В 2020 году известный российский экономист и политолог Михаил Делягин удивил свою аудиторию, сменив привычное амплуа. Вместе с философом и публицистом Андреем Бобылёвым он провёл эфир, посвящённый не геополитике или финансам, а вечному вопросу о бессмертии души. Передача называется "Смерти нет. Неполитический эфир Михаила Делягина". Встреча прошла в тёплой, неформальной атмосфере — два интеллектуала просто «оторвались по полной», обсуждая то, что их действительно волнует. Многие мысли и сомнения собеседников оказались мне довольно близки.
Тело как скафандр: что говорят «выходящие»?
В ходе разговора эти деятели затронули знаменитый феномен околосмертных переживаний. Они сошлись на том, что классический образ «тоннеля и света» можно, конечно, было бы списать на медицинский фактор — галлюцинации из-за гипоксии (кислородного голодания) мозга. Однако есть детали, которые наука объяснить не в силах.
Ключевой аргумент Делягина: феномен выхода из собственного тела (out-of-body experience). Он ссылается на лично знакомых ему людей, которые пережили это состояние. Эти люди, по словам политолога, не склонны к пустым фантазиям. Когда человек в глубоком бессознательном состоянии видит себя со стороны, да ещё и описывает события, происходившие в соседней комнате в тот момент, когда кардиограф чертил прямую, — это уже выходит за рамки простой биологии.
- Справка об участнике: Михаил Делягин — доктор экономических наук, известный своей критической позицией в отношении либеральных реформ в России. Он часто выступает в СМИ как эксперт по глобальным кризисам, но, как выяснилось, глубоко интересуется и метафизическими вопросами.
- Справка об участнике: Андрей Бобылёв — писатель, общественный деятель и философ. В своих работах он часто исследует темы социальной справедливости, исторических процессов и духовных аспектов бытия, что делает его идеальным собеседником для подобного разговора.
Экстрасенсорика как аргумент и опасная игрушка
Вторым доказательством в пользу бессмертия души собеседники назвали паранормальные способности человека. Существование экстрасенсорики, по их мнению, указывает на то, что сознание — это нечто большее, чем просто работа нейронов.
Однако, отвечая на вопрос, можно ли развить в себе такие способности, Делягин высказался крайне осторожно. Он сравнил неподготовленного человека, лезущего в эзотерику, с пьяным, который с завязанными глазами залез в трансформаторную будку. Это опасная территория, требующая высокой нравственной и ментальной подготовки, иначе можно просто разрушить свою психику.
Заговор молчания или Великий План?
Почему же официальная наука, сталкиваясь с необъяснимыми фактами, упорно делает вид, что их не существует? Делягин и Бобылёв видят здесь не мистику, а сугубо социальные и даже управленческие причины.
Первая причина — власть и контроль. Если человек твёрдо знает, что он вечен, он перестаёт бояться смерти. Как управлять людьми, у которых нет страха? Как их шантажировать, пугать или подчинять? Управлять бесстрашными можно только самому будучи абсолютно нравственным авторитетом. Для современной системы, построенной на манипуляциях, это крайне невыгодно.
Вторая причина — цивилизационный тупик.
Здесь Бобылёв привёл даже слегка ироничный пример: представим женщину Машу, которая не нравится мужчине Васе. Если Маша знает о реинкарнации, у неё может возникнуть соблазн не работать над отношениями, а просто «сменить тело» в следующей жизни на более симпатичное, чтобы наконец понравиться Васе.
Но шутки в сторону, проблема глубже. Если человечество лишится страха небытия, не исчезнет ли главный двигатель прогресса? Зачем искать лекарство от рака, изобретать антибиотики, бороться за увеличение продолжительности жизни, если смерть — это лишь переход? Осознание бессмертия может отбросить нас в мрачное Средневековье, где средняя продолжительность жизни составляла 35–40 лет, потому что бороться за неё было бы просто незачем.
Вывод
В итоге собеседники пришли к парадоксальному выводу. Возможно, Мироздание (или Высший разум) сознательно скрывает от нас факт бессмертия. У него, вероятно, есть свой План на человечество. Смерть, как горизонт событий, заставляет нас торопиться жить, любить, творить и развивать технологии. Именно неведение, а не всеведение, заставляет человека оставаться человеком — деятельным, ищущим и несовершенным.