Спор Бёртона и Спика, разрешившийся пулей в Сомерсете, определил на карте лишь современный, мгновенный снимок величайшей речной системы — снимок, сделанный в масштабе человеческой жизни. Но под этим слоем, в толще осадочных пород и в извивах речных террас, записана куда более долгая и грандиозная история, перед которой человеческая драма кажется лишь рябью на воде. История Нила — это летопись планеты, где тектонические силы и климатические циклы выступают главными авторами, а люди — невольными читателями последней страницы.
Главный парадокс Нила в том, что его нынешняя конфигурация — самая молодая и самая скромная за всю его многомиллионнолетнюю жизнь. Его история началась в эпоху миоцена, около 30 миллионов лет назад. Предшественники современной реки — Палеонил, Протонил — были могучими потоками, русла которых сегодня находят в пустыне в сотнях километров от нынешнего русла. Современный же облик реки сформировала грандиозная тектоническая драма — образование Восточно-Африканской рифтовой системы.
Озеро Виктория, этот символ открытия Спика, — не древний исполин, а геологический подросток. Оно родилось относительно недавно, около 400 000 лет назад, когда поднятие западного крыла Альбертинского рифта сыграло роль гигантской плотины, запрудившей сток древних рек в обширной плоской впадине. В отличие от своих глубоких и древних соседей — Танганьики и Ньясы, лежащих в узких рифтовых долинах, Виктория огромна, но относительно мелководна: ее средняя глубина всего 40 метров, а максимальная не превышает 92-х метров. Эта мелководность — ключ к его непостоянству. Геологические керны, поднятые со дна, как страницы дневника, свидетельствуют о драматических циклах озера. Оно полностью пересыхало и вновь наполнялось как минимум три раза. Последняя такая катастрофа случилась совсем недавно по геологическим меркам — около 17 300 лет назад, в разгар последней ледниковой эпохи, когда климат стал суше. Около 14 700 лет назад, с возвращением муссонов, озеро возродилось. Нынешние берега, которые видел Спик, — временные контуры.
Сам сток из Виктории, открытый как «исток», тоже молод. Он сформировался после того, как накопившиеся воды пробили себе путь через базальтовую гряду, создав водопад, который Спик назвал Рипон, а мир теперь знает как Кабарега (Мерчисон). Так родился Виктория-Нил, устремившийся к озеру Альберт.
Пока тектонические силы создавали котловину, в ней разыгралась не менее удивительная биологическая драма. Уникальная изоляция и молодость Виктории стали тигелем для одного из самых поразительных явлений на Земле — взрывной адаптивной радиации цихлид. Всего за 15 000 лет, прошедших с последнего наполнения озера, из немногих предковых видов здесь возникло более 500 новых, каждый из которых идеально приспособился к своей экологической нише — от моллюскоедов до чешуещипцов. Это самое быстрое и масштабное видообразование среди позвоночных, известное науке. Вся эта хрупкая, сверкающая всеми цветами радуги вселенная существовала в равновесии тысячелетия. И была грубо разрушена в XX веке с интродукцией хищного нильского окуня — «прогрессивным» решением колониальных властей для развития рыболовства. Окунь уничтожил сотни уникальных видов, наглядно показав, что последствия вторжения в сложившуюся экосистему могут быть катастрофичны и необратимы.
Сам Нил, приняв в себя воды Виктории, продолжил свой путь, который, однако, не был прямым и неизменным. Всего 11 000 лет назад, во влажный период голоцена, когда Сахара была цветущей саванной, Нил был полноводной, бурной рекой. Его русло в Египте было широким и неустойчивым, а на месте нынешней долины, возможно, существовал огромный пресноводный водоем. Петроглифы в ныне сухих вади (арабский термин, обозначающий сухие русла рек или долины, которые наполняются водой только в сезон дождей) близ Асуана, изображающие гиппопотамов и лодки, — немые свидетели той эпохи изобилия. Постепенное опустынивание Сахары заставило Нил «собраться» в узкое, глубокое русло. Ключевое событие, определившее облик реки, известной фараонам, произошло около 4 000 лет назад, когда из нескольких блуждающих протоков сформировалось единое, стабильное русло с предсказуемыми разливами. Именно этот «неолитический Нил» и стал колыбелью египетской цивилизации.
Сегодня, глядя на спутниковые снимки, где озеро Виктория похоже на гигантский опрокинутый сосуд, из которого тонкой, но неразрывной нитью вытекает Нил, мы видим наслоение бесчисленных эпох. На верхнем слое — человеческая драма: гонка честолюбий, предательство в Лондоне, триумф в Африке и загадочный выстрел в тихом парке. Под ним — слой политический: как чистое любопытство ученых было использовано империей для составления карт будущих владений. Еще глубже — слой биологический: взрыв жизни и её безжалостное уничтожение по воле человека. И в самом основании — величавый и безразличный слой геологический: медленный пульс тектонических плит, циклы ледниковых периодов, рождение и смерть целых озер. Вода, дававшая жизнь фараонам и указавшая путь Бёртону и Спику, продолжает свой бег, храня память обо всех этих слоях. Она напоминает, что любое открытие — лишь вопрос, заданный в конкретный момент времени вечности, которая всегда может дать новый, неожиданный ответ.