Конфликт на улице Радужной в волжском поселке Краснооктябрьский вышел на новый виток. Если в конце прошлого месяца в редакцию «Блокнот Волжский» обратилась Людмила Пожидаева с жалобой на автосервис, превративший тихую улицу в зону шума и беспредела, то теперь слово взяла противоположная сторона. И заявление владельцев автосервиса поддержали едва ли не все соседи. Семья Кононенко не просто отвергает обвинения в круглосуточном грохоте, пьянках и мусоре, они уверены: вся история с жалобами — личная месть, которую им припомнили спустя годы.
Отец владельца, так называемого, «автосервиса» Виктор Кононенко в прошлом — начальник отдела отделения полиции. И именно в этом, говорит он, корень конфликта. «Я здесь доработался до начальника отдела отделения полиции. Неоднократно выезжали инспекторы ПДН к ним. Решали вопросы с первой, со второй дочкой. Детей забрали. Он мне и говорил, и говорит: «Мы будем мстить тебе за то, что ты в то время сотрудником работал, детей наших лишил родительских прав». Я выполнял свой профессиональный долг и закон. Не я их лишал», — заявляет Виктор Кононенко.
Соседи один за другим подтверждают: проблема не в автосервисе, а в поведении самого главы семьи Пожидаевых. Жительница улицы Надежда Шкляр вспоминает, как несколько лет назад застала его в нетрезвом состоянии, справляющего нужду прямо напротив чужих окон. Другая соседка описывает случай, когда мужчина в пьяном угаре ломился к ней во двор, разделся догола и был найден участковым: «Часто пьяный бывает. И боялись иногда, даже собаку выпускал»
Сосед Алексей Лощанов утверждает: Пожидаев регулярно ему угрожает, на него есть приговор суда, но бумага агрессора не останавливает. «Данный субъект постоянно находится в алкогольном состоянии. Он боится за своих детей, а я боюсь за своих. Мои дети не могут выйти, потому что он систематически мне угрожает. Есть приговор суда уже. И даже после этого суда он опять ходит и говорит: «Я тебя прибью». Вот откуда агрессия. Не от этих людей (прим. от ред. — про владельцев автосервиса)», — возмущается сосед.
Наталья Кононенко, хозяйка дома, где расположены гаражи, настаивает: никакого автосервиса нет, есть два бокса для семейной техники — КамАЗа и трактора, которыми муж помогал отсыпать дорогу всей улице. А обвинения в шумных компаниях и развратном поведении называет лжесвидетельством: «У нас шестимесячный ребенок. И если мы будем, как он говорит, пить, бить, краской дышать — мы что, враги своим детям?»
Инцидент с мужчиной, справлявшим нужду на глазах у детей, Кононенко не отрицают, но уточняют: это был друг семьи, приехавший в гости, и к семье владельцев боксов он не относится. Данил Кононенко, сын и владелец техники, предлагает решать такие вопросы цивилизованно: «Мой друг приезжал в гости. Это общественно, вопросов нет. Инцидент есть. Можно пойти в отделение полиции, оставить заявление, предоставить видеозапись — и компетентные лица будут заниматься этим вопросом».
Кононенко признаются: они устали. От бесконечных проверок, от камер, нацеленных на их забор, от попыток сделать из них монстров. Соседи, вышедшие на защиту семьи, подтверждают: никакого шума и беспорядков от боксов нет. Зато от человека, который называет себя пострадавшим, страдает вся улица.
«Лично нашу семью оскорбили. Так как мы проживаем напротив данных соседей, непосредственно на видео «Блокнот Волжский» они обращались к нам. В данном случае мы обращаемся с целью защиты своих прав, чести и достоинства», — заявил Данил Кононенко.
Кто здесь жертва, а кто — агрессор? Одна сторона продолжает настаивать на незаконной работе автосервиса, вторая — вместе со всей улицей — требует оставить их в покое. Чью версию примут во внимание компетентные органы, покажет время.
Редакция «Блокнот Волжский» готова опубликовать комментарии всех заинтересованных в данном вопросе сторон.
Напомним, в редакцию «Блокнот Волжский» обратилась местная жительница Марина Кротова с историей, от которой сжимается сердце. Полтора года она пытается добиться справедливости после смерти матери. По ее словам, пожилую женщину, проходившую лечение после инсульта в городской больнице имени Фишера, выписали домой в критическом состоянии — с температурой под 40, параличом и признаками сепсиса. При этом в медицинской карте значилось: «состояние удовлетворительное, положительная динамика». Спустя считанные дни после выписки пациентка скончалась.
Софья Донцова