В Советском районном суде Улан-Удэ рассмотрено необычное дело об установлении места открытия наследства. Заявительница просила суд определить местом открытия наследства после смерти ее супруга жилой дом и земельный участок в одном из районов Бурятии. Формально у покойного никогда не было регистрации, но было имущество, купленное на средства жилищного сертификата, и сейчас вдова, с которой он обвенчался в колонии, намерена вступить в права наследования.
Обстоятельства этой истории уходят корнями в непростую судьбу наследодателя. Уроженец Бурятии, рано остался без родителей — их лишили родительских прав, когда мальчику было всего четыре года. Вместе с младшей сестрой, которой было три года, он попал в детский дом. Позже мужчина не раз оказывался в местах лишения свободы, где провел большую часть своей жизни. Приговоры следовали один за другим.
Именно в колонии он встретил женщину, которая стала его супругой. В 2020 году они заключили брак — прямо в исправительном учреждении. Детей у пары не было, своих детей у мужчины также не имелось. В 2021 году, еще находясь в заключении, как лицо из числа детей-сирот получил государственный жилищный сертификат. Супруга по его доверенности нашла и приобрела жилой дом с земельным участком. Деньги перевели, сделку оформили, право собственности зарегистрировали на имя сидельца.
В 2024 году мужчина умер. На тот момент он уже был освобожден условно-досрочно, но постоянной регистрации по месту жительства так и не оформил. Формально — человек без определенного места жительства. Фактически — владелец дома, в который он так и не успел по-настоящему въехать и пожить. Как в песне легендарного «Лесоповала»: «А пока ни кола, ни двора и ни сада. Чтобы бы мог я за ручку тебя привести. Угадаем с тобой, самому мне не надо. Наши пять номеров из шести».
Когда вдова обратилась к нотариусу, ей разъяснили: принять наследство можно только по месту открытия наследства. А оно, по Гражданскому кодексу, определяется последним местом жительства наследодателя. Но где оно, если регистрации нет, а годы, проведенные в колонии, местом жительства не считаются?
Нотариус открыл наследственное дело, но для выдачи свидетельства о праве на наследство потребовал либо документы о регистрации умершего, либо судебное решение об установлении места открытия наследства. Вдова выбрала второе и обратилась в Советский районный суд.
Женщина поясняла: дом покупался на средства мужа, она лишь выполняла его поручение, оформляла сделку. Вещи, мебель — все приобреталось для него, в доме хранятся его личные вещи. Это и есть, по ее мнению, фактическое место жительства покойного, пусть он там и не проживал физически.
Однако неожиданно активную позицию заняла заинтересованное лицо — родная сестра умершего. Женщина прямо заявила в суде: она против того, чтобы вдова вступила в наследство. Сестра рассказала, что после детского дома они какое-то время жили у матери, затем брат постоянно попадал в колонии. Она вспоминала, как сама с семьей арендовала жилье, и брат какое-то время жил с ними. Он рассказывал ей, что на сертификат купил дом, обставлял его, но делал это через супругу, с которой обвенчался в колонии.
Сестра не оспаривала факт покупки дома и прав собственности брата. Но эмоционально была настроена против невестки. Юридически же ее возражения не подкреплялись никакими доказательствами, которые могли бы повлиять на решение суда.
Судья, изучив материалы дела, пришла к выводу, что заявление подлежит удовлетворению.
Суд установил, что гражданин на момент смерти не имел регистрации на территории России, длительное время находился в местах лишения свободы, после освобождения не успел или не счел нужным прописаться по новому адресу. Однако при жизни стал собственником недвижимости — жилого дома и земельного участка, приобретенных на законных основаниях, за счет средств государственного жилищного сертификата. Именно это имущество, расположенное по конкретному адресу, и составляет основную часть наследственной массы. Кроме того, у наследодателя имелись денежные средства на банковских счетах.
По закону, если последнее место жительства наследодателя неизвестно или находится за пределами России, местом открытия наследства признается место нахождения наследственного имущества. При наличии недвижимости — именно оно и является определяющим. Судья также приняла во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, допускающие в исключительных случаях установление факта места открытия наследства в судебном порядке с учетом всех обстоятельств: длительности проживания, нахождения имущества, воли наследодателя.
В решении отмечено: «Мужчина при жизни через своего представителя приобрел жилой дом, обустраивал его». А значит, именно этот населенный пункт следует считать местом открытия наследства. В итоге Советский районный суд Улан-Удэ установил место открытия наследства после смерти в одном из сел Бурятии.
Мужчина, выросший без родителей, прошедший через детский дом и колонии, получил от государства шанс на собственное жилье. Он доверил его обустройство жене, но сам в этом доме так и не пожил. Смерть поставила точку раньше, чем он успел ступить на порог.
Автор: МК в Бурятии