Монументальный комплекс Ленинского мемориала, открытый в 1970 году, – одно из мест Ульяновска, которое кажется обязательным к посещению. Как можно пройти мимо огромного здания в центре на площади Ленина? Однако пройти придётся именно что мимо, поскольку с 2019 года мемориал закрылся на ремонт и реэкспозицию. Конца и края им нет, поэтому не буду предполагать, когда стоит приехать в Ульяновск повторно.
Читайте предыдущий эпизод дневника (Ульяновск. Март 2025 года. День 1. Эпизод 4/6):
Фасад уже чистенький. Если сравнивать со старыми фотографиями, то заметно, что его отмыли и довели практически до белоснежного состояния. Но внутри ещё много работы, и нас встречают закрытые двери и огороженный внутренний двор.
Здание мемориала спроектировано группой архитекторов – Борисом Мезенцевым, Гарольдом Исаковичем, Михаилом Константиновым и Львом Фабрикантом. Квадратное сооружение со сторонами длиной в 110 метров и высотой 34 метра окружает и бережно охраняет две исторические постройки, ранее располагавшиеся на Стрелецкой улице. Как вы догадываетесь, никакой Стрелецкой улицы теперь не существует.
В домах, принадлежавших вдове дьякона Александре Прибыловской, на рубеже 1860–1870-х годов недолго жила семья Ульяновых, как раз тогда, когда семейство пополнилось младенцем Володей. Как уже сказал, во внутренний двор не пройти, поэтому и огромный музей Ленинского мемориала, и два мемориальных домика остаются на будущее.
Что делать будем? Предлагаю обойти комплекс и окружающий его забор, поскольку один объект находится не внутри квадрата ремонтируемого здания, а отдельно.
Это дом мещанки Дарьи Жарковой, куда Ульяновы переехали в конце 1871 года. Затем уехали в 1875-м.
Вообще они помотались по съёмным хатам и позже, пока не приобрели собственный дом, поэтому есть в городе и другие мемориальные «ульяновские» дома. В парочке из них тоже музеи, не говоря о главном доме-музее. Подробности об этом – завтра, а пока посетим этот дом, формально названный Квартирой-музеем В. И. Ленина или Квартирой-музеем семьи Ульяновых.
Квартира-музей – потому что снимали лишь квартиру из трёх комнат и кухни на верхнем этаже. Мемориальная доска советского разлива упоминает факт о рождении младшего брата Ленина Дмитрия Ильича в 1874 году. Любопытно, что Дмитрий Ульянов сюда впоследствии вернулся, когда оказался в Ульяновске в эвакуации в 1941 году.
А так в советские годы до создания мемориала здание использовалось под детдом, затем под детскую библиотеку. И на самом деле оно располагалось не на этом месте, а недалеко, но его пододвинули при строительстве комплекса, чтобы было удобно ходить между тремя домиками. В совокупности два дома Прибыловской и этот дом Жарковой так и называют – единым комплексом «Домики на Стрелецкой».
Стоит также отметить любопытную эмблему на красной табличке. Да, зрение нас не подводит: Ленинский мемориал в последние годы всё чаще использует для себя убогое наименование «Ленин-центр». К чему эта нелепая пародия на Ельцин-центр? Чем плох «Ленинский мемориал»? Ответа у меня нет.
Во всех современных источниках, указателях, путеводителях и описаниях мы прочтём, что Ульяновы переехали в дом Жарковой в 1871 году. Сомнений на этот счёт у историков нет. И лишь официальное чиновничье название дома, которое занесено в реестр объектов культурного наследия, гласит, что Ленин здесь жил ещё в 1870-м.
Рискну предположить, что это связано с устаревшими данными, которые базировались на воспоминаниях 1920-х годов от Анны Ильиничны Ульяновой. Полноценные исследования на эту тему проведены лишь во времена создания мемориала в конце 1960-х, но казённая формулировка из предшествующей эпохи осталась. Поменять её, конечно, можно, но зачем? И так сойдёт. А то, что туристы запутаются – это их проблемы.
Недалеко от дома Жарковой растянут такой баннер. Не верьте ему. О хронике исчезнувшей Стрелецкой улицы или образе жизни городской интеллигенции вы в музее почти ничего не узнаете. По крайней мере, если посетите квартиру-музей самостоятельно, ибо экскурсовод, ясное дело, расскажет и не такое. Но вот без экскурсии...
Хорошо, перед нами предстанет сама квартира. И это дом-музей в самом скучном смысле этого определения. Вот вам интерьер, ноль (ноль!) текстов и никакой подсказки, где узнать подробности. Может, аудиогид в интернете через Izi.travel или Artefact? Такого нет. Просто посмотрим мебель...
Ладно, я же не буду вас бросать в таком неудобном положении! Давайте расскажу сам.
Перед нами совмещённая гостиная-столовая, где по вечерам семья Ульяновых собиралась вместе. На рояле, что чуть-чуть влез в кадр слева, нередко играла мать семейства Мария Александровна, заодно могла и спеть. Небольшая витринка на рояле закрывает ноты, которые принадлежали Марии Ульяновой; если верно разглядел, там сборник всякой всячины для фортепиано с произведениями Моцарта, Верди, Россини и других. К слову, Володя тоже умел играть, ещё в раннем детстве научили.
Эта половина – гостиная, а собственно столовая – правее, дверей или штор между ними нет. Заглянем туда.
На столе лежит набор шахмат – копия семейной реликвии, которую сделал собственными руками Илья Николаевич Ульянов до симбирского периода своей жизни в Нижнем Новгороде. Ленин утащил шахматы за границу и где-то там потерял. Непонятно, правда, почему сотрудники музея утверждают, что это копия тех самых исторических шахмат; как можно сделать копию с предмета, который был потерян? Если по фотографиям восстановили, то всё равно копия будет скорее «по мотивам». Непонятно.
Интересно, что несколько лет назад на столе лежали другие шахматы – четверные. Сейчас в них играют редко, поэтому объясню для незнающих, что доска в такой игре чуть больше, а классических наборов – четыре штуки на четырёх игроков. Заруба идёт с четырёх сторон квадратного поля, но не всех против всех, а командами по два человека. Четверные шахматы были весьма популярны в Российской империи, как и кое-где в Европе.
За ширмой – отдельная комната Марии Ульяновой. Ну а что вы хотели для многодетной семьи в эпоху, когда не было таких замечательных способов получения жилья, как ипотека? Вот сейчас семья с пятью детьми легко может себе позволить... А, ой. Не будем об этом.
В кадр справа влезла фотография отца Марии и деда Ленина – Александра Бланка, чья фамилия благодаря еврейскому происхождению нежно любима антикоммунистами и разоблачителями Ильича. Полезно напомнить, что Бланк не передал потомству ни капли еврейского самосознания, поскольку то ему было до лампочки. В то же время мать Марии Анна Гроссшопф многое впитала от своих немецких и шведских корней, отчего детали немецкой культуры всегда присутствовали в домашнем быте Ульяновых. Портрет Анны Гроссшопф висит правее, его на фото не видно.
Кухня позволяет вспомнить о близком Ульяновым человеке – няне Варваре Сарбатовой, что жила и спала тут. Няня занималась в доме исключительно физической хозяйственной работой, воспитание было на матери, однако и хозяйственные нужды надо было кому-то удовлетворять. Так, в печке слева и на плите, пристроенной к печке (мы её видим ближе к кровати) Сарбатова готовила, а справа в кадре ещё маслобойка, на столе – солоница и мутовка. Было чем заняться.
Есть ещё парочка помещений, но не помню, почему я их не сфотографировал. В целом квартира маленькая, сам дом гораздо больше.
По этой причине первый и подвальный этажи занимают временные выставки. И они довольно простенькие по содержанию. Вот выставка «Красные и белые. Политический плакат периода Гражданской войны в России». Плакатики – всегда классные, но мы их видели уже миллион раз.
Отмечу лишь одно давно сделанное наблюдение. Плакаты красных – в среднем гораздо эффектнее и доступнее массам, чем плакаты белых. Вот здесь на плакате Виктора Дени 1919 года всё понятно. Враг определён по социальному признаку, обозначена их иерархия, акцент сделан на том, кто хуже всех – Колчак как военный диктатор. А главное, все изображены с юмором. Юмор всё решает: и смешные рожи, и забавное стихотворение, и враг из-за этого воспринимается жалким и забавным. Такого легко победить!
Прямо противоположный пример – изданная в Омске в 1919 году работа художника и журналиста Алексея Громова под псевдонимом Аргус. Сразу видна другая цветовая гамма: плакат серый, скучный, как будто слегка эскизный и недоработанный.
Казалось бы, идея та же самая – показать врага, но какой это образ? Это образ инородца, который должен вызывать отвращение у зрителя с опорой на низменные шовинистические чувства. Ненавидь чужого не за его действия, а за его внешний вид! Это же какой-то азиат, а не славянин, даже на человека не очень похож... Действия тоже поданы, но в грубой прямолинейной форме: инородец ненавидит твою веру и убивает твоих маленьких детей!
И, конечно же, никакого юмора. Предельная серьёзность, которая привлекает внимание и заставляет ужаснуться. Но вскоре эффект шока пропадает и хочется, наоборот, задуматься о чём-то другом, убежать подальше от этой противной пропаганды и к ней не возвращаться.
Выставка «Многоликий Китай» вообще какая-то странная. Мешанина экспонатов, как будто завезённых из китайской сувенирной лавки. Зачем? Предметы забавные, но целостного впечатления не производят.
В телевизионной терминологии есть такое понятие – филлер. Филлерный эпизод – это эпизод сериала, не влияющий на общий сюжет, его можно пропустить и ничего не потеряешь. Но можно и посмотреть, если нечего делать. Квартира-музей семьи Ульяновых – можно сказать, филлерный музей. Ругать не хочется в силу важности самого места, но и смотреть не обязательно. Я бы понадеялся, что вместе с реэкспозицией Ленинского мемориала преобразования затронут и это здание, но будет ли так, неясно.
Давайте, что ли, до Волги прогуляемся под конец дня.
Это был эпизод 5/6 из дневника «Ульяновск. Март 2025 года. День 1». Продолжение следует...
Все эпизоды цикла: