за унцию) . Мы как богатый родственник, который разбогател не потому, что построил завод, а потому что унаследовал участок с нефтью, на которой нефть внезапно подорожала.
Раньше я задавался вопросом: зачем нам 560 млрд, если для покрытия рисков хватит 100? Сейчас ЗВР перевалили за 800 млрд . Официальная версия — «подушка безопасности». Но давайте честно: мы копим золото, потому что не доверяем доллару (нас уже обожгло), но при этом наша собственная валюта — рубль — по-прежнему ничего из себя не представляет без оглядки на этот самый доллар и цену на нефть.
Минфин и ЦБ продолжают играть в бюджетное правило: если нефть дороже $60, мы копим в резервы, если дешевле — тратим. Мы по-прежнему заложники одного товара и чужой валюты. Только теперь враг не только доллар, но и наша собственная осторожность.
2. Эмиссия по-русски: почему нефть уходит, а заводы не строятся?
Мой главный тезис 2020 года остается в силе: рубль — не суверенная валюта. Механизм не просто не сломался, он законсервировался.
Да, мы научились обходить санкции, наладили параллельный импорт. Но база та же: рубли печатаются только под валютную выручку.
Как это работает сегодня?
- Добыли нефть, газ, лес. Продали. Условно, за рупии, юани или через сложные цепочки в Турции — но в конечном счете за валюту.
- Экспортер обязан продать часть этой валюты на бирже (валютный контроль ужесточили, но это не меняет природы явления).
- ЦБ "впрыскивает" в экономику рубли ровно настолько, насколько в страну пришло валюты.
Мы до сих пор живем на себестоимости. В страну возвращается ровно столько денег, чтобы поддерживать производственный цикл: заплатить зарплату, купить трубы, заплатить налоги. Огромная часть прибыли (добавленной стоимости) оседает не в России. Она либо реинвестируется в зарубежные активы, либо тратится на закупку импорта, который подорожал в разы.
ЦБ РФ сейчас кричит об инфляции и пытается ее сдержать ставкой в 21% годовых. Почему инфляция растет? Потому что денежная масса (М2) за последние годы выросла вдвое! Но откуда взялись эти деньги? Это не результат внутреннего планирования и развития. Это распечатанные под валюту рубли, которые хлынули в экономику через ВПК и соцвыплаты, уперлись в дефицит товаров и рабочих рук и разогнали цены.
Самое страшное, что я хочу донести: мы меняем реальные ресурсы (невозобновляемые!) на возможность иметь денежную массу. Как только поток валюты сократится (а нефть уже падала до $39), у ЦБ не останется механизмов для эмиссии, кроме как брать из ФНБ (золото).
3. Конец эпохи фантиков
В 2020 году я писал, что доллар — просто "пустая бумага". Тогда меня называли конспирологом. Сегодня, в 2026-м, это мейнстримная экономическая мысль.
Но я открою вам секрет пострашнее. Сейчас в мире происходит не просто дедолларизация (отказ от доллара), а дефиатизация. Это термин, который означает потерю доверия ко всем валютам мира, которые печатают центробанки. И к доллару, и к евро, и, простите, к рублю.
Доллар теряет свою "чрезмерную привилегию". Государственный долг США растет бешеными темпами, и инвесторы больше не верят, что Америка всегда будет самой надежной. Что они делают? Правильно, покупают золото. Центробанки мира (Китай, Индия, Турция) скупают золото рекордными темпами уже третий год подряд.
Россия попала в ловушку старой системы. Мы пытаемся играть по правилам, которые уже никто не уважает. Мы копим золото, но наш рубль по-прежнему эмитируется под доллары и юани. Мы не создали внутреннего механизма кредитования под реальные активы.
И вот ирония судьбы: пока ЦБ РФ осторожничает, крупнейшие банки страны — Сбер и Совкомбанк — в 2026 году начинают выдавать кредиты под залог Bitcoin! Банки готовы принимать в залог цифровой актив, который многие считают "мыльным пузырем", но не готовы кредитовать реальный сектор под будущие урожаи или заводы. Простите, но это выглядит очень недальновидно.
4. Что делать? Суверенный рубль образца 2026
Мой прогноз 2020 года о том, что "народ прозреет", оказался слишком оптимистичным по срокам. Народ прозревает медленно. Но экономические законы — штука жесткая. Если мы не изменим принципы эмиссии, нас просто раздавит инфляция или девальвация. А ее уже прогнозируют многие!
Как должна выглядеть справедливая эмиссия сегодня?
- Эмиссия под инвестиции (старый добрый "кредит под залог"). Мы должны перестать бояться печатать деньги. Государство (ЦБ) должно кредитовать коммерческие банки, а те — промышленность под залог реальных активов. Построил цех — получи кредит под залог этого цеха. Не можешь отдать — цех переходит тому, кто сможет на нем работать. Это называется "материальность денег". Сейчас банки предпочитают кредитовать торговлю или вкладывать в "золотые" облигации, потому что это проще и понятнее для ЦБ. Это тупик.
- Эмиссия через бюджет (инфраструктура). У государства есть огромные заказы: дороги, мосты, ЖКХ. Государство может (и должно) размещать эти заказы, оплачивая их рублями, эмитированными под эти проекты. Да, это риск инфляции. Но если проекты реальные, они создают рабочие места, создают товары, создают инфраструктуру — товарная масса догоняет денежную. У нас же сейчас бюджетные деньги тратятся, а товаров внутри не хватает, потому что все упирается в импорт и ставки.
Выводы
Увы, за 6 лет Россия не обрела суверенитет в деньгах. Мы просто переложились из долларов в золото и юани, но принцип остался колониальным: работаем на экспорт, живем на оставшееся.
Пока Центробанк будет таргетировать инфляцию, не давая деньгам поступать в "длинные" инвестиционные проекты, пока мы будем бояться кредитовать реальные активы под разумный процент, мы так и останемся страной, которая меняет нефть на фантики. Пусть эти фантики теперь называются юанями или рупиями, а резервы хранятся в золоте. Суть не меняется, пока рубль — производная от чужого спроса на нашу нефть.
Сделать рубль суверенным — значит разрешить ему быть мерой стоимости нашего труда, а не только мерой стоимости экспортной пошлины.