Ирина Понаровская никогда не скрывала: появление внуков перевернуло её жизнь. Несмотря на насыщенную карьеру и годы на сцене, сегодня она в первую очередь бабушка — внимательная, ласковая и невероятно привязанная к детям.
Когда у её сына Энтони и его жены Анны родились малыши, певица признавалась, что будто заново задышала. Она с особым теплом говорит об Эрике и Шарлотте, и в её голосе всегда слышна гордость. Для неё они — главный источник радости.
Сын Энтони появился в браке с американским актёром Вейландом Роддом. Его рождение когда-то стало настоящим чудом: врачи уверяли артистку, что стать матерью она не сможет. Поэтому мальчик был для неё всем — самым близким человеком, опорой, смыслом.
Понаровская вспоминала, что между ними не было тайн — они могли обсуждать всё на свете. Главное, по её словам, — говорить искренне, от сердца.
Но в прошлом году случилось страшное: Энтони не стало. Ему было всего 39. Эта утрата стала для Ирины Витальевны тяжелейшим ударом. После этого её жизнь разделилась на «до» и «после». И всё же она нашла силы двигаться дальше — ради внуков.
Эрик родился в 2014 году, а через четыре года появилась Шарлотта. Сейчас мальчику 11, девочке 8. Они совершенно разные. Эрик спокойный, рассудительный, добрый — и внешне светлый, как мама.
Шарлотта — настоящий вихрь: энергичная, пластичная, обожает танцевать, легко садится на шпагат и с удовольствием устраивает мини-концерты дома. И внешность у неё более смуглая — папина.
С бабушкой у детей особая связь. Хотя семья живёт в Петербурге, они часто созваниваются по видео, делятся новостями, смеются, обсуждают школьные дела.
Певица признаётся: в внуках она будто снова видит своего сына. И старается окружить их той заботой, которой, как ей кажется, когда-то недодала Тони из-за бесконечных гастролей и работы.
Она не раз говорила, что хочет подарить Эрику и Шарлотте в разы больше тепла, чем успела дать собственному ребёнку. В этих словах — и боль, и огромная любовь.
Понаровская не ограничивается редкими встречами. Когда приезжает к детям, полностью включается в их ритм: смотрит с ними мультфильмы, осваивает игровые приставки, интересуется современными развлечениями. И при этом с удовольствием стоит у плиты — печёт, готовит, балует домашними вкусностями. Шутит, что превратилась в настоящую заботливую «наседку».
Особенно её умиляет артистичность Шарлотты. Девочка тянется к сцене, любит быть в центре внимания. Но сама Ирина осторожно относится к такой перспективе: она прекрасно знает, насколько непростым бывает путь в шоу-бизнесе, и мечтает о более спокойной судьбе для внучки.
Артистка признаётся: когда ребёнок бежит к ней с объятиями, в этот момент ничего важнее не существует. Она буквально растворяется в этих детях и хочет лишь одного — чтобы они росли в атмосфере любви и поддержки.
После трагедии семья сплотилась ещё сильнее. 72-летняя Ирина остаётся рядом с невесткой Анной, помогает, поддерживает, участвует в жизни внуков. В Эрике и Шарлотте она видит продолжение своего сына — его черты, характер, улыбку.
Сегодня для Понаровской именно они — главный смысл. И всё, что она делает, направлено на то, чтобы их детство было светлым, спокойным и по-настоящему счастливым.