Дом у Кати старый — из первой половины XIX века. Он стоит криво, как будто давно устал жить. Нижние балки сгнили, из щелей тянет холодом, и каждую зиму здесь идет одна и та же битва — с морозом. Печь приходится топить почти без остановки: дрова, уголь, ночь без сна. Дом нельзя ни снести, ни утеплить — объект культурного наследия, охраняется законом. Только вот закон не греет.
В этом доме живут четверо: Катя и тройняшки — две сестры и брат, третьеклассники.
Катя — их старшая сестра. И мама. И папа. И единственный взрослый в мире, который сказал: «Я вас не брошу».
«Я не помню, чтобы меня называли дочерью»
Детства у Кати почти не было. Родители пили. В 11 лет она уже сама о себе заботилась.
— Ты приходишь домой, а она пьяная спит. И ты просто живешь как-то сам по себе. Смотришь на других подростков и пытаешься понять: а как вообще живут нормальные семьи? — говорит Катя.
Она до сих пор не знает ответа на вопрос, любила ли ее мама. Ласковых слов не было. Объятий — тоже. Но любовь, как оказалось, не всегда симметрична.
В 18 лет мама легла в больницу — тяжелый туберкулез на фоне алкоголизма. Три года — больницы, редкие приезды домой, и снова палаты. 22 февраля 2025 года ее не стало.
— После смерти я поняла, что даже такой матери не хватает. Я ее любила. Даже если не знала — любила ли она меня.
«В детский дом я их не отдам»
После похорон встал страшный вопрос: что будет с детьми?
Родной отец — алкоголик. Опека ему не доверила тройняшек. Родственники отказались. Старшие братья и сестры приехали только проститься — и исчезли.
Вся ответственность легла на 21-летнюю Катю.
- Я не представляю, что сейчас в голове у моих братьев и сестер – они лишись матери в 10 лет. Я им сказала, что их не брошу. Это свои родные, в детский дом я их не отдам, как бы не было трудно, - говорит Катя.
Опека приезжала, осматривала дом, составляла акт. Условия — скромные, дом аварийный. Но другого варианта не было. Им разрешили жить вместе.
Катя работает методистом в сельском клубе. Зарплата — 21–22 тысячи рублей.
Раньше мама получала детские пособия и отдавала их Кате. Теперь — только небольшая пенсия по потере кормильца.
Деревня Амба — около 400 человек. Маленький дом, две комнаты, места не хватает.
Дети ходят в местную школу, учатся в третьем классе. После уроков — танцы и театральный кружок. В том самом клубе, где работает Катя.
— С ними бывает тяжело. Их трое, они все разные. Но я не сдамся. До последнего.
Когда чужие становятся своими
О Кате узнали местные. Потом — блогер Елена Тришина.
История зацепила. Захотелось помочь хотя бы с жильем — чтобы дети не мерзли, чтобы не нужно было каждую ночь бояться, что печь погаснет. Ведь сама девушку с такой скромной зарплатой не сможет себе обеспечить детей хорошими условиями.
Сейчас нашли дом с ремонтом и всеми удобствами. То, что произошло дальше, сложно объяснить цифрами — но без них нельзя.За несколько дней неравнодушные люди собрали больше 6 миллионов рублей. 20, 50, 100 рублей. Тысячи маленьких переводов — и огромное общее сердце.
— Я читаю все сообщения. Вижу, как люди участвуют по пятому, шестому кругу. Вы не представляете, как это ценно. Я понимаю, что я не одна в этой битве с несправедливостью, которая свалилась на плечи этой хрупкой девочки, - писала блогер Елена Тришина.
Сейчас сбор денег на покупку дома почти закрыт. Блогер планирует передать семье сирот еще сумму денег, чтобы те смогли обустроить жилище и порадовать себя обычными мелочами. Казалось бы обычными, но которых у них никогда не было.
Автор: Юлия СТАЛИНА