Совпадение, которое повторялось слишком часто
Каждый раз — одно и то же.
За день до свидания.
Или утром в тот же день.
Неважно.
Поднималась температура.
Крутило живот.
Ломило горло.
Слабость такая, что хотелось лечь и никуда не идти.
— Опять не вовремя, — думала она.
— Наверное, простыла.
— Наверное, стресс.
Она отменяла встречи.
Извинялась.
Оставалась дома.
И чувствовала странное облегчение.
Тело «помогало» избегать близости
Она не боялась мужчин.
Не считала себя закомплексованной.
Да и свидания были нормальными.
Хорошие люди.
Вежливые.
Интересные.
Но как только дело шло к реальной встрече,
тело включало сигнал тревоги.
Не паника.
Не страх.
Болезнь.
Самая социально приемлемая причина «не идти».
Врачи пожимали плечами
Анализы — в норме.
Иммунитет — ок.
Хронических диагнозов — нет.
— Вы просто чувствительная.
— У вас психосоматика.
— Перед свиданиями все нервничают.
Но это не объясняло,
почему нервы били именно по телу.
Один вопрос, который всё сдвинул
На сессии психолог вдруг спросил:
— А что для тебя значит быть желанной?
Она хотела ответить легко.
Про флирт.
Про внимание.
Но внутри что-то сжалось.
— Стыдно, — вырвалось неожиданно.
Она сама удивилась этому слову.
Память вернула сцену, которую она давно спрятала
Ей было лет четырнадцать.
Она впервые накрасила губы.
Не ярко.
Не вызывающе.
Просто — чтобы нравиться себе.
Отец посмотрел.
Скривился.
И сказал:
— Смой это. Выглядишь грязно.
— Нормальные девочки так не красятся.
Сказал спокойно.
Без крика.
И ушёл.
Стыд — самый липкий запрет
Она тогда не заплакала.
Не возразила.
Просто смыла.
Но внутри что-то закрепилось.
Быть заметной = быть грязной.
Быть желанной = нарушать границу.
Проявляться = опасно.
И тело это запомнило лучше головы.
Почему оно начинало болеть
Каждое свидание —
это шаг в сторону видимости.
Платье.
Макияж.
Взгляд.
Тело считывало это как угрозу.
Не потому что мужчина плохой.
А потому что стыд всё ещё жил внутри.
И тело делало единственное, что умело:
защищало.
Через болезнь.
Через слабость.
Через «не сегодня».
Когда стыд назван — он теряет власть
Она впервые вслух сказала:
— Мне было запрещено быть привлекательной.
— Мне было запрещено хотеть внимания.
— Меня за это стыдили.
Не обвиняя отца.
Не оправдывая.
Просто — признавая факт.
И тело отреагировало
Следующее свидание она ждала с тревогой.
Прислушивалась к себе.
Горло — спокойно.
Живот — спокойно.
Температуры — нет.
Было волнение.
Да.
Но не болезнь.
Что на самом деле лечилось
Не иммунитет.
Не нервы.
Стыд.
Тот самый,
который годами говорил телу:
— Любовь — опасна.
— Желание — стыдно.
— Лучше спрячься.
Когда этот внутренний запрет ослабевает,
телу больше не нужно спасать.
Важный момент
Она не стала «смелой» за одну сессию.
Не превратилась в роковую женщину.
Она просто перестала
наказывать себя телом
за то, что хочет быть любимой.
Итог
Иногда тело болеет не потому,
что с ним что-то не так.
А потому что оно слишком долго
защищало тебя от того,
что когда-то было запрещено.
Стыд — лечится.
И когда он уходит,
тело перестаёт закрывать дверь перед любовью.
Тихо.
Без температуры.
Без отменённых свиданий.
Просто — позволяет жить.