Автор статьи: Сергей Герасёв
Три смены на том свете: Почему после 20 лет в логистике я перестал верить в случайности
Меня зовут Сергей. Начальник складской логистики. Стаж 20 лет.
Я никогда не писал текстов. Мои инструменты — это Excel, 1С, акты сверки и маршрутные листы. Но полгода назад случилось то, что я до сих пор не могу объяснить рационально: я сел и написал книгу. Не инструкцию, не отчет, а трехчастную эпопею про загробный мир, который работает как идеально отлаженное производство.
Это не производственная проза. Это не фэнтези. Это оптика.
Когда двадцать лет смотришь на мир через призму прихода, расхода и остатков, ты начинаешь замечать структуру там, где другие видят хаос. Книга «Первый, второй, третий рабочий день» не про ад и рай. Она про то, как устроена любая система. И про то, что смерть — это просто смена материально-ответственного лица.
1. Мир как складская сеть
Обычный человек видит в книге выдумку: Минос, бесы, котлы Вельзевула, цех Бегемота. Я вижу другое. Я вижу типовую структуру распределительного центра, развернутую в метафизическую плоскость.
Приемка (Минос). Входной поток. Проверка документов. Первичный контроль. Списание энергии за услуги. В моей практике, списание брака при приеме. У Миноса, оплата ЖКХ душой. Суть одна: без оплаты вход запрещен.
Зона брака и утилизации (Вельзевул). Туда уходит некондиция. Товар с истекшим сроком, бой, потерявший товарный вид. Вельзевул выжимает последние капли энергии из «пустышек». Я выжимаю последний ресурс из возвратов. Разница только в терминологии.
Зона хранения с особым температурным режимом (Бегемот). Цех чревоугодия — это холодильник с дорогим деликатесом, который нельзя задерживать. Оборачиваемость, ноль-три дня. Кто не справляется, тот «съедается». Бегемот не наказывает. Бегемот оптимизирует.
Отдел мотивации (Талантос). Любовь как двигатель торговли. В книге души раскачивают колокол в надежде встретить любимых. У меня кладовщики работают сверхурочно, потому что надо закрывать зарплатный проект перед Новым годом. Энергия одна. Форма разная.
Когда я это увидел, у меня случился сдвиг. Не профессиональный, а мировоззренческий.
2. Двадцать лет vs Один день
Я пришел на склад в 2003 году. Грузчиком. Потом кладовщик, старший смены, начальник участка, начальник склада, начальник логистических комплексов.
Двадцать лет я думал, что занимаюсь товаром.
Сейчас я понимаю: я занимался потоками.
Товар — это носитель. Энергия — это скорость движения. Брак — это потери при передаче данных. Люди — это узлы сети, которые либо проводят сигнал, либо гасят его.
Книга родилась не потому, что я «перенес склад в ад». Книга родилась потому, что я вдруг увидел сквозь материю. Я смотрел на накладную и видел ордер на прием души. Я смотрел на инвентаризационную опись и видел Книгу Судеб. Я смотрел на начальника транспортного отдела и слышал голос Миноса: «За всё надо платить, Иван Николаевич».
Это не аналогия. Это работа одной и той же матрицы, спроецированная на разные уровни плотности.
3. Почему это не «производственная проза»
Мне часто пишут: «Сергей, это же просто вы перенесли свой опыт в фэнтезийные декорации».
Нет.
Если бы я просто переносил опыт, Иван Николаевич был бы начальником склада. А он директор завода по производству алкоголя. Если бы я просто описывал знакомые типажи, Минос носил бы спецовку, а не красновато-желтый пиджак.
Я не переносил реальность. Я декодировал её.
Представьте, что у вас есть ключ. Вы вставляете его в дверь, поворачиваете и видите не то, что за дверью, а принцип работы замка. Книга — это такой ключ.
Когда читатель пишет: «Я никогда не работал на складе, но я узнал в Бегемоте своего начальника», — это не совпадение. Это значит, что структура власти, подчинения и мотивации едина для всех систем. Неважно, ад это, рай, склад, банк или больница. Везде есть:
· входной контроль (Минос),
· утилизация бесполезного (Вельзевул),
· перепроизводство энергии (Бегемот),
· манипуляция через высшие смыслы (Талантос).
Я не придумывал эти роли. Я их увидел. И описал тем единственным языком, которым владею: языком человека, который 20 лет смотрит на мир как на систему перемещения грузов.
4. Николай Николаевич и синдром 5:47 утра
Вторая часть книги про Николая. Это самый личный фрагмент.
Николай — это я в моменте, когда система перестала быть просто работой и стала способом восприятия. Когда ты начинаешь видеть «частоту 249» не в метафизическом, а в бытовом смысле. Когда ты слышишь в звонке телефона не вызов, а сигнал.
5:47 утра. Темное небо. Кофе. Сигарета. Мысль: «Господи, дай мне сил на сегодняшний день».
Я прожил этот момент сотни раз. Десятки лет. Разные города, разные склады, разные собственники. Но ощущение всегда одно: ты один на проходной между мирами. Ты еще здесь, но уже там. Ты еще живой, но уже прошел чистку.
Николай погибает под поездом в начале книги. Это метафора. На самом деле он просто перестал быть тем, кем был. Двадцать лет стажа — это не срок выслуги. Это количество смертей, которые ты пережил, оставаясь на ногах.
5. Инженеры, монады и протокол «Основание»
Третья часть самая сложная. Там появляются Инженеры, Нулевой контур, частота 249, кристаллические монады.
Для обычного читателя это эзотерика. Для меня, техническое задание.
Инженеры — это не боги. Это архитекторы систем. Люди, которые проектируют сети передачи данных (неважно, товарных или информационных) так, чтобы потери были минимальны, а пропускная способность, максимальна.
Монады — это конкуренты. Те, кто пытается перехватить управление потоком, подменив адресата. В логистике это называется «рейдерский захват клиентской базы». В метафизике, «подмена частоты».
Протокол «Основание» — это план перехода на новую WMS. Рискованный, дорогой, с вероятностью отказа 79,9%. Но если не рискнуть, система окончательно устареет и рухнет под нагрузкой.
Я писал эти главы ночами, после планерок, на которых мы обсуждали бюджет переоснащения распределительного центра. Я просто брал протоколы совещаний и заменял «погрузчик» на «душу», а «сервер» на «солнце».
Никто не заметил подмены.
Потому что подмены не было.
6. Вместо резюме
Двадцать лет назад я думал, что ад — это когда сломалась погрузочная техника в минус тридцать и грузчики ушли в запой.
Сейчас я знаю: ад — это когда ты перестаешь видеть систему. Когда поток становится просто работой, а люди, просто единицами штатного расписания.
Книга «Первый, второй, третий рабочий день» — это не мемуары логиста. Это инструкция по сборке реальности для тех, кто устал жить в черно-белом мире причин и следствий.
Я не знаю, есть ли жизнь после смерти. Но я точно знаю: жизнь при жизни — это способность видеть за коробкой, маршрут, за маршрутом, поток, за потоком, смысл.
Минос носит красновато-желтый пиджак не потому, что я хотел придумать красивый образ. А потому, что именно так выглядит идеальный начальник приемки: ухоженный, ироничный, безжалостный в мелочах и справедливый в главном.
Я таких встречал. Вы тоже встречали.
Просто вы называли их по-другому.
P.S.
Николай Николаевич просил передать всем читателям: «Жду вас с нетерпением».
Я надеюсь, он имел в виду, в новой системе учета. А не в очереди на прием к Миносу.
Хотя, если честно, я бы встал в эту очередь без вопросов.
Двадцать лет стажа, хорошая рекомендация для ада.
Особенно если ты умел считать остатки.
Спасибо Сергею за самый необычный в этой рубрике рассказ о книге. Действительно, таких текстов у меня ещё не презентовали ни разу. Пожелаем автору успехов в его труде и доброжелательных читателей!
В рубрике "Автор о своей книге" я совершенно безвозмездно предоставляю возможность любому автору рассказать о любой своей книге. Я не провожу никаких отборов, не читаю эти книги сама и не отвечаю за их содержание или качество. И не беру за публикацию денег. Просто даю шанс автору заявить о себе. Каждый желающий имеет право самопрезентации. (Юлия Комарова, автор блога "БиблиоЮлия")
Захотелось прочитать книгу?
БиблиоЮлия есть ещё в ЖЖ, ОК, ВК , ТГ и МАХе ❤️