Все знают легендарную историю изначально описанную в первой русской летописи "Повесть временных лет", созданной предположительно в начале XII века монахом Нестором в Киево-печерской лавре. Однако известны ли вам подробности этой истории? Кто такие русы, варяги? Какие братья были у Рюрика и какие племена его призывали? Почему Аскольд и Дир ушли в Киев и многое другое?
Обо всем этом и не только я расскажу в новой рубрике: "Согласно Повести временных лет". Начать следует непосредственно с рассказа о самой повести, ее версиях и истории создании, чем я и займусь в данной статье.
Древнейший свод
На самом деле, Повести временных лет в современном понимании никогда не существовало. Это была скорее своего рода пирамида, где каждый новый слой - это новый летописец. Рассмотрим этот момент чуть ближе.
После того, как при Владимире Святом на Руси было принято христианство, туда, через церкви и монастыри, стали проникать византийские письменные труды. Сын Владимира Ярослав Мудрый в 1037 году (по данным самой ПВЛ) заложил митрополию, построив храм святой Софии в Киеве и перенеся туда кафедру митрополита. Он поощрял и поддерживал написание и перевод книг.
Большой вклад в изучение проблемы летописей внес Алексей Александрович Шахматов (академик, сделавший изучение летописания системным и последовательным, создавший схему взаимоотношений русских летописей, которая используется до сих пор).
Шахматов, анализируя поздние записи пришел к выводу, что под текстом Нестора просвечивается более ранний слой. Он назвал его "Древнейшим сводом" и определил время создания концом 1030-х годов. Вероятно он создавался по заказу самого князя и был написан в Киеве, содержал краткие погодные записи, сказания о первых князьях и договорах с греками.
Начальный свод
Далее Ярослав умирает, начинается триумвират Ярославичей, а затем и правление Святополка II. В Печерском монастыре требовалось зафиксировать "правильную" историю, обосновав права тех или иных князей и показав, что Киев - центр Руси. Так появился "Начальный свод", написанный в 1090-е годы по самой распространенной версии игуменом Иоанном.
Шахматов догадался о существовании этой версии интересным образом. Он начал сравнивать Новгородскую первую с Лаврентьевской, Ипатьевской летописями. Новгородская была короче, поэтому до него считалось, что она - это краткий пересказ ПВЛ. Алексей Александрович заметил одну деталь, расскажу на примере: в Новгородской летописи рассказ о крещении Руси короче, но содержит архаичные обороты, которых нет у Нестора. При этом у последнего текст гладкий, литературный, с богословскими рассуждениями.
Шахматов заметил: в Новгородской летописи сохранились архаичные обороты, которых нет в ПВЛ. Если бы Новгородская была просто сокращением Нестора, откуда бы в ней взялась эта архаика? Он решил, что обе летописи происходят от одного, боле древнего источника и назвал его Начальным сводом.
Повесть временных лет
Повесть временных лет, которую все знают со школьной скамьи, это версия монаха Нестора. Для начала немного про автора и можно ли вообще ему доверять. Нестор родился в 1050-х года, а умер после 1113 года. По приданию, летописец пришел в обитель, когда ему было 17 лет. Отец Феодосий Печерский принимал непосредственное участие в его воспитании. Нестор был очень образованным человеком, особенно для своего времени: он умел читать и писать на славянском и греческом. После себя, помимо ПВЛ, монах оставил жития святых, в том числе и о князьях-мучениках Борисе и Глебе. К лику святых Нестора причислили в XVII веке за праведную жизнь, великие труды и благочестие.
Мы видим - Нестор был не просто сочинителем сказок, а уважаемым человеком в религиозном обществе и образованным по всем меркам. Когда, как и в случае ПВЛ, о достоверности источника сложно судить, то на первый план выходит авторитет автора. Нестор не был замечен ни за чем, чтобы порочило его репутацию в любом плане, он был скорее примером для подражания.
Разобравшись с автором, рассмотрим теперь как создавалась первая русская летопись по общему мнению. Нестор взял за основу Начальный свод, который был более архаичным и на его фундамент стал добавлять новые данные и убирать те, которые, по его мнению, были лишними, параллельно меняя стиль на более книжный. Далее летописец начал самую важную работу - работу с иностранными источниками. За счет своего знание греческого Нестор читал византийские хроники и письменные договоры с ней, опирался на ее систему летоисчисления и т.д. Записывал рассказы живых современников и изучал местные легенды (происхождения названий городов, месть Ольги, могилы князей и т.п.).
По итогу Нестор закончил свой труд и после этого умер. Он оставил титанический труд после себя, если бы не он, то мы бы потеряли 250 лет русской истории, пусть, возможно, и не полностью достоверной.
Что было после написания Повести временных лет?
В 1116 году, почти сразу после смерти Нестора, игумен Сильвестр сделал вторую редакцию, для князя Владимира Мономаха. Годом или двумя позже появляется третья редакция, предположительно для князя Мстислава Владимировича, сына Мономаха. Практически сразу ПВЛ перестала быть трудом Нестора, а стала княжеским документом, который правился под нужды конкретной ситуации.
В XII веке ПВЛ перестает быть отдельной книгой и становится вступительной частью к другим летописям. Каждый крупный княжеский центр ведет свою летопись, начиная ее именно с текста Нестора, но что-то переписывали, что-то добавляли, так появлялись региональные версии с акцентом на разные вещи.
После монгольского нашествия Киев и вся Южная Русь были окончательно разорены, летописи утеряны, а центры летописания сместились на север. Повесть временных лет продолжает переписываться, но уже по памяти. В 1377 году в суздальско-нижегородском княжестве по заказу местного князя монах Лаврентий переписывает владимирский свод начала XIV века, который открывался ПВЛ. Эта летопись сохранилась под названием Лаврентьевской. В 1420-е на юго-западной Руси создается Ипатьевская летопись. Она включала в себя Повесть временных лет, Киевскую, Галицко-волынскую летописи.
Закат летописания
В XVII веке летописи вытесняются хронографами и степенной книгой. Повесть временных лет уже перестала переписываться, она стала памятником в библиотеках. К этому времени оригинал ПВЛ Нестора уже была утеряна.
В XVIII - XIX веках летописи открывают заново. В 1767 году с ними начинает работать Татищев. В 1805 году Карамзин находит Ипатьевскую летопись. В XIX веке публикуются Ипатьевская, Лаврентьевская и другие версии ПВЛ, в то же время приходит понимание списки расходятся и нужно восстанавливать историю текста.
В начале XX века Шахматов впервые реконструирует историю текста. Он доказал, что Повесть временных лет создавалась в несколько этапов, у нее были предшественники и что теоретически можно восстановить исходный текст.
Следующим важнейшим этапом для повести стал перевод Д.С. Лихачева. Все тексты ПВЛ были написаны на церковнославянском и в XIX человек еще мог их свободно читать, но к XX веку он стал лишь языком богослужения, для массового читателя летопись оказалась скрыта. Лихачев взял за основу Лаврентьевский текст, т.к. он был самым древним. Там где Лаврентьевский список прерывается, вставляется текст из Ипатьевского. Исправлял ошибки переписчиков XIV - XV веков, которые часто не понимали смысла архаичных слов, заменяя их на похожие, бессмысленные, пропускали строки, путали имена и даты. После этой работы начинался сам перевод с церковнославянского на современный русский язык.
Итог
Современная Повесть временных лет - это не единая книга, созданная в одночасье монахом Нестором, а сложный, многослойный летописный свод, своего рода «историческая пирамида», которая формировалась на протяжении столетий: Нестор в начале XII века взял за основу более ранние «Древнейший» и «Начальный» своды, отредактировал их, дополнил византийскими хрониками, местными легендами и устными рассказами, создав классический текст, который впоследствии неоднократно переписывался и правился под нужды конкретных князей (редакции Сильвестра и другие), а затем, утратив статус актуального документа, стал основой для региональных летописей (Лаврентьевской, Ипатьевской) и, пройдя путь от забвения до научной реконструкции Шахматовым и литературного перевода Лихачева, превратился в основополагающий памятник, через который мы знаем первые 250 лет русской истории.