Я стоял в очереди в поликлинике и слушал, как две бабушки обсуждали своих внуков. «Мой-то в телефоне целый день, с ним не поговоришь», — вздыхала одна. «А моя дочь на трех работах, ребенка не к кому пристроить», — вторила другая. И в этот момент я поймал себя на мысли, которая режет по живому: мы построили мир, где старость стала синонимом ненужности. Где человек, отдавший государству 40 лет труда, внезапно обнаруживает, что его главная функция — доживать. А ведь в этой очереди сидели бывшие учительницы, инженеры, ткачихи. Люди, которые могли бы учить, советовать, поддерживать. Но система сказала им: «Всё, ты свободен. И никому не интересен».
А потом я увидел объявление: «Требуются серебряные волонтеры». И понял, что система, наконец, сообразила. Что она сделала страшную ошибку, списав со счетов целое поколение. И теперь пытается это исправить. Но не из доброты душевной. А потому что нам, старикам, снова нашли цену. Не экономическую. Человеческую.
Волонтерство как исповедь: почему мы идем помогать, когда сами еле держимся
Знаете, почему «серебряное» волонтерство взорвалось в последние годы? Не из-за высоких идей. Из-за одиночества. Я видел это в глазах соседа, вдовца, который начал ходить в приют для животных. «Я прихожу, они на меня смотрят, — говорил он. — И я понимаю: я кому-то нужен. Хоть кошкам».
Это и есть главная валюта, которую дают волонтерам за 60. Не грамоты (хотя и их дают). Не билеты в театр (хотя и это приятно). А ощущение, что твое присутствие на этой планете еще что-то значит. Что ты не просто потребитель таблеток и новостей, а человек, который может изменить чей-то день. А иногда — и жизнь.
Где мы, старики, на самом деле нужны (список для скептиков)
1. Как живая память. Меня пригласили в школу рассказывать о том, как мы жили в 90-е. Дети слушали открыв рты. Для них это был как фильм фантастический. А для меня — признание: мой опыт, мои ошибки, мои победы кому-то важны.
2. Как терпеливые руки. Внук соседки не может выучить таблицу умножения. Родители кричат, учительница ставит двойки. Я сел с ним на кухне, достал счетные палочки, как 50 лет назад. Через неделю он ее знал. Его радость была дороже любой пенсии.
3. Как тихая гавань. Волонтерю в хосписе. Не медицинским работником — просто сижу, разговариваю, читаю вслух. Людям перед концом часто нужно не лекарство, а признание: «Твоя жизнь была не зря. Я тебя слышу». И знаете что? Это нужно и мне.
Циничная правда о «бонусах»: что нам дают взамен
Государство не склонно к альтруизму. Если оно что-то дает, значит, это выгодно. Чем оно платит нам, «серебряным»?
- Социальными кредитами. Помогал детям из трудной семьи? Получи бесплатную путевку в санаторий. Работал в приюте для животных? Вот тебе абонемент в бассейн для спины. Это не оплата. Это обмен: твоя стабильность и здоровье в обмен на нашу социальную работу.
- Восстановленным статусом. Волонтерская книжка в 65 лет — это не бумажка. Это паспорт в мир живых. С ней тебя слушают в управе, когда предлагаешь лавочку во дворе. С ней твое мнение снова имеет вес.
- Защитой от выгорания. Самое страшное в нашей помощи — начать чувствовать себя донором, из которого качают жалость. Хорошие организации это понимают. Поэтому там есть психологи, группы поддержки, совместные поездки. Чтобы ты не сломался. Потому что сломанный инструмент — бесполезен.
Как не стать расходным материалом: инструкция по выживанию для волонтера
- Выбирай дело, которое тебя кормит. Не иди в детдом, если дети раздражают. Иди туда, где твоя душа поет. В библиотеку, в парк, в театральную студию.
- Оговаривай правила сразу. «Я могу вторник и четверг с 10 до 12. Я не поднимаю тяжести. Я не даю денег в долг». Четкие границы — уважение к себе.
- Ищи своих. Волонтерство — это еще и клуб по интересам. Ты найдешь там друзей, с которыми можно говорить не только о болезнях и внуках.
- Не стесняйся брать. Если предлагают билет в театр — бери. Если приглашают на бесплатный семинар — иди. Ты не попрошайка. Ты — партнер.
Почему это работает именно сейчас
Потому что страна уперлась в пределы. Денег на все соцпрограммы не хватает. Профессионалов — тоже. А тут мы, миллионы вышедших на пенсию, с нашим колоссальным ресурсом времени и терпения. Нас не надо учить с нуля. Нас надо просто направить.
Это не красивые слова. Это — новая экономика внимания. Где наше умение слушать, наша неуклюжая доброта, наша старательская ответственность снова стали капиталом. Пусть и не в рублях.
Я теперь хожу помогать в соседний детский клуб. Не каждый день. Всего пару часов в неделю. Но когда я иду туда, я не иду «убивать время». Я иду на работу. Там меня ждут. Там мой стул у окна. Там девочка Маша, которая наконец-то поняла дроби благодаря моим яблокам из бумаги.
И когда я возвращаюсь домой, я чувствую не усталость. Я чувствую тяжесть. Ту самую, благородную тяжесть нужного человека. Которая гораздо лучше легковесности старого бесполезного листа, несомого ветром от телевизора к холодильнику.
Мы снова в строю. Просто строй теперь другой.
💪 Подписывайтесь на «Угрюмый лимон». Здесь мы не сдаемся. Даже когда система считает нас отработанным материалом. Мы ищем и находим способы оставаться людьми. Полезными. Нужными. Живыми.
👇 А вы что думаете? Это достойный путь для человека на пенсии — найти новую точку приложения сил в волонтерстве? Или это прикрытая эксплуатация, где государство экономит на соцработниках, заменяя их пенсионерами? Может, у вас есть свой опыт — поделитесь. Без прикрас.