Лето, маленький городок. Мы с двоюродными сёстрами и любимой тётушкой с нетерпением ждали встречи, а дядя Серёжа добавлял ещё больше радости. Он был душой нашей компании: весёлый, беззаботный, словно ребёнок.
Праздничный хаос царил во дворе. Взрослые собирались за большим столом, из открытого окна звучала громкая музыка. Мы носились туда-сюда: из дома на крыльцо, в огород и обратно. Радость встречи передавалась нам от взрослых.
Стол ломился от угощений: компот из вишни и яблок, домашнее варенье, горячие беляши, соления из погреба — всё своё, с огорода. Но нам было не до еды.
После застолья мы всей толпой отправлялись на озеро, во главе с дядей Серёжей. Казалось, ему было с нами даже веселее, чем взрослым. Он работал водителем КамАЗа, но в такие моменты превращался в нашего вожака.
Мы брали большую камеру от колеса вместо плавательного круга и бежали к воде. В озере плавали утки и гуси, на берегу паслись козочки, а чуть подальше коровы жевали траву. Мы бегали босиком, ныряли, хохотали, а дядя Серёжа рассказывал смешные истории.
На следующий день дядя заводил свой красный мотоцикл. Сёстры прыгали в люльку, а я, постарше, садилась за его широкую спину. И мы мчались в деревню Трусилово.
Ветер бил в лицо, мы смеялись. По пути всегда заглядывали в берёзовую рощу за грибами. Помню огромные грузди и подберёзовики. Добычу привозили домой, чтобы сварить груздянку.
Не знаю, почему ему было с нами так весело. Но он действительно смеялся вместе с нами. Возможно, он чувствовал себя как в детстве, рядом с нами. В такие моменты он был не водителем КамАЗа и не взрослым мужчиной, а просто другом, готовым на любые шалости.