Когда киноляпы делают фильм только интереснее
«Собачье сердце» Владимира Бортко – Помню, как в детстве наша семья буквально зачитывала до дыр видеокассету с этой экранизацией булгаковского произведения.
Но вот что интересно: чем больше я пересматривал этот фильм, тем больше замечал различных несостыковок. И знаете что? Это совершенно не портило впечатление от просмотра. Наоборот, каждая найденная деталь становилась маленьким открытием, заставляя улыбнуться и задуматься о том, как вообще создаются картины.
Сегодня хочу поделиться с вами своими наблюдениями – теми моментами в «Собачьем сердце», которые я заметил за многочисленные просмотры. И сразу оговорюсь: это не попытка принизить гениальность фильма, а скорее дань уважения живому съёмочному процессу.
Почему я перестал относиться к киноляпам как к чему-то плохому
Должен признаться, раньше меня раздражали подобные разборы. Казалось, что люди специально ищут недостатки в любимых картинах, чтобы как-то их обесценить. Особенно когда речь заходила о советской классике – тут уж защитники «старого доброго кино» готовы были просто растерзать любого критика.
Но со временем я понял простую вещь: несостыковки в фильмах – это не брак, а естественная часть творческого процесса. Представьте себе масштаб работы съёмочной группы. Десятки людей, сотни дублей, монтаж, который может растянуться на месяцы. Разве можно при таких условиях избежать мелких накладок?
Более того, эти самые «косяки» делают фильм живым, человечным. Они напоминают нам, что за каждой сценой стоят реальные люди – операторы, режиссёры, монтажёры, актёры. Все они работали в условиях ограниченного времени и бюджета, особенно в советскую эпоху.
Поэтому лично я отношусь к подобным находкам как к интересным фактам о создании картины, а не как к попытке её очернить. Если бы все фильмы были идеально вылизанными, без единой ошибки – разве это не было бы скучно?
Что я заметил за годы просмотров «Собачьего сердца»
Давайте пройдёмся по тем деталям, которые бросились мне в глаза. Некоторые из них очевидны, другие требуют внимательного взгляда, но все они по-своему занятны.
Меняющиеся зрители в кинотеатре
Помните сцену, где доктор Борменталь любуется машинисткой Васнецовой в кинозале? Обратите внимание на его соседа – лысого усатого мужчину в фуражке. А теперь посмотрите на следующий кадр: вместо него уже сидит совершенно другой человек в очках. Очевидно, снимали несколько дублей в разное время, когда массовка была уже другая.
Путешествующие предметы
Вообще, предметы в «Собачьем сердце» живут своей жизнью. То колокольчик на столе профессора Преображенского внезапно перемещается в шкаф, то столовые приборы меняют своё положение, то канделябр исчезает прямо во время разговора со Швондером.
Особенно забавно выглядит история со свечой в руках доктора Борменталя. Только что зажжённая, она в следующем кадре становится заметно короче. Понятно, что это результат множественных дублей, но смотрится весьма комично – будто свеча сгорела за долю секунды.
Музыкальная несостыковка
Сцена, где Шариков исполняет частушки под балалайку – отдельная тема. Владимир Толоконников, конечно, талантливейший артист, но балалаечника из него не вышло. Это видно невооружённым глазом: он несколько раз отрывает руку от инструмента, а музыка продолжает звучать. Классическая «фанера», которую использовали в кино всегда и везде.
Телепортация доктора Борменталя
Есть сцена за обедом, где доктор сначала сидит на приличном расстоянии от Шарикова. Но стоит кадру смениться – и вот они уже почти рядом. Физически за такое время пододвинуться невозможно, но монтаж делает своё дело.
В той же сцене происходит ещё одна странность: оператор с киноаппаратом, снимающий Шарикова, просто исчезает при смене угла. Будто его и не было вовсе.
Медицинская путаница
Небольшой момент, который заметят разве что особо внимательные зрители: перед операцией профессор усыпляет Шарика эфиром, но потом почему-то говорит о хлороформном наркозе. Возможно, это была оговорка в сценарии, а может – просто никто не обратил внимания на расхождение.
Гость из будущего
А вот это уже классика жанра. На 41-й минуте из-за угла выезжает автобус ПАЗ-672. Казалось бы, что в этом такого? А дело в том, что его начали выпускать только в 1960-х годах, тогда как действие фильма происходит в 1920-х. Да, автобус едва виден, но факт остаётся фактом – это явная временная несостыковка.
Волшебный потоп
И напоследок – сцена с затоплением квартиры. Сначала из труб льётся вполне чистая вода, какой и положено быть водопроводной. Но в следующем кадре она уже мутная и грязная, будто взяли воду прямо с улицы после дождя. Конечно, можно списать это на грязь в самой квартире, но уровень загрязнения явно чрезмерный.
Почему всё это не имеет значения
Что самое интересное во всех этих несостыковках? Они абсолютно не мешают наслаждаться фильмом. «Собачье сердце» остаётся гениальной экранизацией Булгакова, блестяще сыгранной и мастерски снятой картиной.
Евгений Евстигнеев создал незабываемый образ профессора Преображенского. Владимир Толоконников воплотил на экране Шарикова так, что этот персонаж стал нарицательным. Роман Карцев в роли Швондера, Нина Русланова в образе Зины – каждый актёр внёс свою неповторимую лепту в создание атмосферы фильма.
Я до сих пор пересматриваю эту картину, открывая для себя новые детали. И пусть колокольчики перемещаются, а свечи сгорают с нереальной скоростью – это лишь подчёркивает человечность всего процесса создания фильма. За каждой сценой стояли живые люди, которые работали в непростых условиях, но создали настоящий шедевр.
Так что в следующий раз, когда будете смотреть «Собачье сердце», попробуйте не просто наслаждаться игрой актёров и диалогами, но и обратить внимание на эти мелкие несостыковки. Возможно, вы найдёте что-то, чего не заметил даже я за все годы просмотров. И это будет ещё один повод вернуться к этой замечательной картине снова.