Сейчас много спорят об эстрадном искусстве, о том, каким оно должно быть. Есть горячие сторонники эстрады в такой форме, которую она принимает при включении электромузыкальных инструментов, есть противники такой «индустриализации».
Случилось так, что в нашем городе одновременно появились на гастролях народный артист СССР А. Соловьяненко и вокально-инструментальный ансамбль «Автограф». Для выступлений Соловьяненко была отведена эстрада в здании краевой филармонии, а для «Автографа» – арена в цирке.
Довелось быть свидетелем разговоров в очереди у кассы между теми, кто добивался билетов на повторные концерты Соловьяненко, и теми, кто устремился на «Автограф». Они очень показательны. Любители и поклонники лирического и сильного голоса народного артиста СССР Соловьяненко говорили с восхищением, я бы сказал, преклонением перед талантом певца, его патриотичным репертуаром: «Какая проникновенность лирики», «Удивительный, красивый голос, способный тронуть самые заветные струны души, приобщить к добру и красоте»…
Разговоры молодежи об «Автографе» ограничивались краткими репликами: «Во дают!», «Балдеем!».
Какая разница между высокоэстетичным впечатлением от песен Соловьяненко и от громобойного шума «Автографа»!
Приучение к громобойной эстраде отучает от понимания настоящей музыки. Бесконтрольное увеличение числа ВИА как профессиональных, так и самодеятельных, насыщение их программ антимузыкальными звуками, кривлянием оркестрантов и солистов пытаются изобразить как свободу развития музыки.
Надо правильно понимать свободу творчества, ее рамки и границы. Как не может быть свободы в размахивании ножами перед лицами людей, так не должно быть свободы искажения искусства, и в частности снижения уровня эстрадной музыки, замены музыкальных произведений поделками, которые направлены на возбуждение низменных инстинктов.
В. ЧАЧИН.
Ставрополь.
24 октября 1984
Советская культура, №128