Часть 1
Отчет, который понравился всем, кроме покупателей Физика списка: 24 товара, 15 лет и круассан в социальной корзине Математика Сызрани: как выглядит «–10%» в реальном чеке
Часть 2
Лирика базара: почему бабушка побеждает сеть
13 февраля 2026. Севастополь, Центральный рынок.
Здесь нет желтых ценников «первая цена». Нет акций «3 по цене 2». Нет программ лояльности.
Здесь в 17:00 торговцы скидывают остатки:
— Бери, дочка, картошку, 20 рублей. Не повезу же обратно.
В магазине картофель — 32 рубля. На рынке — 20.
Мария из Севастополя, чей монолог публиковали на прошлой неделе, объясняет арифметику: «У нас процветает базарная торговля. Торговцы скидывают цены в конце дня, продают бракованный товар с большой скидкой. Для людей с низким доходом это весьма привлекательно».
Почему базар дешевле сети?
- Нулевая наценка на «социальную миссию». Рыночный торговец не обязан отчитываться перед АКОРТ и держать 3,5% маржи на морковь. Он просто хочет продать сегодня и не платить за аренду холодильника до завтра.
- Прямой контакт с производителем. Сеть покупает картошку у перекупщика, который взял у регионального дистрибьютора, который отгрузил у фермера. Рыночный торговец часто сам фермер или вчера купил фуру у соседа.
- Отсутствие «премиальной компенсации». Сеть задирает цену на органическую морковь, чтобы продавать социальную в ноль. Рыночный торговец продает одну морковь — обычную. И берет за нее ровно столько, сколько готов отдать покупатель в 18:00.
Парадокс: рыночная экономика в ее классическом базарном варианте часто оказывается социальнее, чем государственное регулирование.
Социальные цены: что на самом деле?
Февраль 2026. Попытка честного ответа.
Существуют ли социальные цены?
Да, существуют.
В сетях реально есть товары «первой цены», которые продаются с минимальной наценкой или в убыток. Рис по 35 рублей, гречка по 34, яйца по 52 . Их можно найти, если знать, где искать.
Но они не работают так, как задумывалось.
- Доступ к «социальным ценам» распределен неравномерно. Москва и Сызрань живут в разных ценовых реальностях. Гречка, дешевеющая на 39% в отчетах АКОРТ, в регионах может вообще не заметить тренда.
- Список социальных товаров устарел. Говядина и баранина — продукты с высокой себестоимостью. Сдерживать их цену искусственно — значит заставлять производителя либо работать в минус, либо компенсировать потери на других категориях, которые тоже «социальные» .
- Магазин и рынок — разные экосистемы. Сеть предлагает стабильность, чистоту, предсказуемость и платит за это налоги и наценки. Рынок предлагает цену и свободу. Сравнивать их «социальность» некорректно — у них разные бюджеты.
Депутат Лисовский предложил радикальное решение: пересмотреть список, исключив продукцию, которая перестала быть базовой и перешла в разряд премиальной .
В Национальной мясной ассоциации поддерживают: «Нужно уточнить список действительно социально значимых товаров. Тогда торговые сети и поставщики смогут перенести доходность на другие продукты, а бизнес будет изготавливать базовые товары в нужном объеме» .
Эпилог. Умная бедность
13 февраля 2026. Сызрань. 20:55.
У кассы «Пятерочки» очередь. Женщина с авоськой держит батон за 19 рублей — тот самый, «социальный», с истекающим сроком. Мужчина в спецовке берет гречку — 35 рублей, с отрицательной наценкой.
Через 300 метров, на рынке, торговка закрывает прилавок. Она продала последние 10 килограммов картошки по 20 рублей — на 6 рублей дешевле, чем в «Магните».
Никто из них не читал отчет АКОРТ.
Никто не знает, что рис подешевел на 39% в годовом выражении.
Никто не спорит с депутатами о составе социальной корзины.
Они просто хотят есть.
Три вывода об экономике 2026 года:
Первый. Социальные цены — не миф. Это реальный инструмент, который работает. Но работает он точечно, нестабильно и с огромной разницей между Москвой и регионами.
Второй. Социальные цены — это не государственная политика в чистом виде. Это договоренность крупного бизнеса с властью. Сети соглашаются торговать в убыток 6 позициями, чтобы их не нагрузили 16-ю. Это рыночный компромисс, выданный за социальную помощь.
Третий. В 2026 году выживает не тот, кто ждет социальных тарифов. Выживает тот, кто комбинирует:
- «Социальную» гречку в «Пятерочке» по 35 рублей
- Вечернюю уценку на рынке по 20 рублей
- Свои шесть соток с картошкой
- Своих кур для яичной независимости
Это — новая нормальность.
Государство дает инструменты. Но не гарантирует результат.
Ритейл создает видимость доступности. Но не отвечает за региональные диспропорции.
Только сам человек, вооруженный знанием цен, связями с базарными торговцами и парой курятников в СНТ, способен собрать свой личный «социальный пакет».
P.S. Круассан вне очереди
В обновленном списке социально значимых товаров, который, вероятно, утвердят осенью 2026-го, круассанов уже не будет.
Говядина и баранина, скорее всего, останутся — слишком чувствительная категория для населения, несмотря на высокую себестоимость.
А картошка, капуста и морковь будут и дальше продаваться с отрицательной наценкой в сетях и с вечерним торгом на базарах.
Но главное — не в списке.
Главное — в том, что спор о социальных ценах окончательно расколол реальность на две:
Ту, где цены снизились на 10%, и ту, где люди покупают гречку в «Магните» за 69, а на рынке за 45.
И живут они в одной стране.
Подписывайтесь на канал «Кино, вино, домино».
Разбираемся в экономике без отчетов АКОРТ.
Только чеки. Только цены. Только реальность.
Использованные источники:
Данные АКОРТ о снижении цен на 10% (февраль 2026) ;
Мониторинг цен в Сызрани (29.01.2026) ;
Оперативная статистика Росстата (3–9 февраля 2026) ;
Дискуссия о пересмотре списка 24 социально значимых товаров .
Подпишитесь на канал "Умен и богат: жизнь как у Дурова" - все самое главное о здоровье, технологиях и деньгах
Читайте еще:
Записка из камеры: бывшая жена миллиардера Галицкого покончила с собой после ареста
Путеводитель по «русским файлам» Джеффри Эпштeйна. С кем из российских бизнесменов и политиков дружил финансист
1-ый крупный банк РФ из топ-10 стал убыточным из-за многомиллиардных неплатежей по кредитам. МКБ в глубоком минусе
СМИ: осталось 3-4 месяца до финансового кризиса в России: буря в экономике РФ к лету 2026 года