Вечером он как обычно сидел в своей маленькой, одинокой квартирке.
Неожиданно ему в голову пришла обжигающая своей правдивостью мысль, он знал, если он ее примет, все его жизнь обесценится и превратится в пепел.
Он понял, что усилия, которые он прилагал, чтобы выбраться из окружающей, удушающей действительности, чтобы достичь целей, которые лелеял с самого раннего детства, с легкостью разрушало то, что стояло перед ним на столе каждый вечер, вернее, то, что находилось в красочно оформленной бутылке.
В винном магазине его хорошо знали, каждый вечер он молча приходил, покупал бутылку дорого портвейна и так же молча уходил.
Беспокойство не уходило.
Он налил вино в стакан и залпом выпил обжигающую жидкость.
Теплая волна поднялась и затопила сознание,
мир вокруг заиграл новыми красками и наполнился загадочным смыслом,
убогое жилище, казалось, ожило, вещи обрели свое предназначение, стены раздвинулись, вечная и непостижимая вселенная заглянула в окно.
Ему еще никогда не было так хорошо.
В голове опять шевельнусь та же мысль,
она мешала, как заноза, которую невозможно вытащить.
Он знал, что сегодня она его не отпустит.
Он выпил еще и она превратилась в ясную и очевидную истину - если он будет продолжать, то больше ничего в его жизни не случится, все, что составляет его личность, окажется прошлым, окутанным беспросветным сожалением.
Надо избавится от этой мысли.
Он опять выпил.
Теперь он парил над землей,
мир раскрывал свои тайны,
он увидел себя одинокого и заблудшего, увидел свое прошлое, увидел сколько у него было шансов, чтобы стать самим собой, чтобы воплотить свою мечту, увидел свое будущее.
Мысли рождались сами по себе без всякого усилия,
он удивился их ясности и легкости.
Он не знал, чьи это мысли, это не имело значения.
Как в калейдоскопе волшебные картинки сменяли друг друга.
Почему он не видел этого раньше.
У него появились крылья,
он без усилий, с ликованием летел навстречу себе.
У него есть шанс, последний шанс,
он должен его использовать.
Теперь он знает, что надо делать, что надо изменить.
Сегодня он все может.
На следующий день он опять стоял у того же прилавка,
мир вокруг был привычным и серым, наполненный суетой и обыденностью.
Никакие мысли его не беспокоили.