В годы Великой Отечественной войны советские солдаты и офицеры различных родов войск и служб находились в разных боевых условиях. Понятно, что простые пехотинцы, разведчики, связисты, танкисты и артиллеристы рисковали намного больше, чем те же тыловые кадры. Понятно, что солдат, идущий в атаку, с большей долей вероятности мог быть убит, чем высокопоставленный офицер из штаба. Однако на войне бывало всякое. Неожиданный прорыв обороны и вот уже немец атакует штаб и под ударом находятся уже сами высокопоставленные офицеры. И тут они могут проявить себя весьма по-разному.
В воспоминаниях Леонида Георгиевича Иванова можно прочитать о нескольких реальных случаях, произошедших с офицерами штаба. От маршала и до чинов пониже. Вот, например, как ветеран характеризовал маршала Кулика:
...в ноябре 1941-го года через Керченский пролив эвакуировались на Кубань, хотя там можно было держать оборону. Там был Кулик, маршал, он должен был её обеспечить. Но – по его вине мы в конце октября оставили Керчь. Её можно было держать, а он проявил такое... вообще, развратный был тип. Проявил трусость, потерял звезду Героя и так далее... (Источник: Я Помню. Воспоминания Леонид Георгиевич Иванов. НКВД и СМЕРШ)
Сам Леонид Георгиевич родился 18 августа 1918 года в селе Чернавка Тамбовской губернии в крестьянской семье. Окончил среднюю школу с отличием. Затем поехал в Москву, где поступил в Академию связи имени Подбельского. Уже на третьем курсе ему предложили продолжить обучение в школе НКВД. Парень согласился.
Школу НКВД он окончил как раз к тому моменту, когда советские войска вошли в Бессарабию и Буковину. В Черновцах он участвовал в создании управления НКВД. Боролся против банд бандеровцев. Затем началась Великая Отечественная война и Леонид Георгиевич отправился на фронт в Особый отдел Приморской армии. Принимал участие в боях за Одессу, ловил вражеских агентов и дезертиров, сам ходил в атаку.
К середине осени положение в Одессе сложилось крайне тяжелое. И был получен приказ эвакуироваться. К ноябрю Леонид Георгиевич оказался в Керчи, откуда войска эвакуировались уже на Кубань. В 1942 году он оказался в районе Крымска:
...мы оказались в районе Крымска. Потом я был с батальоном на Тамани. А потом – 1942-й год – Керченско-Феодосийский десант знаменитый, первый крупный десант. Значит, освободить Керчь и весь полуостров: Феодосию и так далее. (Источник: Я Помню. Воспоминания Леонид Георгиевич Иванов. НКВД и СМЕРШ)
Советские войска освободили Керчь, дошли до Феодосии и остановились на Акмонайских позициях. Как вспоминает Леонид Георгиевич "в атаки ходили – беспрерывно".
Это было под Феодосией, в тот день весь фронт в атаку пошел, и наша бригада тоже. На рассвете пошли, а потом атака захлебнулась. Оказалось, наша бригадная артиллерия по ошибке била по нашим войскам – начальник артиллерии был пьяный, не мог руководить. На другой день перед строем его расстреляли. Я поднял солдат в атаку, 800 человек. Везде стреляют, жуть. (Источник: АиФ. "Генерал «Смерш» Леонид Иванов: «Мы нашли Гитлера!»")
А уже 8 мая 1942 года немцы прорвали оборону и вышли в тыл всего фронта. Батальон Леонида Георгиевича организованно отходил с боями до Керчи. А там, по его воспоминаниям, не было никакой организованной эвакуации, никакого командования и все происходило "как на базаре", "офицеры, и полковники, солдаты – в куче… Такая безысходность, такая морально тяжёлая… ну, с ума сойти.".
Там же Леониду Георгиевичу пришлось вступить в бой с немецкой пехотой, чтобы отогнать ее от переправы. А затем он получил приказ от своего начальника организовать эвакуацию на одном из пирсов. Однако сделать это было крайне непросто. Пирс был забит десятками тысяч солдат и протолкнуться к нему было невозможно. Помог случай. Советская зенитка зацепила немецкий самолет, который начал падать прямо в толпу. Естественно, все бросились в разные стороны.
Леонид Георгиевич укрылся за цементной кладкой. А потом, пока все не пришли в себя, быстро добежал до пирса, подозвал к себе майора и капитана и приказал пропускать на баржи только раненых. Пять дней на этом пирсе он командовал эвакуацией. Приходилось применять оружие, если кто-то пытался пролезть, нарушая правила. Однако никаких поблажек он не делал даже для офицеров. При этом никого не убил, стрелял только по ногам или в плечи.
И все же некоторые из офицеров решили, что они имеют большее право эвакуироваться, чем простые солдаты. Но как пройти мимо непреклонного офицера, который пропускает для эвакуации только раненых? И один такой не совсем честный полковник нашел способ, он сам решил притвориться раненым:
Вдруг смотрю – несут четыре грузина на носилках высоко – командир дивизии: голова – повязана. Тогда ещё погон не было – четыре шпалы: это полковник, значит. А никто не пускает их. Ну, я там как-то распорядился – пропустили. На пирс его положили. (Источник: Я Помню. Воспоминания Леонид Георгиевич Иванов. НКВД и СМЕРШ)
Однако у Леонида Георгиевича сразу возникли сомнения:
Смотрю – лицо розовое, смотрит. А я уже знаю: когда человек раненый в голову – он бледный, глаза закрыты. Я говорю: «Ну-ка, развязать мне». Смотрю – никакого ранения нет. (Там же)
Полковника-симулянта разглядели и солдаты. Взбешенные такой трусостью и подлостью они стали требовать этого самого полковника расстрелять на месте. А если Леонид Георгиевич откажется, то солдаты обещали сами расстрелять и его, и полковника вместе. Однако Леонид Георгиевич все равно не хотел этого делать. Он придумал хитрость:
Поставил его на край пирса, вытащил пистолет, взял его за грудь. А он на моих глазах поседел! Буквально белый стал. Что-то дрогнуло у меня в сердце, а вокруг стрельба страшная. Говорю, полковник, я буду стрелять, но мимо, а ты падай в воду, как будто убитый, и спасайся, как можешь. (Источник: АиФ. "Генерал «Смерш» Леонид Иванов: «Мы нашли Гитлера!»")
В итоге после выстрела мимо Иванов толкнул рукой полковника и тот упал в воду, притворившись убитым. Что с ним стало дальше Леонид Георгиевич не знает.
Сам Леонид Георгиевич освобождал Белоруссию и Польшу, участвовал в штурме Берлина. После войны продолжил службу в органах контрразведки, дослужился до звания генерал-майора. В 1986 году уволен из органов КГБ по возрасту. За годы службы Леонид Георгиевич получил девять боевых орденов и около сорока медалей, написал книгу о своей работе в органах "Правда о «Смерш»".
Леонид Георгиевич накопил огромный опыт работы в контрразведке. Герой участвовал в войне, не прятался за спинами солдат и сам ходил в атаку. Ловил диверсантов и предателей. Но при этом не проявлял жестокости и был справедлив. Леонид Георгиевич ушел из жизни 19 февраля 2015 года. Похоронен на Троекуровском кладбище. Вечная память.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые статьи и ставьте нравится.