– Маша, положь трубку! Немедленно! Прямо на рычаг, как горячую сковородку!
– Ваня, ты чего кричишь? Напугал меня до смерти… Человек же вежливо разговаривает. Представился. «Главный специалист технического департамента», говорит. У меня, оказывается, договор на сим-карту истекает завтра. Отключат же! Я и паспорт уже побежала искать…
– Отключат, Мария, не телефон, а твои мозги, если ты ему сейчас паспортные данные продиктуешь. Дай сюда аппарат. Алло! Слушай меня внимательно, «специалист». Если ты еще раз на этот номер позвонишь, я тебя по IP вычислю, я старой советской закалки инженер, я еще ЭВМ «Минск» запускал, когда ты пешком под стол ходил! Всё, гудки.
– Ну зачем ты так грубо, Ваня? А вдруг правда отключат?
– Не отключат. Это, Маруся, называется «социальная инженерия». Они бьют в самую уязвимую точку – страх остаться без связи с внуками. Садись, наливай валерьянку… тьфу ты, чай наливай. Будем проводить инструктаж по информационной безопасности. Я тут проанализировал статистику и выписал пять фраз-маркеров. Как только слышишь любую из них – это сигнал тревоги. Срабатывает автоматика: «Отбой связи».
Фраза первая: «Истекает срок действия договора»
– Вот с этого, Маша, они тебя и начали обрабатывать. Запомни раз и навсегда: у сим-карты, как и у совести, срока годности нет.
– Как нет? А в поликлинике полис меняли…
– Сим-карта – это не полис. Это, считай, кусок пластика с микросхемой. Договор с оператором бессрочный. Это аксиома.
– А зачем тогда звонят? Голос такой убедительный, фоном шум офиса, клавиши стучат…
– Это спектакль, Мария! Декорации. Им нужно, чтобы ты в панике назвала код из СМС. Якобы для «продления». А на самом деле этот код – ключ от твоего кабинета на Госуслугах. Отдашь его – и всё, пиши пропало. Наберут кредитов на твое имя, будешь потом доказывать, что ты не верблюд.
– Ох, страсти какие… А ведь я, старая дура, уже очки надела, чтобы номер паспорта диктовать.
– Не дура, а доверчивый советский человек. Мы привыкли: если звонят из учреждения – надо вытянуться в струнку. А сейчас, Маша, надо не в струнку вытягиваться, а в глухую оборону уходить. Слышишь про «окончание договора» – вешай трубку. Это ложь.
Фраза вторая: «Вас беспокоит ФСБ / МВД / Центробанк»
– Записывай второй пункт. Если звонящий представляется следователем, капитаном полиции или сотрудником Центробанка – это стопроцентный мошенник.
– Ваня, ну а вдруг и правда полиция? Вдруг с Пашкой что случилось?
– Если с Пашкой, не дай Бог, что случится, они не по ватсапу звонить будут. И не с скрытых номеров. Настоящий следователь пришлет повестку. В бумажном виде. В почтовый ящик.
– А они говорят: «Секретная операция, никому не сообщайте».
– Какая операция, Маша? «Операция Ы»? Запомни инженерное правило: органы по телефону финансовые вопросы не решают. Они не просят переводить деньги, не ловят преступников «на живца» руками пенсионеров. Это всё сказки для бедных.
– То есть, если звонит «майор» и начинает давить – я могу просто отключиться?
– Не можешь, а обязана! Иначе он тебя гипнозом своим, НЛП этим, в такой штопор загонит, что сама деньги в банкомат понесешь. У них скрипты прописаны, Маша. На каждое твое «нет» у них заготовлено три аргумента. Не вступай в дискуссию. Врага надо не переубеждать, а игнорировать.
Воспоминание: Свадебный конверт и «цыганская гипноз»
– Слушай, Ваня… А ведь это мне напоминает тот случай. Помнишь? 1975 год, наша свадьба.
– Такое забудешь… Костюм на мне трещал, туфли жали, а счастья – полные штаны.
– Мы тогда с тобой деньги на ресторан везли. В конверте. Все наши сбережения и родительские. Огромная сумма была по тем временам. Мы ехали в троллейбусе, теснота, духота.
– Помню. Я тогда этот конверт во внутренний карман пиджака положил и булавкой пристегнул. А руку сверху держал, как коршун.
– И к нам тогда на остановке цыганка подошла. Красивая такая, шаль цветастая. «Дай, – говорит, – золотой, погадаю, счастье вижу, но туча черная над вами висит…».
– Да-да. И ты, Маруся, уже рот открыла, поплыла. Глаза у тебя стали такие… стеклянные. Она тебе: «Дай денежку, заговорю от беды». И ты полезла в сумочку!
– А ты меня тогда так больно за локоть схватил! Прямо дернул и в троллейбус затащил. Я еще обиделась сначала.
– Потому что я увидел, как с другой стороны её напарник уже к моему карману примеривался. Это, Маша, та же схема. Только тогда они за юбку хватали, а теперь – за телефонный провод. Суть одна: напугать («туча черная висит») или пообещать выгоду, ввести в транс и обобрать.
– Спасибо тебе, Ваня. Если бы не ты тогда, остались бы мы без ресторана и без «Горько!».
– Вот и сейчас я тебя за локоть держу. Не слушай «цыганок» из трубки.
Фраза третья: «На ваше имя оформлена заявка на кредит»
– Третий капкан. Звонят и говорят: «Мария Ивановна, с вашего счета пытаются украсть деньги» или «На вас оформлен кредит».
– Ой, у меня сердце сразу в пятки уходит от таких слов!
– На это и расчет! Гидравлический удар по нервной системе. Чтобы мозг отключился, а эмоции захлестнули.
– И что делать? Бежать в банк?
– Никуда не бежать. Класть трубку. Если ты сама кредит не брала, никакой «заявки» быть не может. Банк никогда не звонит, чтобы «отменить» заявку. Они звонят, только если ты просрочила платеж, и то – робот. Если сомневаешься – возьми свою карту, переверни, там есть номер горячей линии 8-800… Сама набери и спроси.
– Самой набрать… Это разумно. А то ведь они говорят: «Соединяю со службой безопасности».
– Ага, с соседним столом в тюремной камере они тебя соединяют.
Фраза четвертая: «Переведите на безопасный счет»
– Вот это, Маша, фраза-приговор. Если слышишь про «безопасный счет» или «защищенную ячейку» – знай: ты говоришь с вором.
– Почему? Звучит же надежно. «Безопасный»…
– В банковской механике нет понятия «безопасный счет» для физических лиц! Счета бывают текущие, депозитные, кредитные. «Безопасный счет» – это счет мошенника. Как только ты туда деньги отправила – считай, выбросила в форточку.
– Ужас какой. А ведь Тетя Нина рассказывала, что ей предлагали деньги спасти… Хорошо, что она забыла пин-код от карты и не смогла снять.
– Склероз – иногда лучшее средство защиты, Маша. Но лучше полагаться на знания.
Фраза пятая: «Продиктуйте код из СМС»
– И последнее, пятое. Контрольный выстрел. «Продиктуйте код, который пришел вам на телефон».
– Ну, это они часто просят. То для подтверждения доставки, то для записи к врачу…
– Никогда! Слышишь, Мария? Никогда и никому! Даже если звонит сам Папа Римский. Код из СМС – это твоя личная подпись. Это как если бы ты дала человеку чистый лист с твоей подписью внизу – пиши что хочешь, хоть квартиру переписывай.
– Даже сотруднику?
– Сотрудники кода НЕ ВИДЯТ и просить не имеют права. В СМС же русским языком написано: «Никому не сообщайте». Но кто ж у нас читает инструкции?
Семейный пароль
– Фух, Ваня… Прямо как на войне. Кругом враги.
– Не враги, Маша, а охотники. А мы не должны быть дичью. Мы с тобой жизнь прожили, сына подняли, дачу построили. Неужели мы позволим каким-то проходимцам нас обдурить?
– Не позволим! Значит, так.
- Про договор связи – вранье.
- Про следователей – сказки.
- Про кредиты и «безопасные счета» – сразу отбой.
- И коды никому не давать.
– Верно. И еще одно. Давай придумаем кодовое слово. Пароль. Если вдруг звонит кто-то голосом внука или сына, или якобы от него, и просит денег – спрашиваем пароль.
– Давай! Какое слово? «Синхрофазотрон»?
– Сложно. Давай что-то наше. «Антресоль».
– Почему антресоль?
– Потому что там у нас лыжи с 1980 года лежат, никто кроме нас про это богатство не знает. Если звонит «Пашка» и просит 50 тысяч, ты ему: «Внучек, а что у деда на антресоли лежит?». Не ответит – вешай трубку.
– Отличная идея, инженер! Пойду-ка я лучше пирог поставлю. А телефон… давай пока звук выключим. Пусть отдохнет.
Друзья, а вам звонили эти «доброжелатели»? Какие новые сказки они сочиняют? Делитесь в комментариях, чтобы предупредить других! И обязательно подпишитесь на «Клуб Новых Долгожителей» – вместе мы сила, которую не взломать! Подписывайтесь!