Район Мыс в Тюмени получил своё название от одного из рабочих поселков, возникших здесь в советское время после образования Тюменского Судостроительно-судоремонтного завода. Посёлок же унаследовал название древней деревни — Мысовской.
Мыс
В современных границах жилого района Мыс, расположенного на северо-востоке Тюмени, насчитывается более сорока улиц и переулков. Территория делится на две неравнозначные части: основная часть района раскинулась между Тобольским трактом и левобережьем Туры, меньший же сегмент вытянут к северу — от Тобольского тракта до обводненного карьера вблизи корпусов Колледжа водного транспорта. Если не принимать в расчёт главные транспортные артерии — сам Тобольский тракт и улицу Тимофея Чаркова, выполняющую роль естественной восточной и северо-восточной границы района, — то самой протяженной внутрирайонной магистралью оказывается улица Кулибина. Она берёт начало у парка имени Ю. А. Гагарина и продолжается без малого 2 километра. Судоремонтная уступает ей на несколько сотен метров, оставаясь второй по длине среди средних и малых улиц Мыса.
Наименование района унаследовано от рабочего поселка советской эпохи, выросшего вокруг Тюменского судостроительно-судоремонтного завода. Посёлок, в свою очередь, перенял имя старинной деревни Мысовской. Именно здесь, у этой небольшой деревни, когда-то разместилось предприятие, определившее развитие сибирского судостроения — «Жабынский завод» Курбатова и Игнатова.
Иван Игнатов
Трудно судить, сумели бы нижегородские предприниматели Иван Колчин и Устин Курбатов реализовать свои планы в Тюмени без постороннего содействия. Сам Колчин так никогда и не посетил первый русский город Сибири, а Курбатов, поглощённый пароходными маршрутами на Каме, Волге и прочих реках, появлялся здесь лишь несколько раз наездами. Однако именно эти деятели инициировали создание судостроительного производства на Туре, поручив дело Ивану Ивановичу Игнатову — человеку, одержимому идеей профессионального судоходства в Обь-Иртышском бассейне. Столь масштабная задача требовала мощного завода с квалифицированными инженерами и механиками. Примечательно, что и сам Игнатов не являлся коренным тюменцем: к моменту закладки первых жабынских цехов близ Мысовской он проживал в «сибирской столице» всего три года.
Будущий создатель первого тюменского электрического освещения и владелец крупного речного флота родился в 1832 году в Белёве на Оке. Начав с торговли, Игнатов быстро прошёл путь от купеческого приказчика до купца 1-й гильдии. Однако обмеление Оки грозило свести на нет его торговые успехи: товарооборот падал, склады пустели. В начале 1860-х годов молодой и деятельный предприниматель покидает Белёв, держа путь сначала на Урал, а затем в Сибирь. Осев в Тюмени, он целиком посвящает себя коммерции и общественной деятельности. Город напоминал ему родные края, а полноводная Тура представлялась идеальной для развития пароходства.
Новый завод
Под строительство завода Игнатов облюбовал левый берег Туры у деревни Мысовской. Прямое расстояние до верфи Гектора Гуллета составляло 5 километров. По преданиям старожилов, деревне к тому времени насчитывалось около двухсот лет, и она была малолюдной. Мимо, сквозь сосновый бор, пролегал тракт на Тюмень — удобная транспортная связь с городом. Место оказалось на редкость удачным во всех смыслах. Пустынный прежде берег начал преображаться. Окрестные жители, предвидя множество вакансий, с надеждой ждали открытия завода. Осенью 1864 года стартовало возведение «Жабынского механического судостроительного, чугуно- и меднолитейного завода». Первые суда сошли со стапелей довольно скоро, однако полную мощность предприятие обрело к 1871 году. Название купец выбрал сам: тоскующий по родине Иван Иванович до конца дней подписывался «белёвский купец 1-й гильдии», а завод нарек в честь преподобного Макария Жабынского — чудотворца XVI–XVII веков, основателя Жабынской Введенской пустыни (Свято-Введенский Макариевский Жабынский мужской монастырь) близ Белёва.
Первое время Игнатов единолично управлял заводом, фактически замещая отсутствующих учредителей. Внимание к нуждам мастеровых, умение привлечь лучших специалистов, глубочайшие технические познания (при отсутствии формального образования) и осведомленность о последних мировых тенденциях позволили ему в короткий срок сделать своё предприятие лучшим в регионе, а затем поставить его в число ведущих по стране. В изготавливаемую заводом продукцию входили мельничное и железнодорожное оборудование, паровые котлы, разнообразные механизмы и готовые речные суда. Всего за полвека (1871–1915) завод построил 115 судов и десяток землечерпалок.
Роберт Вардроппер
К исходу 1860-х годов третьим крупным судостроителем Зауралья вслед за Гуллетом и Игнатовым стал Роберт Вардроппер, развернувший верфь вместе с сыновьями Эдуардом и Якобом на реке Тавде, в деревне Жирянково. Английские подданные постоянно проживали в Тюмени, владели здесь несколькими деревянными и каменными особняками. Выбор Тавды оказался безупречен: река полноводнее Туры, на всём её протяжении ни одной верфи, а окрестные леса — поставщики недорогой первоклассной древесины. Благодаря этому Вардропперы строили самые дешёвые в Сибири и Зауралье баржи и лодки. Рабочих нанимали в Жиряково и соседних селениях. Дорогу к предприятию англичане вымостили камнем и обсадили берёзами. Ныне ни верфи, ни деревни на картах не найти, а берёзовая аллея уцелела лишь фрагментарно. Причины, по которым люди покинули столь живописное и удобное место, до сих пор остаются загадкой.
Текст и фото: Сергей Ермолаев, сайт https://drugiekadry.ru
→ Поддержать работу канала донатом.