Есть куда пойти? Поможет кто-то? Начальник колонии смотрел на Лену. Пришла бумага. Её освобождали по УДО. Ленна тихо плакала и лишь качала головой. Нет, я же сирота. Мама Паши была против нашего брака, говорила, что я ему не подхожу. Да, ситуация. И что выйдешь-то? Куда, дальше? Лена пожала плечами. Работу буду искать. Ну, устроишься каким-нибудь дворником. Жить негде. Комнату, может, какую дадут в общаге. Петь начнёшь, и снова к нам. Ленна грустно улыбнулась. Не хочу я снова к вам. А других вариантов, как я понимаю, всё равно не светит. Очень редко в твоей ситуации человек может выстоять, но, в общем, иди на свободу через 4 дня. Может быть, мне какая-нибудь мысль в голову придёт. Лена встала. Спасибо. Если бы не вы, не знаю, как бы пережила всё это. Не раскисай, тебе всего тридцатник, так что вся жизнь впереди.
Заключённую Елисееву увели, а начальник открыл её личное дело. Очень часто в колонию привозили тех, кто 99% не был виноват в преступлении, за которое их наказывали. Всякое бывало. Иногда человек был такой вот, думалось: "Ну мало такому", а иногда, как эта, девочка. Э, в деле было написано, что она мошенница в особо крупных размерах, а денег у девчонки не было. Даже за адвоката нечем было заплатить. Зато семья мужа после того, как её посадили, приподнялась. Ну, тут и так всё понятно. Сирота, никакой защиты. Мошенник, судя по всему, муж. А всё, что могло её спасти с её слов — это камера, которая стояла в кабинете мужа, и где он ей подсовывал всякие документы на подпись, говоря, что это для покупки нового дома, но если она и была, то бесследно исчезла. Причём и мать, и сын, муж Елены, утверждали, что, конечно же, никакой камеры в помине не было.
Он взял телефон, говорил с улыбкой, видимо, звонил знакомым, потом что-то записал и положил трубку. Ленна даже зажмурилась. Какое солнце? Странно, там, на зоне, они тоже совершали прогулки, но солнце там никогда не было таким ярким. Как же здорово. Лена подкинула рюкзак повыше и зашагала к автобусной остановке. Нет, сюда она больше не вернётся. Уж лучше умереть. Расписание она не знала. На остановке, видимо, оно висело когда-то, но местное хулиганьё его подожгло. Прочитать что-либо было невозможно. Весеннее солнышко припекало. Лена сняла куртку. В этой зимней куртке её когда-то и забрали. Пусть лучше замёрзнет, чем солнце пугать.
Она просидела почти час. Потом к остановке потянулись люди. Видимо, местный, значит, скоро автобус. Ещё год назад Ленна была твёрдо уверена, что выйдет и первым делом поедет к мужу. Пусть её снова посадят, но она сделает всё, чтобы он сдох. Сейчас таких мыслей не было. Наоборот, очень хотелось, никогда больше с ним не встречаться. Потому что ещё больше не хотелось вернуться сюда. Автобус подошёл, чихнул, плюнулся чёрным дымком и открыл двери. Лена села у окошко, улыбнулась просто так, всем сразу. Напротив сидела бабушка, на коленях переноска с котом. Тот спал, развалившись на всю клетку, упитанный, такой красивый. Бабуля проследила за взглядом Лены, подхватила переноску и пересела на другое сиденье. Настроение тут же упало. Люди от неё шарахаются, сразу понимают, откуда она едет. Лена отвернулась к окну, старательно сглотнула, чтобы сдержать слёзы.
Через минуту её кто-то тронул за руку. Девушка повернулась. Мальчишка лет четырёх протягивал ей конфету. Её мама, которая теперь сидела напротив неё вместо той бабки, улыбнулась. Возьмите, всё будет хорошо. Лена взяла. Спасибо вам большое. И всё-таки мир не настолько плох. Она вышла на нужной остановке, ещё раз сверилась с адресом и пошла. Город очень изменился, как будто помолодел. То там, то сям работники что-то ремонтируют, что-то красят. Идти было недолго. Через 15 минут уже стояла у нужных ворот, робела немного, не думала, что дом настолько богатый, но выдохнула и нажала на кнопку звонка. Замок щёлкнул, дверь открылась. Лена вошла во двор. Большой, зелёный, немного запущенный, но всё равно очень красивый.
Идите сюда. Она увидела на крылечке полную женщину. Та махнула рукой и скрылась в доме. Лена поспешила за ней. Здравствуйте. Здравствуйте. Меня зовут Нина. Я здесь готовлю и немного убираю. Да и немного всего делаю ещё. Мне не разорваться, так что спасибо. Савелю Николаевичу помощь мне прислал. Лена улыбнулась. А мне сказали, здесь пожилая женщина живёт. А так и есть. Здесь живёт Инна Геннадьевна, мама Савелия Николаевича. Сам он тоже тут иногда живёт, но в большинстве своём работает и ночует у себя в городской квартире. Хотя это и не нравится его матери. Давай я сразу тебе всё объясню. Хозяйка не ходит. Ну, может, и ходит, но совсем чуть-чуть. Возраст, болезни, характер у неё не просто не сахарный, а вообще, в общем, сама всё увидишь. Попытки взять кого-то были и раньше, но никто не выдержал ангельской натуры Инны Геннадьевны. Я выдержу, очень надеюсь, потому что у меня просто не хватает на всё рук. И мне тоже, но хоть иногда нужны выходные. Нина даже вздохнула. Настолько, видимо, это была наболевшая тема. Лена улыбнулась. Я постараюсь как можно скорее войти в курс дела, чтобы вы могли отдохнуть. Кстати, про курс дела. Пойдём, я всё в доме тебе покажу. Понятно, что за первый раз всё не запомнишь, но хоть будешь иметь представление, что где. Экскурсия длилась примерно полчаса. Дом был огромный. Комнат много, много техники, современной. Нина толкнула какую-то дверь. Здесь будешь жить. Смотри, всё необходимое есть. И выйти на улицу можно не через дом, но дверь всегда держи закрытой. Хорошо поняла.
Лена с восторгом рассматривала комнату. Даже будучи замужем, у неё никогда не было таких апартаментов. По дому разнёсся звук звонка. Это хозяйка. Савелий купил пульт у Инны Геннадьевны, а звук по всем комнатам идёт, так что не услышать, что ты нужна, нельзя. Они вместе вошли в большую и светлую комнату. Нина Геннадьевна, познакомьтесь, это Лена. Слышала уже. Я же не заслуживаю нормальную няньку. Мне прямо из тюрьмы надо заказывать. Ленна посмотрела на Нину, но та шепнула: "Просто не обращай внимания и делай свою работу."
Прошло 2 недели. Лена освоилась. Уже понимала, когда у хозяйки совсем отвратительное настроение, а когда только наполовину. Хорошего настроения у неё, видимо, не бывало. Как-то она застала Инну Геннадьевну у большого окна. Та с тоской смотрела на улицу. Инна Геннадьевна, а давайте я вас вывезу во двор. Весна на дворе, погода чудесная. Бабуля повернулась к ней. И что там чудесного? Заросли дикие на месте того, что было раньше. Я же своими руками это всё сажала, планировала, ухаживала. А теперь она махнула рукой, а Лена заторопилась. Так мы можем всё исправить. И вы будете командовать, а я делать буду вашими руками. Бабушка помолчала, потом как-то осторожно спросила: "А сможешь? Если что-то не то, отрежешь, я ругаться буду. Ну, попробовать-то можем, хуже явно не будет." Бабушка снова махнула рукой. Эй, так и нет уж, наверное, ничего. Никакого инструмента. Савелия никогда зелень не интересовала, как и его отца. Ну, позвоню ему сейчас.
Лена мягко положила свою руку на её. Погоди, давайте сначала выйдем во двор и оценим фронт работы, и вы там запишете, что нам нужно. Женщина как-то нехотяно улыбнулась. Ну не знаю, давай что ли.
На следующий день Инна Геннадьевна позвонила в звонок едва рассвело. Лена только успела расчесаться, ещё даже кофе не выпила и бросилась со всех ног к хозяйке. Не на слёте. Никогда такого не было, чтоб так рано их вызывали. Инна Геннадьевна уже восседала в кресле. Ну сколько спать-то можно? А давайте быстрее завтракать и пошли во двор. Уже столько всего можно было сделать. Савелией должен инструмент прислать. Ленна улыбнулась. Ну сначала действительно нужно подкрепиться. А если вы не будете есть, то мы же ничего не успеем. Вы ведь устанете.
Бабушка очень плохо ела. Что бы Нина не приготовила. А сейчас с ворчанием, конечно, но съела всё, что перед ней поставили. Работа кипела. Инна Геннадьевна будто забыла, что у неё должно быть всегда плохое настроение. Она улыбалась, рассказывала, как сажала, как всё было раньше. А потом, когда они с Леной пропалывали клумбу, вдруг спросила: "Сколько срок у тебя был?" Лена вздрогнула, но ответила: "7 лет, отылашесть." А если не секрет, за что сидела? Лена вздохнула. Муж у меня был бухгалтером в одной большой ферме. Мы с ним вместе учились, и когда его повысили, позвал меня на работу. Я так счастлива была: "Вдвоём будем работать, всё получится, что хотели". Ну он часто давал мне подписывать всякие бумаги. Я ему доверяла. очень всегда говорил, что правила такие: должно быть две подписи. А потом оказалось, что я подписывала бумаги о переводах. Денег ушло очень много. Все решили, что это я. Ну, это и была я. Мои же подписи стояли. А муж, что? Что сразу развёлся со мной? Да, неужели не было никаких камер? В фирмах-то, если они действительно большие. Была, но и муж и его мать утверждали, что не было. Мать его часто там бывала. Там вообще всё как-то непонятно. Как будто её в ремонт отправляли или что-то такое. В общем, никто про камеру особо и не узнавал, ведь все улики на лицо.
Инна Геннадьевна покачала головой. Ну надо же, на ровном месте. И что? Денег у тебя нет? Ленна улыбнулась. Да я даже не видела их в глаза-то. Когда на суде сумму сказали, я чуть в обморок не упала. Это же такие огромные деньгище. А фирма как называется? Ленна и Инна Геннадьевна обернулись. Неподалку стоял мужчина, в руках большая сумка. Здравствуй, мам. Слушай, я очень рад видеть тебя в таком расположении духа. Ой, Савелий, да ты бы и не вспомнил, что у тебя мать есть, если бы сама не попросила тебя приехать. Так что не надо нам тут ничего заливать про моё расположение духа. Савелий поцеловал маму и повернулся к Лени. И всё-таки, как называлась ферма? Атлант. Слышал о такой. А кто у вас был адвокат? Лена смутилась окончательно. У меня не было денег же не было. А государственный как-то занят всё был. Понятно. А родственники? Что ж, нет у меня никого, кроме мужа тогда. Ну я так и думал. Узнаю, что там произошло на самом деле.
Да у вас тут настоящие работы. Меня возьмёте в помощники? Бабуля хмыкнула. Лен, возьмём этого в подмастерье мусор вывозить. Лена рассмеялась. Нам очень нужен человек, чтобы вывозить мусор. В тот день, как сказала сама Инна Геннадьевна, у них во дворе было столько смеха, сколько не было за последние 10 лет ни разу.
Вечером после ужина Лена вышла во двор. Сейчас тут было намного уютнее, и вдруг, услышала очень знакомый голос. Павлик, не паникуй. Никто её не найдёт. И вообще, я не понимаю, почему ты её не уничтожил. Что значит не было времени? А если её найдут? Хотя ты прав. Кто полезет на кладбище в склеп искать её? Всё, не переживай. Теперь-то никто ничего не докажет. Столько лет прошло. Только не пойму, чего это вдруг всё это снова всплыло. Голос удалялся, а Ленна стояла как каменное изваяние. Она знала соседку Инны Геннадьевны, которая прямо сейчас разговаривала по телефону. Это была её бывшая свекровь. Элен, всё в порядке? Я с вами разговариваю, а вы меня как будто не слышите. И бледная вы какая-то. В темноте это особенно видно. Она и не заметила, как подошёл Савелий. Там, там, она рассказала всё, что слышала. Она ваша соседка? Савелий улыбнулся. А я уже знаю. Послал запросы кое-куда. Зашевелили, значит, это очень хорошо. Она смотрела на него и молчала. Вот, что-то прямо сейчас сломалось у неё внутри. Какая-то пластина железная, прочная, через которую она не пускала никого к себе в душу. Прошло полгода. Оправдано. Лена медленно закрыла лицо руками. Стало ли ей легче? Наверное, да. Только как быть с теми шестью годами, которые просто можно вычеркнуть из жизни? Не плачь, девочка, у тебя достаточно времени, чтобы наверстать всё упущенное.
Инна Геннадьевна пожелала в этот день сама присутствовать на заседании суда. Здесь была Инина, которая сейчас вытирала платочком глаза. А Савелий, оказывается, он был владельцем большой конторы детективов и адвокатов. Все вместе поехали в ресторан. Лена взяла слово. Я так вам всем благодарна. И сейчас, знаете, если бы не тюрьма, я бы никогда не встретилась с вами, и это было бы неправильно. Потому что все вы роднее мне всех родных. Савелий после того, как все перестали плакать и обниматься, поднялся. Ну что, пока все такие добрые и пока всё так, я хотел бы сказать: "Лен, ты видишь, какая у меня жизнь. Времени просто нет. Надеюсь, что когда-то его будет больше. Я к чему? Мне некогда тебя водить в кино, в кафе, ну и что там, положено по списку. Давай просто сделаем вид, что этот период прошёл, и ты сразу согласилась выйти за меня замуж." Он достал коробочку с кольцом. Инна Геннадьевна захлопала в ладоши, а Савелий добавил: "И в кино я тебя уже сразу буду водить, как жену. Ладно". Ленна подняла на него глаза. Точно. По её щеке скатилась слёзинка. Клянусь. Ну тогда я согласна.