Турция в кино редко выступает просто фоном. Чаще она становится полноценным художественным пространством — холстом, на котором режиссёры работают с настроением, тишиной, масштабом и внутренним состоянием героев. География, свет, пустоты и плотность пространства здесь не иллюстрируют сюжет, а формируют его. Например, в фильме The Magician (Hokkabaz) дорога и небольшие города Чанаккале превращаются в пространство человеческой уязвимости. Путешествие героя — не только физическое перемещение, но и движение внутрь себя. Турецкий пейзаж здесь мягкий, живой, слегка ироничный — он поддерживает тон фильма и делает историю камерной, почти интимной. Совсем иначе страна раскрывается в Once Upon a Time in Anatolia (Bir Zamanlar Anadolu'da). Центральная Анатолия с её степями, ночными дорогами и редкими огнями становится пространством ожидания и молчания. Здесь природа не украшает кадр — она задаёт ритм повествования. Пустота, расстояния и темнота усиливают ощущение экзистенциального поиска и моральн