Отвела собаку в ветеринарную клинику. Пока мы ждали в кабинете, из коридора донёсся разговор: врач сдержанно пояснял кому-то, что пациент серьёзно болен, а лечение выйдет недешёвым, и уточнял, готовы ли они оплачивать всё до конца. В ответ прозвучало короткое, но твёрдое: будут, иначе нельзя. Когда я уже собиралась уходить, в холле заметила пятерых подростков. Парни стояли группой, у одного в руках был пакет. Оттуда раздавался тонкий писк, но пакет не шевелился, словно внутри было нечто слишком слабое, чтобы сопротивляться. Я невольно остановилась и посмотрела на ребят с немым вопросом. — Там котёнок, — спокойно объяснили они. — Почти без шерсти, весь в ранах. По их словам было понятно: котёнка они подобрали на улице, но держать на руках не решились — опасались подхватить инфекцию, поэтому и посадили его в пакет, стараясь при этом не причинить боли. И всё же главное было не в пакете и не в их осторожности, а в том, что они не прошли мимо. В тот день я увидела сразу две одинаково важные