Татьяна Субботина, село Межово
Мое очередное исследование о первопроходце, открывшем в Сибири богатейшие залежи удерейского золота – Гавриле Машарове
Скорбя о безвременной трагической гибели Александра Грибоедова – автора бессмертной комедии «Горе от ума», Александр Пушкин написал: «...замечательные люди исчезают у нас, не оставляя по себе следов. Мы ленивы и нелюбопытны...».
Сибирская золотая лихорадка
Было это в 1836 году, когда в далёкой и неизвестной Енисейской губернии разворачивались события, позже названные «золотой лихорадкой». В Канском округе начало им положило открытие в 1833 году золотоносных песков на берегах р. Янга – притоке р. Кан. Открывший их красноярский купец Михаил Иванович Коростелев официально зарегистрировал намытое золото и заложил на р. Янга первые золотые прииски. Событие стало сенсацией, и в 1835 году издававшийся в г. Санкт-Петербурге «Горный журнал» опубликовал статью под заголовком «Описание золотого прииска, открытого в 1833 году в Канском округе Енисейской губернии». Эта статья сразу же привлекла внимание, и на поиски своего «золотого тельца» в Канский округ потянулись дворяне, купцы, офицеры, чиновники, мастеровые, бывшие крепостные – все, кто так или иначе решил попытать счастья и разбогатеть. Сам же Михаил Коростелев в том же 1835 году стал инициатором строительства в Агинском казенном поселении каменной церкви во имя Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского. Строительство шло почти десять лет, с большими трудностями, а вот Агинский Николаевский приход был открыт уже в 1839 году, священником в него назначили уроженца с. Ирбейского Фёдора Семёновича Закоурцева, служившего до этого в церкви с. Чернореченского Ачинского округа. В записях метрических книг Агинского Николаевского прихода тех лет, хранящихся в Красноярском краевом архиве, вписаны фамилии людей, которых по праву можно назвать «замечательными». И один из них – Гаврила Фёдорович Машаров.
Гаврила Федорович Машаров : правда и ложь
Практически в каждой статье в сети интернет, посвященной истории золотодобычи Енисейской губернии первой половины XIX века, упоминается имя Гаврилы Фёдоровича Машарова. При этом из статьи в статью в разных вариациях повторяются одни и те же, невесть откуда взявшиеся о нем, самые невероятные истории. Например, один из авторов пишет: «Лошадь его на горной речушке лёд проломит, он глянет в пролом – там под быстрой хрустальной водой на дне самородок, как яичный желток, светится. По галечнику вдоль ручья шагает, о булыжник споткнется, а вовсе это и не булыжник, а кус золотой фунтов на дюжину. Землю рыть под столбы, на которые избу под зимовье ставить, принялись. Гаврила два-три раза лопатой землю копнул и, глядь, уж эту землю с ладони на ладонь пересыпает, заскорузлыми пальцами крупные, как бусины, золотины одну за одной выуживает». Пишут об отлитой из чистого золота медали с надписью «Гаврила Машаров – император всея тайги», вес которой указывается то 5, то 8, то 10, а то и все 20 кг, а иногда в старой мере веса 20 фунтов (1 фунт = 454 грамма), из-за которой получил он прозвище «таёжный Наполеон» или «таёжный император». Но носить медаль из-за её веса владелец не смог, поэтому, якобы, и висела она на стене: то ли в его избушке, то ли в его огромном доме на Покровской заимке посреди тайги. Дом непростой – дворец со стеклянными галереями, крытыми ходами, оранжереей с ананасами и камелиями. Рядом – фабрика венецианского бархата, в иных статьях ещё добавляется семиглавая церковь и училище. У некоторых авторов таких статей можно даже прочитать, что «миллионер Машаров отправлял в прачечную Парижа нижнее белье». На эти прихоти и безумные затеи ушли все заработанные и взятые в кредит миллионы Гаврилы Машарова. Он был объявлен банкротом и заперт в своём дворце кредиторами в ожидании приезда исполнительного пристава из Красноярска. Пытаясь выбраться из заточения, принялся делать подкоп, в котором и умер. А на месте подкопа обнаружили ещё одну золотую жилу...
Где в этих рассказах ложь, а где пусть и несколько искажённая, но правда, неизвестно.
Таежный Наполеон
Вот только лично знавший Машарова золотопромышленник Владимир Скарятин, не отрицая происходивших в машаровской Покровской резиденции многодневных попоек и кутежей, карточной игры и прочих безобразий, (впрочем, обычных в то время среди всех, так или иначе причастных к добыче золота) писал о нём в 1860 году: «Неутомимый в поисках открыватель, заслуживший, и недаром, прозвание таёжного Наполеона и напоминавший своими странствиями сподвижников Ермака... Я видел тебя, разбитого горем, поседевшего преждевременно, с лицем, изрытым глубокими, проведенными тоской и отчаянием морщинами, оставленного товарищами, которым оставил ты миллионы [... ] Судили тебя кредиторы, нажившие от тебя капиталы и скаредно высчитывавшие грошовое содержание, которое отваливал тебе конкурс. И напрасно искал ты защиты в законе и отчаянно метался к властям; заперли тебя в твоём Покровском; закон и власти судили тебя как беспутного мотыгу […] но не так будет судить тебя будущий историк золотопромышленности и Восточной Сибири […] был ты сотворён на славу!»
В противовес авторам многочисленных статей о слепой удаче и безумных причудах Гаврилы Машарова, профессионально занимающийся историей сибирской золотопромышленности Леонид Киселев считает эти рассказы не только «байками», но и оскорбительными измышлениями для памяти талантливейшего золотоискателя, предприимчивого организатора, одного из основателей енисейской золотодобывающей промышленности и истинного патриота России. В своих статьях «Сибирская золотая хронология» и «Первопроходцы Енисейского Клондайка» он пишет о том, что свои знания и опыт поиска золота екатеринбургский купец 2 гильдии Гаврила Машаров приобрёл ещё на Урале. С началом сибирской «золотой лихорадки» вместе со своим компаньоном Рязановым, он начал поиски золота на р. Бирюсе между Иркутской и Енисейской губерниями. Там-то и услышал Гаврила Машаров о россыпном золоте по р. Удерей. В сопровождении тунгусов отправился он в глухую непроходимую тайгу, где 7 июля 1837 года нашёл первое удерейское золото. По оценке современников, месторождения россыпей золота на Удерее превосходили все известные до этого. Уже в первый, 1839 год на прииске Петропавловском было добыто 344 кг драгоценного металла.
Для работы приисков требовалось проложить дороги, построить приисковые посёлки, обеспечить продовольствием рабочих и фуражом лошадей. Машаров взялся за решение этих непростых задач: на приобретенной им земле выращивал зерно и разводил скот, чтобы поставлять на прииски хлеб и мясо. Благодаря неустанному труду в 1841 году из екатеринбургских купцов 2 гильдии Машаров переходит в канские купцы 1 гильдии.
Упорно осваивая всё новые и новые Приенисейские золотоносные территории, он открыл около сотни новых месторождений. Таёжное золото Сибири потоком потекло в Санкт-Петербург на монетный двор, укрепляя экономическую мощь страны. А заработанные миллионы Гаврила Машаров вкладывал не только в поиск и добычу золота, но и в благотворительность: внёс крупную сумму в фонд оказания помощи сибирским городам, пожертвовал деньги на открытие в Красноярске первого детского приюта.
Сообщение о смерти Гаврилы Федоровича Машарова было напечатано в номере газеты «Енисейские губернские ведомости» от 13 января 1862 года.
К сожалению, никаких, даже минимальных сведений о личной жизни Гаврилы Федоровича Машарова в опубликованных статьях не нашлось. И только благодаря записям в церковных метрических книгах нам удалось хоть немного восполнить этот пробел.ъ
Документальные свидетельства
Так, 19 октября 1838 года в Воскресенском соборе г. Красноярска протоиерей Александр Нарцисов с диаконом Арсением Коноваловым и дьячком Георгием Поповым венчал «города Екатеринбурга 2-й гильдии купецкого брата Александра Федорова Машарова, 27 лет, и девицу Таисию Лаврентьеву, дочь умершего купецкого брата Лаврентия Иванова Коростелева, 21 года». Одним из поручителей жениха при венчании был его «меньший» (младший) брат Виссарион Федорович Машаров.
Тут надо сказать, что невеста Таисия Лаврентьева Коростелева – это родная племянница красноярского купца, золотоискателя и строителя Агинской церкви Михаила Ивановича Коростелева, дочь его младшего брата Лаврентия, умершего в марте 1837 года в возрасте 49 лет «от горячки».
Этот брак связал родственными узами семьи Михаила Коростелева и Гаврилы Машарова. И теперь получает своё объяснение тот факт, что в 1839 году Михаил Коростелев свои поиски золота из Присаянья перенес далеко на север, где на удерейской золотоносной системе открыл ещё три прииска. Видимо, бывал Гаврила Машаров и доме Михаила Коростелева в с. Агинском Рыбинской волости Канского округа, так как в августе 1839 года екатеринбургский купец 2-й гильдии Гаврила Федорович Машаров стал восприемником, т.е. крестным отцом, новорождённого сына священника Агинского прихода Фёдора Семёновича Закоурцева и его жены Екатерины Павловны.
В декабре этого же года в агинский священник Закоурцев крестил новорожденную дочь Александра Федоровича и Таисии (в метрической книге имя указано неверно – Татьяна) Лаврентьевны Машаровых. Крёстным отцом новокрещёной Анны также стал Гаврила Фёдорович Машаров. К сожалению, девочка умерла вскоре после рождения.
В 1842 в актовых записях метрического книги агинского прихода в качестве «восприемников» новорожденных младенцев встречается «г. Канска купецкий брат Виссарион Фёдоров Машаров» и «г. Канска 2-й гильдии купецкая жена Евдокия Иванова Машарова» (не жена ли это Гаврилы Машарова?).
Вполне вероятно, что был у Гаврилы Машарова в окрестностях с. Агинского Ирбейской волости и чисто практический интерес. В книге Михаила Северьянова приведены сведения о том, что «в 1844 году чиновнику Репнинскому были пожалованы имения Тинское, площадью 44,49 десятины, и имение Покровское, площадью 591,55 десятин. Имения неоднократно перепродавались канскому купцу Мажарову» (несомненно, речь идет о Машарове – прим. автора). Вот эти-то земли и могли использоваться им для снабжения приисков хлебом и мясом.
Тем более,что в Списке населённых мест Российской империи по состоянию на 1859 год д. Усть-Анжа значится как резиденция золотопромышленников, а в нескольких верстах от неё – хуторское владение Покровское заведение с тремя дворами, где проживали 1 мужчина и 2 женщины, имелся 1 завод.
Согласно этому же Списку резиденция и заведение золотопромышленников – это места, где у золотопромышленников хранились разные товары и припасы для приисковых нужд, при этом в резиденции находилась контора золотопромышленников.
Вновь фамилия Машаровых встречается в 1848 году в метрической книге красноярского Воскресенского собора, где «восприемник» Виссарион Машаров записан канским купцом 2-й гильдии, а Таисия Лаврентьевна Машарова – вдовой.
И, наконец, в августе 1857 года священником Агинской Николаевской церкви Александром Флеровским сделана запись о скоропостижной смерти канского 2-й гильдии купца Гаврилы Федоровича Машарова в возрасте 58 лет. В графе о месте погребения стоит запись: «по ..? заседателя 1-го участка Канского округа от 22 августа № 1936 отпет по обряду христианскому».
Это все документальные свидетельства, которые удалось найти о легендарном золотоискателе и золотопромышленнике Гавриле Машарове. Теперь мы знаем, что родился он примерно в 1799 году. Из Екатеринбургской губернии в Енисейскую приехал вместе с братьями Александром и Виссарионом. Александр, родившийся в 1810 году, женился на Таисии Лаврентьевне Коростелевой и умер до 1848 года. Младший брат Виссарион в 1848 году числился среди канских купцов 2-й гильдии. Гаврила Фёдорович Машаров скоропостижно умер 18 августа 1857 года, был отпет в Агинской Николаевской церкви, но сообщение в губернской газете о его смерти дано только спустя пять лет, почему – неизвестно.
Кстати, в исповедных росписях Канского Спасского собора за 1860 год купцы Машаровы не значатся.
Закончить рассказ о этом замечательном человеке хотелось бы строками из статьи Леонида Киселева: «И чтобы не выдумывали оскорбительное про Гаврилу Фёдоровича Машарова, он навсегда останется в истории первопроходцем, открывшем богатейшие залежи удерейского золота, которое укрепило экономический фундамент российского Отечества, и одним из основателей енисейской золотодобывающей промышленности».
Использованные источники:
Валерий Привалихин. Таёжный Наполеон. https://1001.ru/articles/post/taezhnyi-napoleon-13350
Заметки золотопромышленника В.Д. Скарятина. Санкт-Петербург, 1862 год, напечатано в типографии П.А. Кулиша
Леонид Киселев. Сибирская золотая хронология./Проза.ру
Леонид Киселев. Первопроходцы Енисейского Клондайка ./Проза.ру
Метрическая книга Красноярского Воскресенского собора 1837-1843 год. Красноярский краевой архив, фонд 559 опись 1 дело 9
Метрическая книга Красноярского Воскресенского собора 1848-1851 год. Красноярский краевой архив, фонд 559 опись 1 дело 21
Метрическая книга Агинской Николаевской церкви за 1839 год. Красноярский краевой архив, фонд 694 опись 1 дело 181
Метрическая книга Агинской Николаевской церкви за 1857 год. Красноярский краевой архив, фонд 694 опись 1 дело 1108
Метрическая книга Агинской Николаевской церкви за 1857 год. Красноярский краевой архив, фонд 694 опись 1 дело 1108
Исповедная роспись Канского Спасского собора за 1860. Красноярский краевой архив, фонд 592 опись 1 дело 1297
Списки населенных мест Российской империи, составленные и издаваемые Центральным статистическим комитетом Министерства внутренних дел. Енисейская губерния по сведениям 1859 года / обработан состоящим при Комитете Р. Мааком. — 1864. — XLIV, 74 с., [1] л. цв. карт..
М.Д. Северьянов. Присаянье на перепутье эпох: люди, события, факты. - Красноярск, Сибирский федеральный университет, 2015. - 580 с.; с.31