— Юль, я же недавно совсем тебе деньги переводил? Ты что, пять тысяч спустила за один раз? Юль, тебе не кажется, что ты экономить разучилась? Пойми, мне деньги с неба не падают, я их горбом своим зарабатываю. Ты почему учебники Никитке не купила? Куда деньги, на них выделенные, потратила? Ах, в кафе с подругой сходила…
***
Артем стоял у окна, машинально крутя в руках чашку. Кофе остыл, и пить его уже не хотелось. Хотелось тишины, но в соседней комнате уже начинался утренний армагеддон: пятилетний Никита искал потерянного робота, а двухгодовалый Даня просто визжал.
Юля вошла в кухню неслышно, в старом махровом халате, который Артём терпеть не мог. Ему всегда казалось, что этот халат превращает его красивую, стройную жену в какую-то бесформенную тётку. Она молча достала турку, звякнула ложкой.
— Доброе утро, — буркнул Артём, не оборачиваясь.
— Утро добрым не бывает, — отозвалась Юля.
Она полезла в шкафчик, достала банку с сахаром, которой стукнула о столешницу чуть сильнее, чем нужно.
— Тём, мне нужны деньги.
Артём напрягся. Опять!
— На что? — спросил он.
— На продукты. Памперсы Дане. И порошок закончился.
— Я же позавчера переводил тебе пять тысяч.
Юля резко повернулась.
— Пять тысяч, Артём? Ты серьезно? Ты цены видел? Килограмм говядины — восемьсот рублей. Пачка памперсов — полторы. Йогурты детям, фрукты, молоко, творог. Мне чек тебе предоставить? Я могу, я их из мусорки достану.
Артём выдохнул, потер переносицу.
— Юль, не заводись. Я просто спросил. Мне казалось, этого должно хватить на три-четыре дня.
— Казалось ему, — фыркнула она, отворачиваясь к плите. — Когда кажется, креститься надо. А лучше в магазин сходить. Самому. Ножками.
Артём достал телефон, открыл приложение банка.
— Сколько?
— Три тысячи.
— Перевел.
Он услышал, как пиликнул её телефон на столе. Юля даже не посмотрела.
— Кстати, насчет денег, — Артём решил, что момент подходящий, раз уж разговор зашел. — Ты купила Никите учебники для подготовки к школе? Те, по английскому? Я давал деньги специально на них в понедельник.
Юля замерла с туркой в руке.
— Нет, — наконец сказала она, глядя в раковину.
— Почему? Забыла?
— Нет, не забыла.
Она выключила газ, кофе начал убегать, шипя на конфорке. Юля чертыхнулась, схватила тряпку.
— Я их потратила.
— На что? — Артём почувствовал, как внутри начинает закипать раздражение. — Юль, мы же договаривались. Это для занятий.
— Я встретилась с Ирой. Мы посидели в кафе, потом сходили на новый фильм.
Артём уставился на жену.
— В кино? На деньги для учебников?
— Да! — Она резко развернулась, бросив тряпку в раковину. — Да, в кино! Представь себе, я живой человек! Я два года сижу в этих четырех стенах! Кашки, какашки, прогулки на площадке, где одни и те же мамочки обсуждают сопли и диатез! Я просто хотела один вечер почувствовать себя нормальной женщиной, а не прислугой!
Артём покачал головой.
— Юля, я всё понимаю. Я никогда не запрещал тебе встречаться с подругами. Но почему нельзя сказать? «Тём, хочу развеяться, дай пару тысяч». Зачем брать деньги, отложенные на дело, и спускать их на... на ерунду?
— Ерунду? — Она шагнула к нему, глаза сузились. — Для тебя моё душевное равновесие — это ерунда? А то, что мне приходиться выпрашивать у тебя каждую копейку, как нищенке на паперти, это нормально? «Тём, дай на колготки», «Тём, дай на гигиенические принадлежности». Меня тошнит от этого!
— Ты не выпрашиваешь, — Артём повысил голос. — Мы же договорились! Я работаю, обеспечиваю семью. Ты занимаешься домом. У нас разделение обязанностей. Я даю тебе деньги по первому требованию. В чем проблема?
— Проблема в том, что я чувствую себя содержанкой! — крикнула Юля.
В кухню заглянул Никита.
— Мам, пап, вы чего?
Юля тут же сдулась, натянула улыбку.
— Ничего, зайчик. Мы просто громко разговариваем. Иди мультики включи, я сейчас кашу сварю.
Когда сын ушел, она заговорила шепотом, но от этого её слова звучали еще злее:
— Я устала отчитываться. Почему я должна объяснять, зачем мне новая тушь? Почему ты решаешь, что важно, а что нет?
— Потому что я зарабатываю эти деньги! — отрезал Артём. — И я умею их считать. Если мы будем тратить на всё подряд, мы никогда не достроим дачу и не поменяем машину.
— Ах, машину... — Юля горько усмехнулась. — А твой спиннинг?
Артём закатил глаза. Началось.
— При чем тут спиннинг?
— При том! — зашипела она. — Мы договаривались купить новое постельное бельё. Два комплекта! Старое уже просвечивает, стыдно, если кто увидит. А ты приносишь эту... палку за двадцать тысяч!
— Это не палка, это профессиональный инструмент! — возмутился Артём. — И он стоил восемнадцать. Я пашу как проклятый, я имею право раз в год купить себе что-то для хобби?
— А у меня есть хобби? — тихо спросила Юля. — У меня есть право купить что-то просто так, не согласовывая с «начальством»?
— Я предлагал тебе: давай сядем, посчитаем бюджет. Выделим сумму на хозяйство, сумму на твои личные расходы. Ты сама отказалась!
— Потому что я не хочу зарплату от мужа! — выпалила она. — Я хочу, чтобы деньги лежали в тумбочке. В общем доступе. Чтобы я могла взять столько, сколько нужно, и не писать тебе смски, стоя на кассе.
Артём развел руками.
— Юль, это прошлый век. Наличка дома? Ты шутишь? Все деньги на картах, там проценты капают, кэшбэк. Снимать всё и класть в тумбочку — это бред. И потом, зная твое умение тратить... они исчезнут за неделю.
— Значит, ты мне не доверяешь? Считаешь меня транжирой?
— Я считаю тебя импульсивной. Ты можешь спустить ползарплаты на «очень милые шторы», а потом нам будет нечем платить за коммуналку.
— Хорошо, — сказала она ледяным тоном. — Деньги у тебя. Ты главный. Ты и покупай.
— Что? — не понял он.
— Все! Раз ты единственный у нас «хозяин», значит, и снабжение на тебе. Я больше пальцем не пошевелю в плане покупок.
Она развернулась и вышла из кухни. Артём разозлился.
— Детский сад, — пробормотал он.
***
Весь день на работе всё валилось из рук. Артём был ведущим аналитиком в крупной логистической фирме. В голове все время крутилась утренняя ссора.
— Ну что ей не так? — думал он, глядя в монитор. — Сашка из соседнего отдела получает в полтора раза меньше, жена у него тоже дома сидит и счастлива. А моя... "Зависеть надоело". Так иди работай! А, нет, мы же третьего хотели...»
Он вспомнил про спиннинг. Да, может, момент был неудачный, но он мечтал о нём полгода! И потом, он же не пропил эти деньги, не проиграл в казино.
Вечером он вернулся домой поздно, вымотанный донельзя. В квартире было подозрительно тихо. Дети уже спали. На кухне на столе лежал листок бумаги.
Артём взял его. Это был список.
- Молоко 3,2% (только Простоквашино!)
- Хлеб цельнозерновой.
- Сыр (не «Российский», нормальный, типа Гауды).
- Средство для мытья посуды (эко, без запаха).
- Колготки мне (40 den, цвет daino, размер 3, фирма Omsa или Conte).
- Никите чешки в садик (черные, размер 28).
Холодильник был пуст. Ужина на плите не было. Артём прошел в спальню. Юля лежала спиной к двери, укрывшись одеялом с головой.
— Юль, — позвал он. — Это что за бойкот? Где ужин?
— Продуктов нет, — донеслось из-под одеяла глухо. — Деньги у тебя. Купишь — приготовлю. Список на столе.
— Юль, ты издеваешься? Время девять вечера! Я только пришел!
— А я весь день с детьми. У меня тоже рабочий день закончился. Спокойной ночи.
Артём постоял, сжимая кулаки. Хотелось сдернуть одеяло, устроить скандал, но он понимал — это только усугубит. Желудок предательски заурчал. Он пошел на кухню, сделал себе бутерброд из горбушки засохшего батона и остатков майонеза.
«Ладно, — подумал он зло. — Хочешь поиграть? Поиграем».
На следующий день после работы он поехал в гипермаркет. Список казался простым только на первый взгляд. Ад начался в отделе молочки. «Простоквашино» не было. Было «Домик в деревне» и какое-то фермерское. Артём стоял минут пять и разглядывал полки. Взять другое? А если она скажет, что дети такое не пьют? Он набрал Юлю. Сбросила.
— Черт, — выругался он.
Взял первое попавшееся.
С сыром было проще — он взял кусок подороже. А вот отдел бытовой химии чуть не доконал его. «Эко, без запаха». Там было сто видов средств! С лимоном, с алоэ, с углем... Он нюхал бутылки как идиот, пока на него косо не посмотрела охранница.
Но финал квеста ждал его в отделе женского белья и колготок.
Артём, взрослый мужик в дорогом костюме, стоял перед стеллажом с колготками и чувствовал себя пятиклассником в женской раздевалке. Daino? Что это за цвет вообще? Загар? Бежевый? Кофейный?
Он нашел Omsa. Размер 3. Но там было написано «Visone». А рядом «Nero».
— Девушка! — он поймал консультанта. — Daino — это какой?
Девушка с жалостью посмотрела на него.
— Это легкий загар. Но у нас они закончились в тройке. Возьмите Melon, это почти то же самое.
— А если жена заметит?
— Скажите, что они стройнят, — хмыкнула девушка.
Чешки он не нашел. Забыл зайти в детский отдел, а возвращаться через весь магазин сил не было. Домой он ввалился в десять.
— Вот! — крикнул он и бухнул пакеты на стол. — Принимай.
Юля вышла, начала разбирать пакеты.
— Молоко не то, у Никиты от этого живот пучит, — прокомментировала она спокойно. — Сыр... Тём, это Пармезан. Ты его на бутерброды собрался резать? Он стоит как крыло самолета. Средство... ладно, сойдет. Колготки...
Она достала пачку.
— Melon? Я же просила Daino. Melon слишком желтый.
— Там не было! — рявкнул Артём. — И вообще, скажи спасибо, что я вообще туда полез! Я там чуть со стыда не сгорел.
— А мне каково? — Юля подняла на него глаза. — Думаешь, мне приятно каждый раз подходить к тебе и мямлить: «Дай денежку»? Думаешь, это не стыдно?
— Да что в этом стыдного?! — Артём ударил ладонью по столу. — Мы семья! Одно целое! Мои деньги — это наши деньги!
— Если они наши, почему доступ к ним только у тебя?
— Потому что я умею ими управлять!
— А я, значит, бестолковая? Способна только борщ варить и детям мягкое место мыть?
— Я этого не говорил!
— Ты это показываешь! Всем своим видом, каждым своим «зачем тебе это», каждым вздохом, когда я прошу на кофе! Ты контролируешь меня, Артём. Ты купил меня за свою зарплату и считаешь, что имеешь право диктовать, как мне жить.
Артём осел на стул. Что уж там говорить… Ему действительно нравилось чувствовать себя благодетелем. Ему нравилось, что жена зависит от него. Это давало ощущение надежности, что ли…
— Юль, — он заговорил тише. — Я не хочу тебя контролировать. Я просто боюсь.
— Чего? — она замерла с пачкой колготок в руках.
— Что нам не хватит. Что вдруг я потеряю работу, а у нас никакой подушки. Что мы не дадим детям старт. Я чувствую ответственность за вас всех. Этот груз... он давит. И когда я вижу лишние траты, меня переклинивает.
Юля подошла, села напротив.
— Я понимаю, Тём. Я ценю то, что ты делаешь. Правда. Но пойми и меня. Я растворяюсь потихоньку. Меня нет. Есть мама Никиты и Дани, есть жена Артёма. А Юли нет. Когда я иду в кино или покупаю книгу, я пытаюсь нащупать себя. А когда мне приходится просить на это деньги, я чувствую себя ребенком, который клянчит у папы на мороженое. Это убивает любое желание... и не только желание готовить. Вообще всё.
Артём посмотрел на её руки. Маникюр отрос — она давно не была в салоне. Он вспомнил, как она сияла раньше, когда работала логистом в другой фирме. Они так и познакомились — ругались из-за поставки груза. Она была огненная, дерзкая. Куда это всё ушло?
— Прости за спиннинг, — вдруг сказал он. — Это было эгоистично.
— Прости за кино, — улыбнулась она уголком губ. — Хотя фильм был классный.
Они помолчали.
— Давай так, — Артём взял её руку. — Наличку в тумбочку я класть не буду. Это бред, правда. Ограбят, сгорим — мало ли. Но я сделаю тебе дубликат своей карты. Или открою отдельную, на твоё имя.
Юля хотела что-то возразить, но он поднял руку.
— Подожди. Мы настроим автоперевод. Каждого первого числа туда падает фиксированная сумма. На хозяйство — отдельно. И лично тебе — отдельно. На твои «хотелки». И я клянусь, я никогда не спрошу, на что ты их потратила. Хоть все на помаду спусти, хоть на благотворительность, хоть копи. Это твоя зона ответственности.
— А если не хватит на хозяйство? — прищурилась Юля.
— Значит, сядем и пересмотрим бюджет. Вместе. Но выпрашивать ты больше не будешь.
— И отчеты не нужны?
— Только по крупным покупкам для дома. Мебель, техника. Остальное — на твое усмотрение.
Юля задумалась. Она крутила на пальце обручальное кольцо.
— А колготки?
— Что колготки?
— Ты их купишь в следующий раз сам? Если я список дам?
Артём застонал, закрыв лицо руками.
— Нет. Умоляю. Я тебе переведу сколько надо, закажи курьера. Я больше не выдержу этого позора с оттенками «легкого загара».
Юля рассмеялась. Впервые за неделю искренне, звонко.
— Ладно. Договорились. Но чешки Никите всё равно нужны.
Артём встал, подошел к холодильнику, достал бутылку вина, которая стояла там с Нового года.
— К черту чешки. Завтра купим. Давай просто посидим? Я соскучился.
— Я тоже, — тихо сказала Юля. — Но сначала съешь свой бутерброд с Пармезаном. Он реально вкусный.
Артём откусил бутерброд. Сыр был действительно отличный.
«Может, она и права, — подумал он. — Иногда стоит переплатить за качество, чтобы просто получить удовольствие от жизни».
— Тём, — Юля уже разливала вино. — А спиннинг покажешь?
— Серьезно?
— Ну да. Интересно же, за что восемнадцать тысяч отдал.
Артём расплылся в улыбке и побежал в коридор.
— Сейчас! Ты только глянь, какой там карбон! Он невесомый!
Он бежал за удочкой и думал, что, наверное, постельное бельё они купят в следующем месяце. Или он возьмет подработку. В конце концов, спокойствие жены и её смех стоили куда дороже любого японского карбона. Но спиннинг всё равно был хорош.
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подисаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.