О немецких военнопленных, попавших в 1945 году в концлагеря, построенных в своё время для советских военнопленных.
Статья опубликована в газете ПРАВДА во вторник, 24 апреля 1990 года:
Тайна «Пяти дубов»
Правда о концлагере и домыслы о Фюнфайхен
Название местечка Фюнфайхен, близ Нойбрандеибурга, означает в переводе с немецкого «Пять дубов». Оно стало в последнее время в ГДР своеобразным детонатором антисоветской кампании, развернувшейся в некоторых местных газетах. Как уже сообщалось в «Правде», здесь, на территории бывшего нацистского концлагеря, было обнаружено массовое захоронение.
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что старые могилы были раскопаны по подсказке из ФРГ, из так называемого «Общества угрожаемых народов», расквартированного в Гёттингене. И сразу же в газетах обеих Германий замелькали заголовки один страшнее другого. Смысл их сводился к тому, что лагеря на территории советской зоны оккупации Германии, в которых после войны были интернированы военные преступники, ничем не отличались-де от нацистских лагерей: те же массовые расстрелы, пытки, издевательства и непосильный труд. А шпрингеровская газета «Бильд» поведала своим читателям о двенадцатилетних детях, якобы содержавшихся за колючей проволокой.
На днях в корпункт «Правды» в Берлине пришло письмо из Нойбранденбурга. Его автор — учитель Гарри Шмидт, специалист по истории рабочего движения, с возмущением пишет об антисоветской истерии, раздуваемой вокруг печальных находок.
Гарри Шмидт сам был узником концлагеря Фюнфайхен. Срочно связался по телефону с Нойбранденбургом. В трубке раздался молодой голос:
— Шмидт слушает. Сколько мне лет? Недавно исполнился 61 год. Уже собираюсь потихоньку на пенсию.
— Расскажите, пожалуйста, подробнее читателям "Правды", как вы оказались в лагере Фюнфайхен?
— В этом лагере я находился с декабря 1945 года по 8 августа 1948 года. Попал туда в 16 лет, а вышел 19-летним пареньком. Нужно сказать, что во время войны Фюнфайхен был крупным нацистским лагерем, в котором содержались в основном советские военнопленные. Их могилы и сейчас образуют огромное кладбище.
В ночь с 3 на 4 декабря 1945 года я, как и несколько моих товарищей из деревни Тетеров, был арестован офицером НКВД, которого сопровождал немец из "хильфополицай" — вспомогательной полиции. Дело в том, что гитлеровское командование, чтобы оттянуть тотальное поражение фашистской Германии, мобилизовало в марте 1945 года всех 16-летних ребят. Иногда под ружье ставились даже 14-летние юнцы. Никакими «вервольфами» мы, конечно, не были. Это нелепые сказки Геббельса.
Почти всех ребят из Тетерова направили в рабочий лагерь под Нойбранденбургом, где наспех обучили пользоваться винтовками и сразу же бросили на Зееловские высоты «бороться против Красной Армии».
Мне повезло больше. Всех, кому исполнилось 16 лет, в том числе и меня, зачислили в так называемые отряды по истреблению танков. Кое-как обучили стрельбе из винтовок и фаустпатронов. Ну а стрелять по советским танкам нам,
к счастью, не пришлось. Наши командиры убежали под натиском Красной Армии на Запад. А мы разбрелись по домам.
Из Мальхина всех арестованных в ту ночь перевели в конце декабря в концлагерь Фюнфайхен, который с июня 1945 года использовался советскими
оккупационными властями для интернирования бывших военных преступников. Такие лагеря, как я позже узнал, были организованы не только в советской зоне оккупации, но и в американской, английской и французской.
Меня только удивляет, почему упомянутое выше «общество» в Гёттингене вспомнило только о Фюнфайхене и ни словом не обмолвилось о десятках других подобных лагерей, находившихся под началом союзников.
— Судя по всему, в такие лагеря неизбежно попадали и невиновные. Например, вы лично. А были среди вас, скажем, 12-летние дети, о которых сообщала "Бильд"?
— Это все досужие выдумки, рассчитанные на обывателя. В лагере вместе с нами действительно был один 14-летний паренек, который со страху выстрелил из фаустпатрона по советскому танку. Но его вскоре отпустили домой. Кстати ни о каких пытках и расстрелах, о которых пишут сегодня в западной печати, я ни разу не слышал за все три года пребывания в лагере. Вообще нужно сказать, что «в зоне» мы практически не соприкасались с советскими солдатами. Они охраняли нас только на вышках. У нас же было своего рода самоуправление из
числа заключенных: главный по бараку, дежурные по кухне, начальники мастерских и даже своя лагерная полиция.
— Если судить по сообщениям некоторых газет, то получается, что в лагерях не было ни бывших сотрудников СС, ни гестаповцев. Были ли в вашем лагере бывшие нацисты?
— Они составляли основной контингент заключенных. У нас был даже одни генерал. Правда, их всех перевели в конце 1946 года в лагерь военнопленных для офицеров во Франкфурте-на-Одере. Один мой знакомый — морской капитан Фризе из нашего Тетерова — вскоре вернулся из этого лагеря домой.
— Работали ли заключенные?
— Только часть заключенных имела возможность постоянно работать.
В январе 1947 года из лагеря Фюнфайхен на работу в Советский Союз была направлена группа заключенных. Их отбирали строго по состоянию здоровья. Из 18 молодых людей, арестованных, как и я, в Тетерове и его окрестностях, восемь уехали в СССР. Все они, насколько мне известно, в 1950 году вернулись домой.
Наш лагерь расформировали в 1948 году. Всех, в том числе и меня, отпустили домой. Не были расформированы только два изолированных от общей территории барака, где содержались крупные нацистские преступники. Они были отданы под суд в 1948 году. Из нашего Тетерова таких было три человека. Среди них — бывший главарь местной группы НСДАП бургомистр Райнке. Все они отбывали свой срок в тюрьме города Торгау и в 1956 году тоже возвратились домой.
— Некоторые газеты сообщали, что в лагере царил жуткий голод...
— Это идиотская выдумка, рассчитанная на простачков. Конечно, еда была темой номер один всех разговоров в нашем лагере. Но так было в это время по всей разрушенной Германии, да, пожалуй, и по всей Европе.
Я могу подтвердить, что до зимы 1946 года мы получали неплохой по тем временам паек — 600 граммов хлеба на человека и два раза в день по литру горячего супа. Правда, затем был введен более «тощий» рацион, обязательный в то время для всей советской зоны оккупации. Но голод в это время царил и
на Украине, в Донбассе, и в других районах СССР, полностью разрушенных войной.
— Один из ретивых авторов утверждает, что в Фюнфайхене погибло более 9 тысяч человек.
— Эта цифра, думаю, взята с потолка. По моим подсчетам, здесь было в общей сложности около 12 тысяч заключенных, из которых погибло от болезней и истощения в течение трех лет около двух тысяч человек. Эта цифра сама по себе выглядит удручающе. Но она не идет ни в какое сравнение с огромными
потерями советских людей, погибших в нацистских концлагерях и при освобождении Германии от фашизма, Их братские могилы есть в каждом немецком селении. И я хочу заверить читателей «Правды», что мы, простые немцы, те, кто не продал свою совесть за западные марки, никогда не забудем их подвиги и всегда будем ухаживать за их могилами. С. ЗЮБАНОВ. (Соб. корр. «Правды»), г. Берлин.
Желающим принять участие в наших проектах: Карта СБ: 2202 2067 6457 1027
Несмотря на то, что проект "Родина на экране. Кадр решает всё!" не поддержан Фондом Президентских грантов, мы продолжаем публикации проекта. Фрагменты статей и публикации из архивов газеты "ПРАВДА". Просим читать и невольно ловить переплетение времён, судеб, характеров. С уважением к Вам, коллектив МинАкультуры.