На днях у меня предательски закололо в боку. Дело житейское, возрастное, но в 2026 году поход в обычную районную поликлинику - это уже не просто визит к врачу, а настоящий социальный квест с элементами русской рулетки.
Я открыл государственное приложение, привычно пролистал список свободных талонов к терапевту и поймал себя на мысли, что ищу не "лучшего в рейтинге" и не того, кто ближе по времени. Я ищу знакомую фамилию. На "-ов", "-ин" или хотя бы "-ский".
Но реальность в списке врачей говорит на другом языке. Мамедов, Алиев, Джураев, Худайбердиев... Листаю вниз - список бесконечный, но глаз не цепляется ни за одно привычное местное имя. И это не случайность, это новая нормальность нашей медицины, которую мы старательно не замечали последние пять лет.
Я прекрасно помню свою поликлинику в "нулевых" и даже в "десятых". Да, там сидели ворчливые тетки-терапевты, которые вечно теряли бумажные карточки и ругали нас за то, что мы пришли без бахил. Но они знали меня, мою маму и даже помнили, чем болел мой отец. Это была медицина с человеческим, пусть и немного сердитым, лицом.
Куда они делись? Вымерли? Нет.
Врачи с российскими дипломами, опытом и идеальным русским языком совершили массовую "внутреннюю эмиграцию". Они ушли туда, где их считают за людей, а не за "обслуживающий персонал".
- Частные клиники. Зайдите в любой платный медцентр через дорогу от вашей поликлиники. Там - мрамор, кондиционеры и... знакомые все лица! Те самые Ивановы и Петровы теперь принимают там. Только прием стоит уже не "бесплатно", а 3000-5000 рублей за 20 минут.
- Косметология. Молодые выпускники медвузов не хотят лечить бабушек за копейки. Они идут колоть "губы" и ботокс. Там нет ночных дежурств, нет скандальных пациентов, а ответственность минимальна при доходах в три раза выше.
- Телемедицина и ИТ. В 2026 году многие ушли в "цифру". Сидеть дома и консультировать через видеосвязь гораздо спокойнее, чем бегать по этажам без лифта.
В госсекторе остались только энтузиасты (которых единицы) и те, кому больше некуда идти. Образовался вакуум. А природа, как известно, пустоты не терпит.
В итоге государство решило проблему кадров самым простым способом - открыло шлюзы. Упрощенная аккредитация, быстрое признание дипломов, льготные программы.
И вот я сижу у кабинета. Моя очередь. Захожу.
За столом - молодой парень, лет двадцати пяти. Белый халат сидит идеально, взгляд внимательный. На бейджике имя, которое я с первого раза не выговорю, чтобы не обидеть.
- На щьто жалуэтесь? - спрашивает он с сильным акцентом.
Я начинаю рассказывать. Объясняю, что боль не острая, а тянущая, что она "гуляет" под ребром, что такое уже было пять лет назад после курса сильных таблеток. Я использую наш привычный культурный код, метафоры.
Он смотрит на меня, кивает, но я вижу в глазах пустоту. Он слышит слова, но не считывает контекст. Для него "тянет" и "ноет" - это одно и то же. Он начинает печатать в компьютере одним пальцем, периодически заглядывая в смартфон-переводчик.
- Таблетка пил? - прерывает он мой монолог.
В этот момент я чувствую себя чужим. Я, гражданин, плачу налоги, отчисления в фонд ОМС (которые, кстати, в этом году снова повысили), но получаю услугу качества "эконом-минус". Я должен подбирать простые слова, как будто разговариваю с иностранцем на отдыхе, чтобы врач меня понял.
Это не медицина. Это имитация деятельности. Врач может быть прекрасным человеком, но если мы не понимаем друг друга на уровне языка, лечение превращается в лотерею. А здоровье - это не та сфера, где хочется играть в "угадайку".
Не спешите винить самих врачей-мигрантов. Они едут сюда не от хорошей жизни, а потому что наша система позволяет им занять эти места. Виноваты мы сами и те условия, которые мы создали.
Мы превратили врача в сферу услуг. Мы написали на них миллионы жалоб: "не так посмотрел", "не улыбнулся", "заставил ждать". Мы позволили оптимизировать медицину так, что на прием выделяется 12 минут. Из них 10 минут врач должен бороться с зависающей системой и заполнять электронные карты для статистики.
Русский врач, знающий себе цену, в этом конвейере работать не будет. Он уйдет в частную практику. А на его место придет тот, кто согласен на любые условия, лишь бы зацепиться в крупном городе. Для приезжего специалиста наша "бюджетная" зарплата - это часто большие деньги и социальный лифт. Для местного специалиста - это ипотека на 30 лет и жизнь от зарплаты до зарплаты.
В 2026 году мы получили окончательное классовое расслоение.
Есть медицина для тех, кто платит - это частные клиники, ДМС. Там говорят на чистом русском, там улыбаются, там лечат по международным протоколам.
И есть медицина для народа (ОМС). Это поток, где работают люди, плохо понимающие язык, с дипломами, реальное качество которых вызывает вопросы.
Самое страшное, что мы привыкаем. Мы уже не удивляемся, когда хирург в травмпункте при нас гуглит симптомы. Мы радуемся, если терапевт хотя бы правильно измерил давление. Мы снизили планку ожиданий до плинтуса.
Я вышел из кабинета с распечатанным заключением. Читаю рекомендации: "При болях - обесбаливающие". Именно так, через "а". Компьютер подчеркнул красным, но врач не исправил. И мне стало не смешно, а страшно.
Если завтра у меня случится что-то серьезнее колики в боку, кто будет меня спасать? Человек, который путает буквы, или уставший интерн, который уже мысленно уволился? Похоже, болеть бесплатно сегодня - это роскошь, которую могут позволить себе только очень здоровые люди.
А как обстоят дела в вашей поликлинике? Остались ли еще «старые» врачи или тоже сплошной интернационал?