Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Daria Konstantinova style

А вы знаете что

… Олимпиада подарила СССР моду и бренды. Домашняя Олимпиада 1980 года и первый шок в шоке. До этого всё было понятно и привычно: форму шили в Армении, по эскизам Дома моделей спортивной одежды. Скромно, функционально, без выпендрежа. И тут — бах. Советских спортсменов вдруг одевает капиталистическая марка Adidas. Конечно никаких логотипов и рекламы. Вместо трех полосок, одна и красная. Полоски на кроссовках сложили так, что напоминают букву «М». Москва. И вот что по-настоящему смешно и гениально: названия бренда нигде нет, а вся страна и так понимает, кто это. После Олимпиады Adidas становится объектом желания. Не потому что «Запад». А потому что красиво, чётко, современно. Это был первый момент, когда одежда спортсменов начала жить за пределами стадиона. Как знак единения. Как культурный код. И вот тут наши дизайнеры поняли: а ведь это работает. Первым это почувствовал Вячеслав Зайцев. Сараево, 1984 Бюджет был скромный, а вот задача все та же глобальная и идеологическая. Наша сб

А вы знаете что…

Олимпиада подарила СССР моду и бренды.

Домашняя Олимпиада 1980 года и первый шок в шоке.

До этого всё было понятно и привычно:

форму шили в Армении,

по эскизам Дома моделей спортивной одежды.

Скромно, функционально, без выпендрежа.

И тут — бах.

Советских спортсменов вдруг одевает

капиталистическая марка Adidas.

Конечно никаких логотипов и рекламы.

Вместо трех полосок, одна и красная.

Полоски на кроссовках сложили так,

что напоминают букву «М».

Москва.

И вот что по-настоящему смешно и гениально:

названия бренда нигде нет,

а вся страна и так понимает, кто это.

После Олимпиады Adidas становится объектом желания.

Не потому что «Запад».

А потому что красиво, чётко, современно.

Это был первый момент,

когда одежда спортсменов

начала жить за пределами стадиона.

Как знак единения.

Как культурный код.

И вот тут наши дизайнеры поняли:

а ведь это работает.

Первым это почувствовал

Вячеслав Зайцев.

Сараево, 1984

Бюджет был скромный, а вот задача все та же глобальная и идеологическая.

Наша сборная вышла в жемчужно серых дубленках.

Аксессуары стали отдельным высказыванием:

у женщин были меховые шляпы с узкими полями

и павлопосадские платки.

У мужчин, высокие, а-ля чиновничьи шапки с козырьком.

Это уже не демонстрация ресурса.

Это стиль и манифест.

И вот здесь случилось главное.

Олимпийская форма перестала быть

«чем-то парадным, идеологическим».

Она стала образом,

который можно считывать, копировать, хотеть.

Фактически с этого момента в СССР появилась мода как система,

а не как набор правильных вещей.

Это был момент,

когда страна вдруг поняла:

одежда это не украшение.

Это инструмент.

Язык.

И очень сильный способ влияния.

Не только на мир

Но и на своих соотечественников.

-2
-3