3 сентября 1260 года в долине на севере современного Израиля решилась судьба исламского мира. Армия, не знавшая поражений уже полвека, наконец встретила достойного противника. Битва при Айн-Джалуте стала не просто рядовым сражением — она разорвала железную поступь монгольских туменов и спасла Египет, а вместе с ним и остатки арабской цивилизации от полного уничтожения. Как же вышло, что «потрясатели Вселенной» проиграли рабам-мамлюкам?
Когда в феврале 1258 года пал Багдад, исламский мир пережил шок, сопоставимый разве что с концом света.
Халиф аль-Мустасим, потомок рода пророка, тень Аллаха на земле, был завёрнут в ковёр и затоптан конницей Хулагу. Столица халифата, город сказок «Тысячи и одной ночи», была сожжена дотла, а горы черепов украсили её руины . Казалось, что ничто не остановит эту лавину.
Именно в этот момент на исторической сцене появляются те, кого сами мусульмане считали людьми второго сорта — мамлюки. Но чтобы понять природу их феноменальной победы, нужно разобраться в хитросплетениях политики, предательства и невероятного военного искусства.
К началу 1260 года войска под командованием Хулагу, внука Чингисхана, уже хозяйничали в Сирии. Пал Алеппо (Халеб), где монголы, как всегда, устроили резню, не пощадив ни женщин, ни детей. Жители Дамаска, охваченные ужасом, сдали город без боя . Командующий передовым отрядом, найман Китбука-нойон, христианин-несторианин по вероисповеданию, вступил в древний город. Дорога на Египет была открыта.
И тут случилось непредвиденное. В далёком Каракоруме умер великий хан Мункэ. Хулагу, как претендент на власть в огромной империи, принял роковое решение: он уходит с основными силами (около 80-90% армии) в Иран, чтобы быть поближе к эпицентру событий. Своему лучшему полководцу Китбуке он оставляет корпус, по разным оценкам, от 10 до 20 тысяч человек . Оценка современного историка Р. Амитай-Прейсса, специалиста по этому периоду, склоняется к цифре в 10-12 тысяч .
Это не было самоуверенностью.
Хулагу рассуждал логично: за морем находится слабый, как ему докладывали, Египет, население которого не способно к сопротивлению. Кроме того, у него были обязательства перед курултаем. Он оставил Китбуке приказ: закрепить завоевания и ждать. Но история рассудила иначе.
Отступая, Хулагу отправил в Каир послов с ультиматумом, типичным для монгольской дипломатии: «Великий Господь избрал Чингисхана и его род и страны на земле разом пожаловал нам... Ежели ты покорен нашему величеству, то пришли дань, явись сам и проси воеводу, а иначе — готовься к войне» .
В Египте правил султан Кутуз. Ситуация была критической. Беженцы из Сирии рисовали ужасающие картины монгольских зверств. Эмиры колебались. Многие предлагали покориться, ведь это спасло от смерти многие города Анатолии и Закавказья. Но Кутуз, по свидетельству арабского историка Ибн Васила, понимал: монголам нельзя верить, и если не остановить их сейчас, завтра ислама не останется вовсе .
Тогда султан пошел на шаг, который отрезал путь к отступлению. По инициативе влиятельного эмира Бейбарса (позже эта инициатива оспаривалась, но факт остаётся фактом) монгольских послов казнили, а их головы выставили на воротах Каира . Это было объявление войны, после которого пощады ждать не приходилось.
В этот момент в игру вступает третья сила. На узкой полоске побережья Святой Земли всё ещё теплились государства крестоносцев. Казалось бы, христианин Китбука должен был стать им другом, тем более что монголы ненавидели мусульман и уничтожали мечети. Многие историки, включая армянского летописца Киракоса Гандзакеци, указывают, что в армии Китбуки были и армянские, и грузинские отряды .
Однако феодалы Иерусалимского королевства совершили, с военной точки зрения, нелогичный, но политически выверенный ход. Когда Китбука отправил посольство в Акру с предложением союза, группа тамплиеров (по другим данным, граф Сидона Жюльен Гренье) напала на монгольский отряд и убила племянника Китбуки .
Причины?
Крестоносцы увидели в монголах угрозу пострашнее египтян. Мамлюки были привычным врагом, с ними можно было торговать и договариваться. Монголы же несли полное уничтожение старого мира, и крестоносцы в этом мире были лишь пешками. Поэтому, когда армия Кутуза 26 июля вышла из Каира и пересекла Синайскую пустыню, она смогла беспрепятственно пройти через земли крестоносцев, получить там продовольствие и отдых, чтобы затем ударить монголам во фланг .
Интереснейший факт: и мамлюки, и монголы были выходцами из одной колыбели — Великой степи. Мамлюки — это тюркские и кавказские рабы (в основном кипчаки-половцы), которых покупали на невольничьих рынках и с детства обучали военному делу. У них была своя, особая тактика, своя гордость и, как ни странно, обида на монголов, которые когда-то разорили их родные улусы.
Численность войск Кутуза — предмет споров. Персидский историк Вассаф пишет о 12 тысячах, но ему не доверяют из-за предвзятости. Роберт Ирвин и другие исследователи допускают, что армия мамлюков была в два-три раза больше монгольской и могла достигать 30 тысяч, но это число включает ополчение, бедуинов и отряды айюбидских правителей, чья верность была сомнительна .
Китбука же имел в своем распоряжении не только этнических монголов, но и отряды из Киликийской Армении (около 500 всадников) и местных сирийских курдов, которые переметнулись к сильнейшему. Однако эти союзники были «порохом», способным не выстрелить в нужный момент .
Китбука, узнав о движении мамлюков, не стал сидеть в Дамаске. Он двинулся навстречу, выбрав позицию у источника Айн-Джалут (в переводе «Источник Голиафа») в Изреельской долине. Место идеально подходило для его конницы: вода, простор .
Утром 3 сентября 1260 года авангард мамлюков под командованием Бейбарса начал бой. Согласно мамлюкским хроникам, они применили тактику, которую обычно использовали сами монголы — ложное отступление. Бейбарс атаковал, но после короткой схватки его отряды начали отступать в беспорядке .
Китбука, человек отважный, но, как оказалось, горячий, попался в ловушку. Он решил, что перед ним лишь слабый заслон, и бросил основные силы в преследование. Это была фатальная ошибка. Как только монголы втянулись в долину, с холмов вышли главные силы Кутуза, ударив по обоим флангам. Авангард Бейбарса развернулся и принял бой. Монголы оказались в клещах .
Есть и другая версия, изложенная у Рашид-ад-Дина: сирийские отряды, бывшие айюбиды, которые воевали на стороне монголов под принуждением, в решающий момент дрогнули или перешли на сторону единоверцев, оголив фланг Китбуки .
Отдельного внимания заслуживает технический аспект. Некоторые арабские источники упоминают, что мамлюки использовали против монголов... порох. Четыре арабских летописца, включая Бейбарса аль-Мансури, пишут о применении «хатайских стрел» (вероятно, ракет) и небольших пушек-мидфа, которые крепились на шестах. Эти примитивные орудия, начинённые порохом, должны были взрываться со страшным грохотом и пламенем, пугая монгольских лошадей .
Это одно из самых ранних упоминаний применения пороха в полевых сражениях за пределами Китая. Носители этого оружия одевались в толстые стёганые одежды, чтобы не обжечься .
Сам Китбука-нойон бился до конца. Увидев, что битва проиграна, он попытался прорваться, но был схвачен. Пленного полководца привели к Кутузу. Сохранился диалог, переданный историками:
— Ты низверг столько тронов, пролил столько крови, а теперь сам попал в силки, — якобы сказал Кутуз.
На что Китбука, будучи найманом, гордо ответил:
— Не обманывайся, султан, этой минутной удачей. Моя смерть — ничто. За мной придут мои братья, и Египет содрогнется .
Китбуке отрубили голову. Кутуз не оценил его храбрости.
Победа была полной. Остатки монгольского корпуса бежали на север. Однако эта битва не поставила точку в войне, она стала лишь началом. Уже на обратном пути в Каир победитель Кутуз пал жертвой заговора. Его убил честолюбивый Бейбарс, который и стал новым султаном .
Битва при Айн-Джалуте вошла в историю как первое генеральное сражение, в котором монголы были не просто разбиты, а уничтожены тактически. Миф о непобедимости был разрушен. И пусть Хулагу позже пытался взять реванш, пусть его внук Газан в 1299 году снова брал Дамаск — психологический перелом уже произошёл. Мамлюки доказали, что «железных» армий не бывает, а за свободу нужно платить кровью, а не золотом.
В долине у источника Голиафа, где когда-то давно пал библейский великан, пала и гордыня величайшей империи средневековья.