Топограф Артём думал, что его ждёт обычная командировка. Но в заснеженном лагере что-то не так. По ночам слышны шаги, сторожа странно себя ведут, а свет в корпусах начинает мерцать сам по себе. Артём пытается найти объяснение. Вскоре он узнаёт страшные тайны не только об этом лагере, но и о себе.
Глава 9
«Чтоб его, этот ветер!» – подумал Семён.
Следующий рабочий день выдался напряженным. К обеду Артём и Семён отсняли футбольное поле (оно было большим, совсем как на настоящем стадионе. Различие было лишь в трибунах. Они всего на два яруса торчали из-под снега, показывая свои разрушенные деревянные скамьи). На волейбольной площадке работу парни закончили во второй половине дня.
Хоть температура на улице поднялась, из-за ветра этого почти не ощущалось. Если Артём весь день ходил, то Семён стоял за тахеометром. От этого он замерз и начал пританцовывать вокруг штатива, уплотняя снег огромными сапогами.
Семён не очень любил работу. Не конкретно свою, а вообще любую. На объектах он всегда старался отлынивать от дел, поэтому работа в поле нравилась ему гораздо больше офисной. На выезде за тобой никто не присматривает: начинай работу, во сколько хочешь, заканчивай во сколько хочешь. Но он знал, что Артём вовсе не разделяет его подход. У того на уме совсем другое. Артём любит впахивать с утра до вечера, иногда даже без обеда. Всегда старается угодить девушкам из камерального отдела, просиживающим в офисе большую часть жизни.
В их компании существовало четкое разделение между полевыми и офисными работниками. Задача полевиков: отснять материал, зарисовать абрис и отправить по почте. А камеральный отдел уже обрабатывает съёмку, делает отчет, согласования и отправляет заказчику. При всем этом камеральщики чувствовали себя главными во всем процессе, чего – по мнению Семёна – быть не должно. Они вечно совали нос не в свои дела и жаловались на трудную работу. Они и представления не имели, каково Семёну и Артёму на выездах.
Недавно им пришлось подниматься в гору с оборудованием на шестьсот метров, а снега там было по пояс. На подъем и спуск ушло девять часов. Вот, летом они снимали свалку, изнемогая от зноя и пронзительной вони, которая раскинулась на сотни метров вокруг. Но как будто и этого было мало: на парней напала стая собак. Они еле унесли ноги. Семён во время бегства наступил на разбитую бутылку и прокол ногу. Пришлось уйти на больничный на две недели.
Претензий к коллегам у Семёна было много, хотя сам он едва ли смог бы каждый божий день высиживать в офисе по девять часов. Полевики и камеральщики жили в разных вселенных. Но часто созванивались и виделись несколько раз в месяц. Больше ничего общего у них не было. Будто эти люди работали в разных организациях.
Семён предполагал, что с появлением ребенка про ночной сон можно забыть, и уже сейчас мечтал о долгих командировках. Однако, чувства от этих мыслей у Семёна были противоречивые. Аня уже на поздних сроках, а в это время хочется побыть с женой как можно дольше. И почему Артём все время задерживается на городских объектах допоздна? Семён попадает домой только в десятом часу. В таком состоянии какое общение? Хочется только пива и мягкой подушки под головой.
Он даже забыл, когда последний раз выкладывал видео на свой канал. Отснятых материалов у него было много. Работать приходилось в разных городах и красивых локаций для съемок было хоть отбавляй. Вот рисует Артём абриса, а Семён времени не теряет: успевает наснять достаточно. Жаль только, что на обработку сил совершенно не остается.
– Какой следующий пикет? – громко спросил Артём.
– Тысяча шестнадцать! – крикнул Семён.
Бим не забыл вчерашнюю погоню. Пёс прятался за соснами и наблюдал за работниками. Артём даже не догадывался о его присутствии. Семён же наоборот, постоянно замечал пса то там, то здесь. Вот он перебежал поперек футбольное поле. Потом свернул за развалившиеся трибуны и наблюдал из-под них, как друзья устанавливают прибор рядом с футбольными воротами.
А когда Артём начал работать и пошел в сторону трибун, Бим, недолго думая, убежал за ближайшие сосны и следил за напарниками с расстояния, не раз встречаясь взглядом с Семёном.
Этот день казался Семёну особенно долгим. Пронизывающий ветер заставлял его постоянно смотреть на часы и напрочь отбил желание достать экшн-камеру. Когда он смотрел в окуляр тахеометра – тот запотевал от малейшего дыхания. Семёну приходилось задерживать дыхание во время визирования, будто он сдаёт флюорографию. Тени от сосен после четырех часов удлинялись предательски медленно.
– Сколько нам ещё работать? – спросил он у Артёма, когда тот проходил мимо. – Я думаю пора закругляться. Холодно.
– Надо ещё поснимать, – ответил Артём. – До темноты как минимум.
– Как минимум? – удивился Семён, как будто такое было впервые. На самом деле, за всё время в команде с Артёмом они не раз заканчивали работать после захода солнца. – Сегодня опять упашемся?
– Да.
Ветер снова подул резкими порывами. Семён съежился и опустил нос в ворот куртки. Артём пошел дальше.
Этот телефонный разговор был дольше обычного. Семён пообщался с женой, с родителями и проверил новости. Артём за это время успел позвонить директору и сходить осмотреть место работы на завтра. Что он хотел разглядеть в темноте, да и смог ли – Семён так и не понял.
Уставшие парни спускались к своему корпусу по асфальтовой дорожке. У обоих было лишь одно желание: поужинать и лечь спать.
Семён заметил, что Артём остановился и уставился на корпуса за столовой.
– Что ты там опять высматриваешь? – у Семёна не было сил придумывать шутку о призраках. – Пойдем скорее.
– Смотри, Сёма! – прошептал Артём. – В том окне с мерцающей лампочкой кто-то есть!