Предыдущая часть: Разоблачённая «Вершина». Часть 5.
Взгляд Павла был прямым и честным. Он играл на том, что Яков знал его как принципиального и упёртого опера, чьё падение выглядело бы особенно болезненным. И знал, что если он станет смотрящим, а это, по его сведениям, было почти решённым делом. Яков помолчал, разглядывая его. Затем медленно, будто взвешивая каждое слово, начал:
- Ладно. Думаю, тебе теперь не перед кем стучать. Игорь... Он был связным. Приказ на смотрящего, на Соломона - всё от хозяина. Но Игорь его в глаза не видел. Только голос по телефону. Мужик, лет под пятьдесят, говорит ровно, без эмоций, как робот. Диктор, блин.
- А откуда ты знаешь?
Яков усмехнулся.
- А Игорь-то не всегда был осторожен. Любил выпить и похвастаться, что у него рука из Москвы. Как-то раз, ещё до всей этой каши, мы с ним парились в бане. Он на взводе, язык развязался. Говорит: Мне, Яков, звонок поступил. Голос такой, железный. Сказал, что скоро в области большая зачистка начнётся, и мне надо быть готовым занять место под солнцем. Я тогда не придал значения, думал, брешет.
Павел переспросил, и у него внутри всё похолодело. Это стыковалось с планами «Хозяина» по дискредитации Кирилла Константиновича.
- Зачистка?
- Именно. А потом, когда оперативника убили, Игорь опять за своё. Говорил, что хозяин недоволен, что кто-то копает не в ту сторону. И что скоро приедут большие начальники и наведут порядок. Похоже, они и приехали, и наводят порядок, который они наводили. Но это неважно, ты скажи, ты сестру Поэта не встречал?
- У него ещё и сестра есть?
- Ну, да, немого младше тебя. На неё тут охота началась.
- И кому она так сильно насолила?
- Ну, ты в курсе, что у Соломона две флешки изъяли?
- Да, я знаю. И что из этого?
- В этих записях не хватает одного файла.
- А вы, откуда знаете?
- Их неудачно сшили и один файл записали дважды.
- И что в недостающем файле?
- Я этого не знаю, но полагаю, там беседа одного из гостей с губернатором. Поэтому сейчас и ищут сестру Поэта.
- С кем беседовал губернатор?
- Не знаю, этот человек в вечеринках участия не принимал и был недоволен толпой в доме. Поэтому его провели через чёрный ход. Но Игорь его видел.
Павел кивнул, мысленно складывая пазл. Спросил:
- А Мария? Её отец? Какая их роль? Ты говорил, они хотели обворовать оборонное предприятие.
Яков тяжко вздохнул.
- Здесь с ними был и Самурай. Он вернулся не просто так. Ему нужны были не только деньги Максима. Было и другое условие. Его задача была - обеспечить группу исполнителей для одного деликатного задания. Думаю, того самого, с предприятием. А Маша, работала на зарубежного заказчика, чтобы срубить бабла и свалить. Но её старик догадывался, что её используют. Он сам мне как-то проронил, дочка моя в афере замешана, где пахнет не деньгами, а государственной изменой. Он пытался её от этого уберечь. Она амбициозная, как и её отец в молодости.
- И где теперь Самурай?
- Уехал. Сказал, что ему надо навестить старых друзей. Но куда именно, никому не сказал. Думаю, он пошёл своим путём выяснять, кто же такой этот Хозяин, который его дочь в такое втянул.
Павел откинулся на спинку дивана. Картина прояснялась, но главная тайна - личность Хозяина - оставалась нераскрытой. Спросил:
- Яков, тот голос. Ты бы смог его узнать?
- Узнать? Вряд ли. Он был каким-то безликим.
- Понятно. Спасибо, Яков. Выручил.
Павел поднялся. Яков проводил его до двери и сказал:
- Смотри, Павел. Ты теперь на крючке. Тот, кто Игоря вязал, и Поэта убирал, за тобой уже, наверное, присматривает. Будь осторожен. Мёртвые свидетели никому не нужны.
- Не нужны. Но живые и злые ещё как нужны.
Он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он больше не был просто приманкой. Теперь у него была зацепка. Крошечная, почти призрачная, но это было что-то. Охотник сделал первый шаг, и теперь ему нужно было лишь дождаться, когда зверь проявит себя. Или самому начать охоту. Первое, что сделал Павел, он созвонился с Кириллом Константиновичем. Кратко рассказал о разговоре с Яковом и спросил:
- Я вам видеофайл пересылал. Вы узнали, кто этот человек с губернатором на недостающем файле?
- Мы прогнали его по своим базам и через имеющиеся программы распознавания лиц. Пока ничего не узнали. Что предложишь?
- Мне бы с Игорем Петровичем поговорить, Он в СИЗО и туда, понятно я прийти не могу. Привезите его к себе, а я зайду и побеседую.
Поздно вечером того же дня Павел, по звонку Кирилла Константиновича, подъехал к одному из загородных безопасных домов, принадлежавших ФСБ. Здание было неброским, утопало в зарослях, и подъезд к нему контролировался с нескольких точек.
В просторной, аскетично обставленной комнате, на первом этаже, за столом в наручниках сидел Игорь Петрович. Он выглядел помятым и уставшим, на его лице застыла смесь озлобленности и отречения. Напротив его, у стены, стоял Кирилл Константинович, наблюдая за происходящим с каменным лицом. Когда вошёл Павел, Игорь лишь презрительно скривил губу, сипло бросил:
- Ну, что, капитан-неудачник, пришёл добивать?
Павел молча пододвинул стул и сел напротив. Он достал планшет, разблокировал его и положил на стол, включив видео. На экране замер кадр: губернатор в своём кабинете ведёт разговор с неизвестным мужчиной. Лицо собеседника было обращено в три четверти к камере, но качество записи оставляло желать лучшего. Павел спокойно начал, не отвечая на колкость:
- Мы знаем, что ты его видел, Игорь. Тот самый человек, которого провели чёрным ходом, чтобы он не смешался с толпой на вечеринке. Кто он?
Игорь Петрович коротко, без интереса, взглянул на экран и отвёл взгляд. Сказал:
- Видео мутное. Я много кого видел. Не упомнить всех.
- Не всех. Но этого ты должен был запомнить. Тот визит был не для галочки. Они говорили о чём-то важном. И ты был там, обеспечивал безопасность или просто подслушивал у двери, но это неважно. Ты его видел.
Кирилл Константинович, с другого конца комнаты, тихо добавил:
- Твоё сотрудничество, Игорь, уже оценено следствием. Но его глубина определяет и глубину твоей будущей ямы. Решай.
Игорь сжал кулаки, его челюсти напряглись. Он понимал, что играет в последней партии, и все козыри были не на его стороне. Он выдохнул, снова посмотрев на видео, сказал:
- Ладно, чёрт с вами. Да, я его видел. Мельком. Его привезли на тёмном седане без номеров. Встречал лично начальник охраны губернатора. Нас, своих, отогнали. Но я успел разглядеть, когда он проходил по коридору.
- И?
- И ничего. Мужик как мужик. Костюм дорогой, походка уверенная. Лет пятьдесят. Но запомнил я его по голосу.
Игорь на секунду замолчал, словно прислушиваясь к собственным воспоминаниям, потом продолжил:
- Голос низкий, спокойный, но с такими металлическими нотками. Говорил тихо, но каждое слово как приказ.
- Это был тот самый Хозяин? Тот, с кем ты говорил по телефону?
Игорь мрачно рассмеялся и ответил:
- Нет. С Хозяином я только по телефону общался. А этот был другим звеном. Более высоким, что ли. По тому, как губернатор перед ним заискивал, было видно, этот важнее. Их разговор я не слышал, дверь была закрыта. Но, когда он уезжал, губернатор вышел проводить его до машины, и я услышал обрывок фразы.
Павел замер, чувствуя, что подбирается к главному, уточнил:
- Какую фразу?
- Губернатор что-то лепетал про «выполненные указания» и «полную лояльность». А этот человек, уже садясь в машину, бросил через плечо, ваша лояльность измеряется результатом. «Вершина» не прощает ошибок.
В комнате повисла тишина. Слово «Вершина» прозвучало как удар гонга.
- Вершина?
- Да, Вершина. Больше я ничего не знаю. Не знаю, кто он, не знаю, что за Вершина. Но понял одно - этот человек из той самой компании, что стоит над Хозяином. И губернатор - всего лишь их пешка в регионе. А мы с тобой, капитан, так, пыль под их ногами.
Павел откинулся на спинку стула. Он получил больше, чем ожидал. Это была не просто новая деталь, это был ключ. Вершина - кодовое название или фамилия? Название организации или операции? Теперь охота усложнялась, но цель, наконец, обрела первые, пусть и размытые, очертания. Игорь выдал всё, что мог. Теперь очередь была за ними.
Два сотрудника Федеральной разведывательной службы Германии сидели в ничем не примечательной пивнушке, находившейся в берлинском районе Митте и вели неторопливый разговор. Один из собеседников, с седыми волосами, говорил:
- Скажи, Карл, ты ещё не скучаешь по старым добрым временам, когда наша штаб-квартира находилась в Пуллахе?
- Прекрасное было время, тогда и работать было проще. Сейчас всё сложнее.
- Чем же?
- Тогда перебежки и те, кого мы вербовали, работали за идею, которую мы им внушали и работали на совесть. Сейчас все наши вербованные агенты работают, как это в русской сказке Мальчиш-Кибальчиш.
- О, Карл! Тебя надо отправлять на переподготовку, это сказка называется Сказка о Военной тайне, о Мальчиш-Кибальчиш и его твёрдом слове.
- Послушай, Пауль, сейчас все завербованные агенты хотят постоянное гражданство в стране ЕС и счёт в банке. А некоторые ещё чтобы их включили в программу защиты свидетелей. При этом ещё не сделав ничего.
- Это у них давно. Требование: деньги вперёд, было озвучено, если не ошибаюсь в 1927 году, в романе «Двенадцать стульев».
- Тебе легче в этом плане, ты изучал философию, русскую литературу, а я - технические науки. Вчера шеф потребовал от меня дать заключение по русской разработке, которую никто ещё не видел, но уже слышал о ней.
- И о чём?
- О какой-то гиперзвуковой ракете. Скажи, как можно оценить то, чего не видел? Эту ракету, как я понял, русские сами ещё не видели. Нет даже опытного образца, который можно было бы запустить. А с меня уже требуют дать заключение. Нет, надо было как Вальтер, выучить русский язык, завербовать на курорте российского чиновника и потом через него вытягивать всю информацию.
- И жить в России? А если провалишься? Вальтер не дипломат и сидеть в Сибири, в местах, где рубят деревья, не очень интересно. Хотя, в материальном плане и для дальнейшей карьеры, работа в поле пригодилась бы.
Губернатор области Алексей Петрович очень нервничал и особенно после того, как начальник службы безопасности доложил ему, что в его роскошном доме, обнаружены спрятанные видеокамеры. Доложил, что карты памяти из камер извлечены. Находясь в своём кабинете он нервно расхаживал от окна к массивному дубовому столу. Известие о найденных скрытых камерах повергло его в ужас. Это был не просто компромат. Это был прямой путь к краху всей его карьеры и жизни. Но оставалась надежда на то, что его будут просто шантажировать. Вызвал начальника службы безопасности, к себе. И сейчас, этот суровый полковник в отставке, стоял по стойке смирно, ожидая реакции. Спросил его:
- И где сейчас эти накопители?
- Исчезли, Алексей Петрович. Оперативник, который их установил, убит. Девушка-обслуга, которая, как мы подозреваем в соучастии, скрылась. Мы ведём розыск.
- Розыск?!
Алексей Петрович с силой швырнул хрустальную пепельницу об пол.
- Сколько вы уже ведёте розыск и ничего! А тем временем, кто-то там, наверху, уже, наверное, смотрит, как я.…
Он не договорил, с отвращением махнув рукой. Начальник службы безопасности сохранял ледяное спокойствие и ответил:
- Мы отрабатываем все версии. Есть подозрение, что копии могли быть сделаны. Ими пытался шантажировать покойный Соломон. Возможно, они и стали причиной его гибели.
Алексей Петрович рухнул в кресло. Он чувствовал себя загнанным в угол зверем. Сеть, которую он сам помогал плести, теперь угрожала задушить его. И над всем этим витало пугающее слово «Вершина». Человек, произнёсший его, в его же доме, был не просто посланником. Он был судьёй. Вспомнил посещение Берлина несколько лет назад. Тогда ещё он, перспективный вице-губернатор, находился в Германии с неофициальным визитом. Всё было обставлено как частный тур по замкам Баварии и оздоровительные процедуры на курорте. Именно там, в баре фешенебельного отеля, он и познакомился с обаятельным немцем средних лет, представившимся как Пауль Шмидт. Шмидт бегло говорил по-русски, великолепно разбирался в искусстве и винах, и ему нравились девочки. Они быстро нашли общие темы. Их беседы продолжались несколько дней. Пауль был прекрасным слушателем, ненавязчивым и внимательным. Он восхищался масштабом личности Алексея, сетовал на сложности ведения бизнеса в России, намекал на свои связи в европейских политических кругах. Алексей, польщённый и расслабленный дорогим алкоголем и вниманием, постепенно начал жаловаться на застой в своём регионе, на московских чиновников, мешавших его прогрессивным, как он считал, реформам.
Именно тогда Пауль, словно между делом, предложил «помочь». Задумчиво вращая бокал с рислингом, он сказал:
- Знаете, Алексей, у меня есть друзья в одном аналитическом центре. Они изучают инвестиционный климат в ваших регионах. Неформальный доклад от человека вашего уровня был бы для них бесценен. И, разумеется, мы умеем быть благодарными. Это могло бы стать началом большого взаимовыгодного сотрудничества.
Алексей почувствовал лёгкий укол тревоги, но он был заглушён волной самоуверенности. Он подумал:
- Что тут такого? Поделиться мнением? Это же не гостайна.
А сумма, которую назвал Пауль в качестве благодарности за первый, пробный доклад, была слишком соблазнительной. Это была первая ниточка. Затем последовали другие заказы. Информация становилась всё более конкретной: о планах администрации, о личных связях ключевых фигур в области, о настроениях в местном бизнес-сообществе. Деньги текли рекой, оседая на анонимных счетах в Люксембурге и на Кипре. Пауль Шмидт постепенно сменил дружеский тон на более деловой. А однажды, уже в Москве, на Алексея вышел другой человек, тот самый, с «металлическими нотками» в голосе. Он представился куратором от партнёров и дал понять, что теперь Алексей работает на них. Кодовое имя операции - «Вершина». Цель - создание в регионе полностью управляемой зоны, подконтрольной иностранным интересам, с перспективой распространения модели на другие субъекты федерации. Убийство смотрящего от криминальных структур, попытка завладеть секретными разработками конструкторского бюро - всё это были звенья одной цепи, целью которых было ослабить контроль федерального центра и создать хаос, которым можно было бы управлять.
В настоящее время Алексей Петрович понимал, что его карточный домик рушится. Да, чертежи украли, но начались аресты в силовых структурах, неизвестно кому просочилась информация о его гулянках в загородном доме. Всё это говорило о том, что против него работает не просто следствие, а какая-то мощная, хорошо законспирированная группа. И «Вершина» не прощает ошибок.
Его личный телефон, известный лишь узкому кругу лиц, подал тихий сигнал. Неизвестный номер. Алексей сжался от предчувствия беды. Он ответил:
- Слушаю!
Раздался тот самый, холодный и безличный голос его куратора:
- Алексей Петрович, ситуация стала критической. Наши активы в вашем регионе нейтрализованы. Этот капитан Павел Григорьевич и свидетельница Дарья представляют собой последнюю и самую серьёзную угрозу. Они должны быть устранены. Любой ценой. Это ваша последняя задача. Не выполните - «Вершина» от вас отречётся. Вы понимаете, что это значит?
- Но я уже отодвинул от дел этого капитана!
- Вы так наивны? Вы просто развязали ему руки, и он сейчас в свободном поиске. Кроме этого, нашу встречу видел Игорь Петрович! И его я уже достать не могу. Он в СИЗО. Спасает только то, что он был связан с криминалом.
- Хорошо. А чертежи, где?
- Чертежи скоро направятся в сторону границы. Они паспорта ждут. На этом всё. Не ждите, когда мы отречёмся от вас.
Предыдущая часть: Разоблачённая «Вершина». Часть 5.
Продолжение следует.
Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.
Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.
Другие работы автора:
- за 2023 год: Навигатор 2023
- за 2024-2025-2026 год: Навигатор 2024
- подборка работ за 2020-2025-2026 год: Мои детективы