- Ты что? Ей двадцать два. Она моложе наших сыновей. Станислав, это не любовь, это капкан, и ты сам в него лезешь, - голос Светланы срывался на крик, переходя в глухое рыдание.
Она смотрела на мужа, с которым прожила сорок четыре года, и не узнавала его. Перед ней стоял не легендарный советский разведчик Александр Белов, не кумир миллионов, а седой шестидесятилетний мужчина с лихорадочно блестящими глазами.
Он уходил к той, что по возрасту годилась ему во внучки.
В этот момент в московской квартире Любшиных рухнула целая эпоха. Шоу-бизнес того времени еще не знал слова «хайп», но масштаб скандала был таков, что Москва гудела месяцами.
Как «эталонный однолюб» и символ советской выдержки мог променять семью на мимолетное интервью с польской журналисткой?
Чтобы понять это, нужно заглянуть за кулисы жизни человека, который в тридцать лет поседел от нищеты и предательства, а в девяносто продолжает играть на сцене, утверждая, что нашел эликсир молодости.
Роковой выбор
Сегодня об этом не любят вспоминать, но за ослепительным успехом Любшина скрывается одна из самых горьких драм советского кино. Все знают его по фильму «Щит и меч», но мало кто знает, что актер мог стать лицом совсем другой картины - «Андрей Рублев». И эта роль должна была вознести его на Олимп, а вместо этого едва не втоптала в землю.
Андрей Тарковский - мечта любого артиста. Когда он предложил Любшину главную роль, Станислав не раздумывал ни секунды. По требованию мастера он отказался от всех съемок на год, взял отпуск в театре и заперся дома, ожидая команды «Мотор».
- Жди. Будь наготове. Ты - мой Рублев, - эти слова Тарковского стали для Любшина роковыми.
Дни складывались в недели, недели в мучительные месяцы. В семье Любшиных в это время ждали второго ребенка. Денег не было от слова «совсем». Счета росли, долги множились, а Станислав продолжал ждать, как преданный пес. Он верил гению. А гений в это время... просто передумал.
Когда Любшин, доведенный до отчаяния звонками кредиторов и пустым холодильником, сам набрал номер режиссера, тот ответил сухо и буднично:
- Я взял Солоницына. А ты... ну, снимайся где-нибудь еще.
Это был не просто отказ. Это был крах. Из-за сорванных обязательств перед другими студиями Госкино вынесло жесточайший вердикт: «Не снимать». На год Любшин стал изгоем.
Человек, которого обожали, оказался за бортом жизни. Именно тогда, в тридцать лет, он обнаружил у себя первые седые пряди. Не от грима, а от бессилия. Когда не на что было купить молока новорожденному сыну.
- Мы брали в долг у всех, кто соглашался занять, — вспоминали позже в окружении актера. - Стас ходил черный от горя. Он поседел буквально за несколько недель. Это была плата за веру в чужое слово.
История с Гурченко
Когда запрет наконец сняли, Любшин вернулся так, что страна ахнула. «Щит и меч» сделал его недосягаемым. Но домашний уют превратился в поле боя. Его жена Светлана, работавшая корректором в «Большой Советской энциклопедии», была женщиной строгой и далекой от театральных интриг.
Но даже ее стальные нервы сдавали, когда мужу приписывали романы с Вертинской, Болотовой и Гурченко.
Отношения с Людмилой Гурченко на съемках «Пяти вечеров» - это вообще отдельная глава, полная яда и женской ярости. Люся, как называли её коллеги, мечтала видеть в паре с собой самого Никиту Михалкова. А когда утвердили Любшина, она устроила ему настоящий террор.
- Я не буду с ним играть, - кричала Гурченко на всю съемочную площадку. - Он мне не нравится.
Никита Михалков был вынужден идти на хитрости, уговаривая примадонну просто «потерпеть». В итоге сцену сняли так, что Гурченко потом демонстративно вытирала губы, а Любшин лишь молча сжимал зубы.
Светлана дома читала об этих «страстях» и копила в себе обиду. Она ревновала его к каждой тени, к каждой поклоннице, дежурившей у подъезда.
Но настоящая беда пришла не в образе кинодивы, а в горячительном. В МХАТе, куда Любшин перешел к Олегу Ефремову, был, что называется, повод. Это считалось частью профессии, «смазкой» для таланта.
Станислав, привыкший к дисциплине, сорвался. Ссоры со Светланой стали ежедневными. Идеальный фасад семьи трещал по швам, хотя со стороны они все еще казались образцовой парой.
Принял непростое решение
Развязка наступила в 1993 году в Польше. Шестидесятилетний Любшин, уставший от вечных претензий жены и ощущения, что жизнь катится к закату, встретил ее. Ирину Корнееву. Журналистку, которой едва исполнилось двадцать два.
Она пришла брать интервью у легенды, а нашла мужчину, которому жизненно необходимо было, чтобы в него снова поверили.
- Вы не понимаете, она же смотрит на него как на Бога, - шептались за кулисами. - А он рядом с ней расцвел.
Когда Любшин вернулся в Москву и объявил о разводе, начался скандал. Светлана была в ярости. Она была уверена. Молодая девчонка просто хочет московскую прописку, связи и статус жены народного артиста.
- Ты отдашь ей всё, что мы наживали сорок лет, - кричала она. - Она же просто банкомат в тебе видит.
Сыновья встали на сторону матери. Вадим и Юрий, взрослые мужчины, не могли простить отцу этого «предательства». Весь актерский мир замер, ожидая, когда же молодая красавица бросит старика. Ставили ставки: через год или через два она найдет кого-то помоложе и побогаче?
Кто остался
Испытание пришло в 2006 году. У Любшина случился тяжелый инсульт. Это был момент истины. Человек в семьдесят три года, парализованный, с неясными перспективами — это совсем не тот «звездный муж», о котором мечтают охотницы за наследством. Все ждали, что Ирина соберет вещи.
Но произошло невероятное.
- Ира буквально вытащила его с того света, - говорили врачи. - Она не отходила от него ни на минуту. Сама кормила и заново учила его говорить.
Она не просто не ушла - она стала его броней. Ирина заставила замолчать всех скептиков. Именно тогда сыновья актера впервые приехали в их дом и пожали ей руку. Они поняли: это не корысть. Это та самая любовь, которая «и в горе, и в радости».
Светлана, первая жена, долго не могла смириться. Но Любшин был непреклонен. Потому что знал: эта женщина - его ангел-хранитель.
Эликсир молодости
Сегодня Станислав Любшин - это феномен. Ему 92 года, но он выглядит так, будто время для него остановилось в тот момент, когда он встретил Ирину. Он играет в МХТ и с иронией вспоминает тех, кто пророчил ему скорый крах.
Когда его спрашивают, в чем секрет его долголетия, он кивает на жену:
- Там же, где и у Табакова. Молодая жена это не роскошь, а стимул. Тебе просто стыдно быть дряхлым, когда рядом такая женщина. Ты обязан быть в тонусе. Обязан зарабатывать и соответствовать.
Они живут на той самой даче, из-за которой когда-то кипели шекспировские страсти. Ирина стала для него всем. Продюсером, врачом, водителем и музой. Она оберегает его покой так яростно, что даже старые друзья проходят строгий фильтр «допуска к телу».
- Я пообещал жене, что мы отпразднуем мой 115-й день рождения, - смеется Станислав Андреевич. - И знаете что? Я планирую сдержать слово.
Глядя на него сегодня, в это веришь. Ведь рядом с ним - женщина, которая тридцать лет назад рискнула своей репутацией ради «старика». А в итоге обрела легенду.
И в этом молчаливом союзе, где нет места камерам и скандальным ток-шоу, и кроется настоящий «Щит и меч» актера.
Пожелаем Станиславу Андреевичу здоровья!