Зимний день, подмосковный полигон Алабино. Сквозь снежную пелену едва пробивается свет. На заснеженной земле стоит измождённый молодой человек, совсем недавно выписанный из больницы после тяжёлого воспаления лёгких. На нём защитный костюм, поверх которого надет танковый комбинезон. Ассистенты режиссёра деловито обливают его бензином. Предстоит огненная сцена.
Режиссёр Владимир Роговой даёт последние наставления:
«Главное — от камеры не отворачивайся, лицо береги, если что — сразу потушим!».
Звучит команда «Мотор!». Спина парня мгновенно вспыхивает, огонь ревёт. По сценарию, он должен отстреливаться из автомата, но затвор, словно по злому року, заклинивает. Охваченный ужасом, он кричит сквозь пламя: «Не стреляет!». А с безопасного расстояния, перекрывая рёв огня, доносится крик режиссёра: «Стреляй понарошку! Как дети во дворе: ты-ды-ды!». И он, объятый огнём в танке, начал имитировать стрельбу, издавая это детское «ты-ды-ды». Именно эти кадры вошли в финальную часть фильма, ставшего культовым для нескольких поколений зрителей. Александр Воеводин, воплотивший на экране образ Егора Трофимова в легендарных «Офицерах», тогда ещё не подозревал о существовании каскадёров. Ему велели гореть — он горел. Главное было подарить публике незабываемое кино, которое останется в памяти на долгие годы. И с этой задачей съёмочная группа «Офицеров» справилась блестяще.
Детство, опалённое войной
В киноленте «Офицеры» у героя Александра Воеводина, Егора Трофимова, были идеальные родители. Однако для самого Александра жизненный старт оказался куда более суровым. Отца он не знал вовсе: Михаил Иванович ушёл из жизни в двадцать четыре года, когда сыну едва исполнился месяц. Причина его ранней кончины оставалась тайной, которую мать бережно хранила до последних дней.
Маленький Саша рос в огромной московской коммуналке, где на одной кухне собиралось четырнадцать семей. Несмотря на отсутствие отца, мужского воспитания ему хватало сполна. В соседних комнатах жили мамины братья, дядя Витя и дядя Володя — настоящие фронтовики, а не вымышленные персонажи. Дядя Володя командовал батальоном, а дядя Витя — миномётным взводом. Последний вернулся с войны с искалеченной ногой, часть ступни была ампутирована.
Именно этот хромающий, но неунывающий дядя Витя стал для Саши настоящим отцом. Летом на даче в Снегирях они уходили в поля на рассвете. Пока солнце поднималось над горизонтом, дядя рассказывал военные истории, разыгрывая их в лицах с таким мастерством, что любой артист позавидовал бы. Он, несмотря на инвалидность, бегал на своей больной ноге быстрее маленького племянника. Возможно, именно там, во время этих утренних прогулок, слушая фронтовые рассказы, будущий актёр впитывал те черты, которые впоследствии помогли ему так убедительно сыграть Егора Трофимова.
Путь к сцене
Путь Александра Воеводина к актёрской профессии был тернистым и извилистым. Сначала, как это часто бывает, был Дом пионеров: выжигание по дереву, попытки освоить балалайку. Всё это быстро наскучило, пока от скуки он не забрел в театральный кружок. Там поначалу ему доверяли лишь менять цветные фильтры на прожекторах во время спектаклей. Но сцена, на которую он смотрел из-за кулис, неумолимо притягивала его.
Когда Воеводин принял решение поступать в Школу-студию МХАТ, знаменитая Софья Пилявская, прослушав его, вынесла вердикт: «Стихотворения читаешь неплохо, но совершенно непонятно, кого ты будешь играть — у тебя ещё амплуа не сформировалось». Юный абитуриент не растерялся и пообещал за год, пока доучивается в школе, «сформироваться». И сдержал своё слово — через год с первой попытки поступил на курс к Виктору Монюкову.
В киноленту «Офицеры» Александр Воеводин попал, будучи студентом второго курса. Ассистенты режиссёра обнаружили его фотографию в картотеке «Мосфильма», куда студенты тайком приносили свои снимки во время летних каникул. Сниматься во время учёбы было строжайше запрещено — за это запросто могли отчислить, но соблазн был слишком велик.
Первый съёмочный день проходил в Севастополе, и не летом, а в разгар весеннего семестра. Прогуливать занятия в школе-студии было невозможно, но и от роли отказываться уже не хотелось. Воеводин в отчаянии отправился к заведующей учебной частью Марине Францевне Ковалевой. Эта женщина, сама в прошлом киноактриса, игравшая в «Тимуре и его команде», относилась к студентам по-матерински. «Конечно поезжай сниматься!» — сказала она. «А если отчислят?». «Что-нибудь придумаем. Подушечки подложим!», — успокоила его Марина Францевна. «Подложить подушечки» означало «прикрыть перед начальством». И прикрыли. Никто из педагогов даже не заикнулся об отсутствии Воеводина.
На съёмочной площадке и за кулисами
На съёмочной площадке царила особая, почти семейная атмосфера. Георгий Юматов, исполнивший роль отца Егора, относился к молодому партнёру с невероятной теплотой, постоянно называя его «сынком». Александр тогда не подозревал о личной трагедии великого артиста: у Юматова не было своих детей. Для двадцатилетнего студента сорокалетний Юматов казался человеком совсем другого масштаба — за его плечами была настоящая война, служба юнгой на флоте, шрамы и награды, о которых он, кстати, почти никогда не говорил, да ещё и артистом он был гениальным. Воеводин смущался опеки Юматова, осознавая огромную дистанцию между ними, но в глубине души мечтал именно о таком отце.
Фильм вышел на экраны, когда Александр уже окончил вуз. Успех был оглушительным. Его фотографии продавались в киосках «Союзпечати», на улицах к нему подходили незнакомые люди. Тогда, по молодости, это воспринималось как должное. Осознание того, что он вытянул счастливый билет и снялся в картине, которая станет настоящим шедевром, пришло намного позже.
После выпуска вчерашние студенты бродили по Москве в весьма экстравагантном виде: в плащах, со шпагами. Они показывались в театры, демонстрируя фехтовальные навыки и сцены из дипломных спектаклей. Воеводину повезло крупно — его приняли в Театр сатиры.
Этот театр представлял собой звёздный клуб, где блистали Миронов, Папанов, Ширвиндт, Пельтцер. Новичков здесь не нянчили. «Лезь вон из кожи, но докажи, что ты достоин здесь быть», — таким был негласный закон. Татьяна Ивановна Пельтцер, любимая всей страной «бабушка», в работе превращалась в настоящую фурию. Перед спектаклем она заводила себя скандалами: костерила реквизиторов, костюмеров, ругалась на чем свет стоит, чтобы поймать нужный нерв. В постановке «Мамаша Кураж» Воеводин играл её сына. В сцене, где он погибал, Пельтцер выходила, обнимала его бездыханное тело и пела тихонько: «Войне всего нужнее люди…». Александр лежал и каждый раз чувствовал, как на его шею капают настоящие, горячие слезы. Она выносила сердце на сцену, проживая жизнь своих героинь.
Спартак Мишулин был другим. Великий Карлсон обожал импровизации и розыгрыши. Во время репетиций он мог внезапно полить партнёра из сифона или затушить о спину Воеводина сигару — конечно, не по-настоящему, но выглядело это пугающе достоверно.
Боль утраты и возвращение к сыну
Пока карьера Александра Воеводина стремительно шла в гору, в его личной жизни назревали серьёзные проблемы. Александр рано женился на девушке-инженере, которую встретил на крымском пляже. Вскоре родился сын Миша. Казалось, живи и радуйся. Но, когда сыну исполнилось всего пять лет, брак распался.
Развод был тяжёлым и, как сам Воеводин позже признавался, «нецивилизованным». Родители, поглощённые собственными обидами, не заметили, как их разборки рикошетом ударили по ребёнку. Александр исчез из жизни сына почти на десять лет. Маленький Миша пошёл в первый класс с мамой, бабушкой и дедом, а отца рядом не было. Мальчишки во дворе дразнили:
«У тебя папа знаменитый артист, почему ты о нём не рассказываешь?»,
а Мише нечего было рассказать, потому что отца он толком-то и не знал. В детской душе росла обида: взрослые не поладили, а почему страдает он?
Возвращение отца в жизнь сына произошло благодаря тем самым «Офицерам». Однажды Александр пересматривал фильм по телевизору. Глядя на своего героя Егора, он вдруг подумал: «Боже, а ведь мой собственный сын сейчас почти ровесник Егора. Он уже школу заканчивает…». Эта мысль пронзила его так остро, что он не выдержал и набрал номер телефона, который не набирал годами.
Михаил взял трубку. Голос был уже взрослым. Отец узнал, что сын собирается поступать в институт, предложил помощь с поступлением, с поиском хороших репетиторов. С этого момента они начали общаться регулярно.
Когда сын сдавал вступительные экзамены, «Егор Трофимов» стоял под окнами института и трясся от страха так, как никогда не волновался перед выходом на сцену. Он смотрел на окна и думал: «Это же моя родная кровь, моё продолжение, а я и не заметил, как он вырос». Чувство вины накрыло его с головой. Михаил не стал актёром, он выбрал юридический институт, насмотревшись, видимо, на родительские баталии и решив, что хочет помогать людям цивилизованно решать конфликты.
Голос поколения и новый поворот судьбы
В девяностые годы, когда кино и театры переживали далеко не лучшие времена, Воеводин нашёл себя в дубляже. Его голосом заговорили персонажи диснеевских мультфильмов, герои бразильских мыльных опер и даже Скрудж Макдак в мультфильме «Утиные истории».
А потом в его жизни появились собаки. Точнее, множество собак. В сериале «Возвращение Мухтара» Александр Воеводин на двенадцать лет стал полковником Хрулёвым. Съёмки были изматывающими: начинали в Москве, потом из экономии переехали в Киев, затем в Минск. Псов, игравших Мухтара, меняли одного за другим. Несмотря на дрессировку, служебные инстинкты у животных брали своё. Однажды, когда актёр слишком резко махнул рукой в кадре, «напарник» цапнул его за запястье да так сильно, что съёмки пришлось прервать на несколько месяцев.
Сейчас Александру Михайловичу далеко за семьдесят. Он давно не тот мальчишка, горящий в танке, и даже не полковник полиции. Теперь он — счастливый дедушка. У его сына Михаила трое детей, и младшая внучка Тася, кажется, единственная в семье унаследовала артистизм деда.
С сыном они наверстали упущенное. Михаил уже сам отец и понимает: когда работа любимая, она забирает человека целиком. Однажды они вместе поехали в Хельсинки, где Александр когда-то снимался в фильме «Свеаборг». Отец водил взрослого сына по местам своей молодости, показывал точки съёмок. И в этой прогулке по финским улицам окончательно растаяли остатки детских обид.
«Офицеры» до сих пор часто показывают по телевизору. Но для Александра Воеводина главная победа — не в том, что его героя помнят миллионы, а в том, что в реальной жизни ему удалось восстановить отношения с сыном. Ведь всё могло сложиться совсем иначе. А он сумел, пусть и с опозданием, переписать этот сценарий.
Что вы думаете о том, как Александр Воеводин смог восстановить отношения с сыном после стольких лет разлуки? Поделитесь мнением в комментариях.