Ясновидящий Павел Селиванов обозначил конкретные сроки, географические акценты и политические последствия происходящего.
Селиванов утверждает, что мировой конфликт фактически уже идёт и завершится весной 2026 года. При этом он подчёркивает: принято решение о прекращении мировых конфликтов как инструмента глобальной политики.
«Это последний мировой конфликт, он заканчивается. Больше мировых войн не будет».
Россия как центр глобального передела
Особое внимание Селиванов уделяет территории России.
Он называет её «самым лучшим местом для жизни на планете» и связывает с этим давление, которое оказывается на регион со стороны внешних сил. По его словам, именно за эту территорию и идёт основной геополитический конфликт.
Он утверждает, что целью глобального противостояния является ослабление и зачистка пространства, чтобы изменить демографический и цивилизационный баланс. В его интерпретации, в процесс вовлечены разные центры силы — от стран Запада до Китая.
«Самым лучшим местом для жизни на планете останется территория России. Поэтому сюда все идут. Поэтому идёт захват, поэтому идёт давление».
Отдельно он упоминает озеро Байкал, заявляя, что его ресурсы «работают на Китай» и что вода якобы уходит в эту страну. Тем самым он вписывает экологическую и ресурсную повестку в общий контекст геополитической конкуренции между Москвой и Пекином.
Израиль, Иран, США, Китай: локальные конфликты как часть глобальной схемы
Селиванов рассматривает противостояние Израиля и Ирана, напряжённость вокруг Тайваня, а также действия США и Китая как элементы единого процесса. Он называет их «локальными войнами», которые не перерастут в серьёзную фазу и не приведут к уничтожению цивилизации.
По его оценке, эти конфликты являются инструментом перераспределения влияния и сокращения населения, но не приведут к мировой катастрофе.
«Израиль, Иран, США, Китай — это всё локальные конфликты».
Таким образом, 2026 год в его трактовке становится точкой завершения эпохи глобальных военных противостояний и перехода к иной политической конфигурации.
Геополитика на горизонте 50–100 лет
Селиванов даёт прогноз и на более долгий период. В течение 50 лет, по его словам, Северная Америка станет островным образованием, Британия значительно сократится или исчезнет, Япония может уйти под воду.
Через 100 лет Евразия и Африка останутся ключевыми континентами, причём Африка приблизится к Европе, а Австралия значительно увеличится в размерах.
Эти прогнозы подаются не как климатическая теория, а как часть масштабной трансформации планеты. Россия в этой картине сохраняет территориальную целостность и стратегическое значение.
Пятое измерение как политическая метафора
Одним из центральных элементов выступления Селиванова является концепция «пятого измерения». Он связывает её с изменением общественного сознания и биохимии человека. По его словам, подготовка к переходу идёт уже сейчас, а в 2029 году «пятое измерение» войдёт в пространство Земли.
«У всех будет ясновидение, у всех будет яснознание».
Он утверждает, что люди, перешедшие на новый уровень, не будут болеть, фармацевтика исчезнет, а конфликты станут невозможными. В пятом измерении не будет войн, патогенов и социальных противостояний.
В политическом контексте это можно интерпретировать как образ общества без глобальных конфликтов, с иным уровнем управления и взаимодействия.
Хроники Акаши и сценарии власти
Селиванов вводит понятие «хроник Акаши» и «книги судеб», которые якобы управляли сценариями жизни людей до 2024 года. Он утверждает, что эти структуры уничтожены, а управление перешло к «родам» и «высшему я».
«Хроники Акаши и книги судеб уничтожены, их нет. Поэтому сценарии сейчас видоизменяются очень сильно».
В политическом измерении это звучит как тезис о смене глобального центра управления и демонтаже прежней системы. Он также говорит о «хозяине игры», который разочаровался в прежней модели, основанной на борьбе.
Россия в новой конфигурации
На вопрос о будущем России Селиванов отвечает осторожно, заявляя, что знает больше, чем может сказать. Он подчёркивает, что любые озвученные им слова могут изменить сценарий. Тем не менее он однозначно утверждает, что территория России останется ключевой для жизни.
Он связывает давление на страну с её ресурсами, географией и потенциалом. В его картине Россия — не периферия, а центр будущего мира.
«Я-то вот точно знаю, но и сказать не могу».
Демография, религия и социальная трансформация
Селиванов выступает с критикой религиозных институтов и призывает «освобождаться от религий». Он также говорит о необходимости очищения от «подселенцев», что в его терминологии означает избавление от деструктивных влияний.
Он утверждает, что 98% информации человек получает извне, а лишь 2% дорабатывает сам. Это подаётся как аргумент в пользу глубокой зависимости общества от внешних программ и сценариев.
В 2026 году, по его словам, начнётся открытое объявление нового направления жизни, отличного от прежней парадигмы «вся жизнь — борьба».
Экономика как энергообмен
Селиванов рассматривает деньги как форму энергообмена и критикует идею «притягивания» финансов без созидательной деятельности. Он связывает резкое и лёгкое обогащение с «деструктивными сущностями», а устойчивый доход — с выполнением предназначения.
Этот подход перекликается с его общей концепцией перехода к новому уровню сознания, где материальные процессы подчинены энергетическим законам.
2026 год как точка бифуркации
В его интерпретации 2026 год — не просто календарная дата, а точка бифуркации. Весной завершится глобальный конфликт, начнётся открытая трансформация системы управления и общественного сознания.
Россия, бывшая УССР и Беларусь в этой картине выступают ключевым пространством будущего мира. Давление на регион объясняется его стратегической ценностью. Локальные конфликты на Ближнем Востоке и в Азии рассматриваются как элементы завершающей фазы старой системы.
«Будет проявлено новое направление жизни, а старое направление — вся жизнь борьба — уйдёт».
Прогноз Павла Селиванова соединяет политический анализ, геополитические сценарии и мистическую интерпретацию глобальных процессов. Центральной линией остаётся Россия как ядро трансформации и 2026 год как рубеж окончания эпохи мировых конфликтов.