Максимилиан, прочитав всего Шопенгауэра, приобрёл отсутствующий и мрачный вид. На его лице было написано, что он знает нечто такое, чего не знает никто, не читавший Шопенгауэра.
И это понятно, уже одно сочинение «Мир как воля и представление» приводит сознание в ступор от осмысления, что мир имеет две стороны медали – представление как реальность мира, возложенная на фундамент мира как воли.