Вот как бывает, Господь протягивает нам Свою руку помощи, дает нам шанс, но лишь немногие пользуются этой милостью. Сама Богородица дала матушке Антонии правило, как вымаливать души нерождённых младенцев.
Аборт это страшный грех, и грех не только матери, но и всех, кто подталкивал ее к убийству, кто отнесся равнодушно и не отговорил, кто поддерживал и успокаивал её, что убить – это в данной ситуации правильное решение. Сюда же относятся и абортивные методы контрацепции. Этот проклятье ложиться на весь род убийц, а сколько таких случаев было в наших семьях? У меня тоже мог бы быть сейчас младший брат (почему-то думаю, что это был именно мальчик) …
Убиенные во чреве дети не идут ангелочками в рай, как это могут подумать некоторые.
Протоиерей Георгий Городенцев: Как мы знаем: «Исповедую едино крещение во оставление грехов». То есть, согласно Символу веры, без крещения нет оставления грехов, в том числе и первородного, который имеют и младенцы. Поэтому, если они не крещены, их души по смерти идут в ад. Эта догматическая истина еще раз подтверждается и изъясняется 124-м правилом Карфагенского собора, которое гласит: «Кто отвергает нужду крещения малых и новорожденных от матерней утробы детей, или говорит, что хотя они и крещаются во отпущение грехов, но от прародительскаго адамова греха не заимствуют ничего, что надлежало бы омыти банею пакибытия, да будет анафема».
Святые (старец Гавриил) и люди побывавшие на том свете видели мучения этих детей в аду. Эти дети не находятся в каком-то «спокойном месте». Святой Паисий Святогорский рассказывал о своем видении:
«Однажды ночью по произволению Божию мне довелось пережить страшное видение. После этого я понял, что такое аборты! Была ночь на вторник Светлой Седмицы. Как обычно, я зажег две свечи и поставил их в две консервные баночки. Обычно эти свечи горят и в то время, когда я сплю. Я ставлю их за тех, кто страдает душевно и телесно – я отношу к ним и живых, и усопших. И вот в двенадцать часов ночи, творя Иисусову молитву, я увидел большое, огороженное каменной изгородью поле. Поле было засеяно пшеницей, всходы едва-едва начали подрастать. Стоя за изгородью, я зажигал свечи за усопших и ставил их на каменную стену. Слева виднелась безводная, безплодная местность – одни скалы и каменистые обрывы. Эта местность, не переставая тряслась от сильного гула, в который сливались тысячи душераздирающих, разрывающих сердце, криков. Даже самый черствый человек, услышав это, не мог бы остаться равнодушным. Страдая от этих криков и не понимая, что происходит, я услышал голос, говорящий мне: «Поле, засеянное еще не начавшей колоситься пшеницей, это усыпальница душ умерших, которые воскреснут. В месте, сотрясающемся и дрожащем от душераздирающих криков, находятся души детей, убитых абортами». Пережив такое, я уже не мог прийти в себя от той великой боли, которую испытал за души этих детей. И лечь отдыхать тоже не мог, несмотря на то что очень устал.
Если евангельскую заповедь нарушает один человек, то ответственность падает на него одного. Однако, если что-то противоречащее заповедям Евангелия становится государственным законом, то гнев Божий приходит на весь народ – для того чтобы его воспитать».
Какова будет участь убиенных младенцев на Страшном Суде? В видении Страшного Суда Григория, ученика святого и богоносного отца нашего Василия Нового Цареградского есть описание того, что ждет НЕ абортированных младенцев, но рожденных и умерших не крещенными; и они также в рай не попали:
«Потом Господь повелел отделить от левой стороны слепых, но ходивших по мановению Божию. На них не было ни печати зла, ни печати добра. Господь посмотрел на них, сжалился с кротостию. На родителей же их грозное обратил внимание, осуждая их, что они не постарались просветить их Святым Крещением. И повелел Господь святым Своим Ангелам даровать им место покойное на полудне, Западе, и несколько причастное наслаждению вечной жизни, но чтобы они не видели лице Божие. Они велегласно прославили Бога: «Всемилосердный Владыко, владеющий жизнию и смертию, благословен Ты и благ, и милосерд, потому что Господь жизни и смерти лишил нас временной жизни неисповедимыми Твоими судьбами, и потому одного просим у Тебя: «Помилуй нас, Господи». — И даровал им Господь малое утешение. Это были некрещеные младенцы. Возрастом все они были одинаковы. Прославили они благость Божию за Его милость и вошли в покой, уготованный им от Господа.»
Поэтому в правиле Матушки Антонии мы нарекаем имя младенцу и «не крестим», но смиренно ПРОСИМ окрестить НЕ РОЖДЕННОГО, но убиенного или умершего во чреве ребенка.
К уже рожденным, но умершим без крещения, это правило НЕ ОТНОСИТСЯ!
Благословляет ли это правило «официальная церковь»? Нет! И полностью игнорируется то, что это правило благословляли святые старцы, окормлявшие матушку Антонию: Кукша Одесский и Амфилохий Почаевский. И просто страшно, КАК это правило хулится, сколько грязи выливается от священников через интернет. Меня поражает, насколько люди не бояться Бога! Вот пишут: «дух злобы явился какой-то женщине в виде Богородицы и дал ей это правило…» Читали ли батюшки о матушке Антонии что-то вообще? Как не страшатся хулить Духа Святого, на весь мир называя Святую Деву «злым духом»!?? Ведь эта хула не проститься ни в сем веке не в будущем!
Я даже не хочу дальше приводить всю эту грязь! Но зато сколько благодатных свидетельств от тех, кто по этому правилу молится!
Мне за годы исполнения этого правила никакие особенные сны не снились. Но было искушение это правило оставить…Я молилась в группе соборно и осенью 2023 года решила из группы выйти. Сначала взяла паузу, мы поехали в отпуск, а потом подумывала перестать соборно молиться вообще (и иногда читать правило самой). В отпуске я как-то зашла в свою группу, а там сестра во Христе пишет: « она (это обо мне) взяла паузу, но давайте наречем и за неё. Мне сегодня приснился сон, что очень неприятная, злая женщина перебирала яйца на лотках и выбрасывала те, на которых стоит 06.08, говоря «испорченные!». Я на сон и внимание не обратила, пока не посмотрела расписание. Давайте не будем ее пропускать, а наречем и за её род.»
И действительно, смотрю я расписание …, а там наши имена и число молитв-поклонов плюс день, когда кто нарекает младенца, за которого потом все соборно молятся, а это был сентябрь, поэтому возле каждого имени стояло: 01.09, 02.09, 03.09….и.т.д. Но! Возле моего имени был прочерк «молитв-поклонов», так как я взяла паузу, а день – 06.08.
Не знаю, как так Админ ошибся, почему поставил мне именно эту дату, но меня это действительно шокировало!
После этого мысли оставить соборное молитвенное правило меня больше не посещали. А молиться самостоятельно, к сожалению, получается очень редко, так что вот так Господь вразумил и направил!
О матушке Антонии были написаны несколько книг. Достать их сейчас непросто. Хочу поделиться отрывками из книги Помяните мою любовь. (В.В. Медушевский. Братство в честь Святого Архистратига Михаила в г. Минске Минской епархии Белорусской Православной Церкви, 2010. )
Эта книга – о схимонахине Антонии (1904–1998), в миру Анастасии Яковлевны Кавешниковой, старице, дарованной людям для укрепления веры.
Родилась будущая старица в благочестивой крестьянской семье, в селе Долгое Данковского уезда Рязанской губернии (ныне Липецкая область). Родилась 12 (25 н.с.) декабря 1904 года – в день памяти святителя Спиридона Тримифунтского чудотворца. На следующий день крестили ее в храме Архистратига Михаила с именем Анастасия – в честь великомученицы Анастасии-Узорешительницы.
Взрослела Настя, подружилась с мальчиком Федей, из богатой семьи. Венчалась с ним Настя на восемнадцатом году жизни. Позже откроет матушка послушнику Афонского подворья, ныне иеромонаху Епифанию: замужество было ошибкой, отклонением от предназначенного пути монашества. Тети-монахини отговаривали от замужества. А еще раньше слепой от детства прозорливый странник Яков Мышинский определил ей: «Твое счастье – лучше не выходить замуж». И что-то непонятное и страшное вторглось в жизнь Анастасии - добрые отношения с мужем внезапно исчезли. «Муж стал от меня уходить». Часто избивал. Пил, мог кнутом хлестануть, и в лесу привязанную оставить, в погребе закрыть. Молва пошла: у Вишняковых что-то неладно. Настя молчала, но люди-то видели ее в синяках. Родным Настя не говорила об истязаниях мужа; потом сами увидели: не просто бьет, а вот-вот жизни лишит. Родила Анастасия двух сыновей, Николая и Василия; не успел родиться третий, младший, Михаил (в ноябре 1929 года), как муж Федор уехал. Но Один ребенок матушки не родился на свет и она об этом очень скорбела и каялась.
Однажды – было это уже в Москве – стояла она в храме Воскресения словущего на улице Неждановой (ранее и ныне – Успенский вражек), пред чтимой иконой «Взыскание погибших». И видит: отвернула от нее Свой лик Богородица. На следующий день рано утром, затемно, приходит она в тот же храм. Попросила знакомого сторожа никого больше не пускать. И на коленях, в уединенном предстоянии пред чудотворным образом Богородицы, горячо, долго плакала о нерожденном ребенке, обильно орошая пол слезами. Кто-то сзади подошел, коснулся плеча. Оглянувшись, видит Женщину в игуменском одеянии и двух монашек, стоящих вдали у свечного ящика. Женщина говорит ей: «Что ты так плачешь? Послушай, я помогу тебе. Есть только три греха, которые не прощаются: хула на Святого Духа, самоубийство, гордость». И рассказала, как надо молиться за убиенных младенцев, указав на икону. Анастасия почувствовала глубокий покой и преисполнилась горячей благодарности к наставнице. Положив земной поклон перед образом Божией Матери, оглянулась. Видит: в церкви она одна. Идет к сторожу: «Кто это был в церкви?» – «Никто сюда войти не мог, все было заперто». – «Посмотри: на плитах пола вот мои следы от дождя, а вот еще кто-то прошел». – «Что ж ты удивляешься, когда здесь лампадки сами собой загораются!» – отвечал тот. Из церкви Анастасия шла утешенная.
Не записав сразу молитвы, данные ей чудесной наставницей, наутро не могла вспомнить в подробностях. Через 3 дня они сами предстали пред ее взглядом с полной отчетливостью. Анастасия исполнила молитвы, дарованные Богородицей. Попросила машинистку распечатать несколько экземпляров, та сделала более тысячи копий. Анастасия едет с ними в Почаев, рассказывает о них духовному отцу Кукше, который благословил ее молиться об убиенных младенцах, раздает женщинам, горящим жаждой покаяния. И сама она до последних дней жизни становится молитвенницей о всех загубленных младенцах. И все больше получает зримых свидетельств благотворности молитв, исправляющих жизнь матерей и их семей, и с большей настоятельностью понуждает к молитве всех, кто может ее понести. Приоткрыл отец Кукша Анастасии и ее будущее. Говорил: будут обвинять тебя в прелести, а ты и мгновения не будешь в ней. Столь ответственные слова говорятся старцами только по извещению свыше. Иначе могут повредить душе.
В годы безверия с 1942 г. по 1946 год Анастасии пришлось пережить все тяготы лагерной жизни (Тагиллаг НКВД). После освобождения она находилась на принудительном излечении «от веры во Христа» в психиатрических больницах. В 1950 году сыну Василию удалось вызволить её оттуда. После этого она открыто посещала храмы, совершала паломничества по святым местам и проповедовала.
В 1948 году отец Кукша вернулся в Киево-Печерскую Лавру и нес там послушание старчества, духовного окормления людей. Здесь, в Киеве, состоялась первая встреча матушки с прозорливым старцем в начале 50-х годов. Дальнейшие проторенные ею пути паломничеств повторяют маршруты перемещений ее духовного отца. Чаще всего посещала она Почаевскую Свято-Успенскую Лавру, куда в 1953 году переводят отца Кукшу. Там же познакомилась она с игуменом Иосифом (в схиме Амфилохием), знаменитым даром исцелений. Старец Иосиф, любивший матушку, постриг ее в рясофор в 60-е годы, оставив имя Анастасии. Наведывалась матушка в Крещатицкий Свято-Иоанно-Богословский монастырь Черновицкой епархии (в него старца Кукшу перевели в 1957 году). С 1960 года местом по стоянного паломничества матушки станет Одесский Свято-Успенский монастырь, где схиигумен Кукша пребывал до своей смерти в 1964 году.
Монашеский постриг Анастасия Яковлевна приняла в 1967 году. С 1971 года, после смерти старца Амфилохия, монахиню духовно окормлял старец Савва (Остапенко). В феврале 1990 года матушка поселяется в Толгском монастыре. В том же 1990 году в Толгском монастыре она сподобляется схимы с именем Антония.
«Господь Бог очень любит молитвы за других, – поэтому монахи, схимники и молятся за весь мир», – говорила матушка Антония Ларисе М. Чада матушки, знавшие ее много лет, заметили в ней перемену после принятия схимы. Раньше центр деятельности приходился на слово. Пропитанное молитвой, оно несло с собой бесценный опыт молитвенной духовной жизни и потому могло помогать и людям. И собирало вокруг толпы людей. Теперь молитва становится абсолютным содержанием жизни.
Господь дал некоторым чадам видеть моменты, когда матушка преображалась. Автору этих строк тоже довелось видеть это чудо. Было это незадолго до её смерти. Священник кого-то исповедовал, матушка ждала своей очереди, ее колясочка оказалась позади меня. Что-то заставило меня обернуться. Увиденное обожгло меня. Лицо матушки светилось, взгляд горел небесной любовью. Она смотрела в сторону алтаря и, возможно, имела видение. Лицо ее сияло не метафорически, а реально – мягким, нежным, как бы матовым, светом. Словно после черно-белого изображения мы увидели цветное. Или словно пелена серости была снята с этого мира и открылось потаенное.
Воспоминания монахини N, Толгский монастырь.
Монастырь Толгский большой, сто человек. С матушкой общались многие, можно сказать, больше половины монастыря – совета спрашивали. А так, чтобы духовно окормляться, – было человек семь.
Она заставляла Иоанна Лествичника читать каждый день. Говорила: у Иоанна Лествичника описана лестница, по которой поднимались все святые отцы. Служение любой страсти увлекает наш ум и препятствует чистой молитве. А молитву нужно сохранять чистою в течение дня. Ведь много преград для нее: глаза у нас как фотоаппарат: щелк-щелк – нащелкали море греха. Уши наслушали море греха. И ты ведь и забудешь в том покаяться. Оно, конечно, как бы не твое. Но ведь ты помнишь: с вожделением смотрел на жену – прелюбодействовал в сердце воем. Вот и наблюдай, что твое сердце говорит на каждый твой помысел. Если сердце туда отозвалось – вот и грех. Ты это записывай.
Так мы стали приходить к матушке на откровение помыслов: что я подумала о сестре, что я подумала в той ситуации. И матушка нас врачевала.
– Этот помысел ты вообще не должна была принимать. Ты услышала диалог и подумала о сестре, осудила ее. А ты должна была этот помысел отогнать именем Иисуса Христа. И ни одну сестру не осудить, ни другую. У сестры есть время покаяться – она покается и выше тебя будет. А ты будешь все время пребывать с бесом, которого приняла в душу.
Когда она видела нашу растроенность, говорила: все у нас троично, так как Господь нас по Своему образу сотворил. И как Бог-Отец рождает Сына и Дух Святый исходит от Отца, так это продолжается и в нас, и надо это восстановить. Новоначальным говорила: духовные законы – незримые. Они вокруг нас. Мы думаем, что только мы живем –вот я живу, ты живешь, другая сестра живет – и вот мы разговариваем, общаемся. Нет, еще есть и духовный мир. Сидим сейчас здесь, а с духовным миром мы тоже связаны. Невидимо. И со злым миром, и с добрым. Благодать Божия врачует человека, врачует разными способами. Господь использует каждую возможность. Он может нас в одно мгновение преобразить, но Господь так не хочет. Он хочет, чтобы ты стала ему родной доченькой, чтобы ты сама Его полюбила, добровольно сама к Нему шла, а не тянулась ко злу, гневу, раздражению.
– Матушка, вот вы видите невидимый мир, а мы нет, вам легко.
– Блаженны не видевшие, но уверовавшие. Вы хотите, как апостол Фома, а награда-то больше тому, кто уверовал сразу по слову.
Детям, которые приезжали с родителями, она говорила: вот на солнышко смотришь, ведь одно же солнышко? Одно, а от него и свет исходит, и тепло. Так и Троица Святая. Она одна, но Отец всегда рождает Сына и от Отца всегда исходит Дух Святый. Не может рождать Сын, только Отец. И Дух Святый исходит от Отца. Не может по-другому. И все это одно целое, вот как солнышко. Матушка говорила похоже, как об этом в книгах пишется, но она это говорила как-то необыкновенно. Я удивлялась: в такой вот сухонькой старушке, немощной, 90-летней, – откуда такое высокое богословие? И речь-то как лилась! Обороты слов были высокие, словно она книгу какого-то отца читала. Нераздельность Троицы так красиво изъясняла, будто закончила Академию Лаврскую. А она жила духом высокого богословия, имела этот опыт.
– Ты в Бога богатей, чтобы в тебе Бог прославляем был. Чтоб Он твоими руками все делал. Чтоб Он твоими устами говорил. Чтоб мысль твоя – была Божья мысль, а не от себя ты говорила. Мы должны жить в Троице.
Матушка это излагала необыкновенно. У меня – простите меня – не хватит такого богомудрия изложить все это так, как она рассказывала.
Говорила: все из одного. Любовь, которая в Троице, и в нас должна быть. Человеку нужно в себе полноту любви обрести. Как Бог устроен, так и мы в Нем, – вот задача монашества: чтобы мы стали такие, как Бог. Господь в Евангелии нас к этому призывает. Будьте совершенны и святы, как Бог. «Вы боги» (по благодати). Вот такими мы должны быть.
– Но не такие «боги», – ты гляди! – не командуй над всеми!! Господь ведь нас не такими сотворил, а вот какими сотворил – мы и должны стать на земле, и собирать в свою котомку не тленные одежды.
Она критиковала католиков за неправильное понимание Троического единства, за то, что будут готовить почву антихристу, будут захватывать наши храмы. – «Ой, как будет трудно на Украине, и у нас будет тяжело, и во всех республиках. И сколько ересей будет и сект!» Монастыри открылись в нашей стране, а благочестия глубокого не было. Матушка сетовала: «Ой, какие вы все равно мирские! Вот пришли вы Господу работать, а с миром никак не расстанетесь, все им живете. А надо вытеснять это, надо, чтобы Господь царствовал внутри нас, чтобы Господь наполнял наше сердце и растворялись мы в Нем, а Он в нас. Сладостен Господь, сладостен».
Вот так заболтаешься с кем-то, а потом: Господи, помилуй. Ведь рассеялся от болтовни ум. Опять начинаешь собирать, возвращаться в беседу с сестрой, говоришь: ну давай мы с тобой уже поговорим о Боге, а не вспоминать прошедшее. Чаще всего вспоминалось в беседах, чем раньше занимался, как жил и прочее. А это повреждает. Матушка за это ругала, говорила: пришел в обитель – все, что осталось за пределами обители, забыть навсегда. И не возвращаться туда умом. Доколе туда будешь бегать умом, не начнешь молиться чисто.
– На службе слушайте сердцем, не ушами. Сердце должно отзываться на молитвы. Захотелось поплакать – и поплачь, захотелось о ком-то помолится – помолись. Но только не вспоминай, что суп у тебя подгорел. Такой помысел отгоняй именем Иисуса. Вот ты в своем уголке стой и отгоняй его Иисусовой молитвой. Читай, читай, сосредотачивайся на сердце, как тебе удобно. Ты можешь даже присесть, когда можно сидеть. Если чувствуешь боль в ногах, то лучше сядь, чтобы твой ум не ушел в ноги, чтобы не занимался твой ум этой болью в ногах. А ты сядь и с любовью молись Господу.
Порой зайдешь к ней. – Ну, ты была в храме?
– Была, матушка.
– Где ж ты была? Пустая вся пришла. Ты ж не молилась. Ты только и думала, что у тебя голова болит, да как тебе то-то сделать, да что ты прочитала – и всю службу ты в таком состоянии была.
А когда стоишь более сосредоточенно на молитве и с песнопениями, которые поются, душа твоя как бы сопереживает, проживает, тогда матушка потом говорит: «Ну вот сегодня, слава Богу, получше, получше…»
– Матушка, на полуночницу опоздала!
– Ну как же ты так? Ты в другой-то раз проси Ангела-Хранителя, чтобы толконул в бочок.
– Как просить?
– Так вот и проси: Ангеле Хранителю, да толкони меня в бочок!
И вдруг от толчка действительно просыпаешься, приходишь к матушке.
А она улыбается: «Ну что, разбудил тебя Ангел Хранитель?»
– Да, матушка, прямо кто-то толкнул.
– Да не кто-то, а Ангел Хранитель. Вот так с ним и живи, с ним как с живым и беседуй.
– А можно так помолиться, чтобы его увидеть?
– Нет, Ангела Хранителя уж увидим, когда душа к Богу пойдет. Ой, как стыдно будет! Как будет стыдиться душа, что она делала на земле, и скорбеть, когда увидит своего Ангела! Он ведь такой красивый! Он же не делает зла! Это мы все зло творим. Ангел-то тебя любит и вразумляет, останавливает нас, а мы все равно делаем.
Пока не освободим сердце от страстей, матушка остерегала: «Рано, рано, рано углубляться вовнутрь. А то можно оказаться вместо Царствия Небесного в сумасшедшем доме. Пока не освободишься от страстей – не будешь иметь чистой сердечной молитвы. Бог туда не вселится. Нужно стремиться к чистоте душевной,
чтобы страсти не руководили тобой. Нет у вас дерзновения к молитве. Вот вы говорите, что любите. Ты пришла в обитель спасаться. Спасаются чем? Первое делание – молитва. Но у вас нет еще такой молитвы. Вы молитесь внешне: бу-бу-бу-бу. Правило отчитали в келье: бу-бу-бу. Ты вышла в храме, читала шестопсалмие, – а чего ж не молилась-то? Ты каждому твоему слову сердцем внимай. И с Богом беседуй, разговаривай. Вот как мы с тобой разговариваем – так и с Богом надо говорить. Вот же Он,– покажет на иконы – вот Он, совсем рядом… Господь везде, ты же это понимаешь? – Понимаю. – Ну так почему не помнишь это? Что он везде и каждую минуту с тобой и во всем тебе помогает? И когда на послушании изнеможешь, пересиль себя, кричи: Господи, помоги!!! Ангеле-Хранителю, помоги мне! Пресвятая Богородица, помоги! И постарайся еще через силу сделать. Сделаешь раз, другой, третий… а потом в тебе будет сила Божия, животворящая. Саможаление в нас велико, нам мешает. А чтобы в духе родиться, надо не жалеть себя. Сказали тебе – иди и весело делай. Молись, и радостно все делай. Жалко себя, свою плоть? Что ее жалеть? Посмотри, какая она дряхлая, посмотри на мои руки. И твои такие же будут. Ты пересиливай себя. Царство небесное нудится. А когда просишь, Господь сразу готов дать просимое, только мы, непокорные, мешаем своей строптивостью сами себе. И нет у нас… умилостивляем мы плохо. Словами просим, а надо просить всем сердцем. Из глубины своего сердца надо просить у Господа. И не требовать, и не роптать, что Господь не подал вам, а верить, что Господь дает все к лучшему спасению. Вот тогда ты потихонечку начнешь свой путь ко Господу».
У сестер бывает превозношение, что ты вот уже в монастыре и как бы уже и спасся, – глупость такая человеческая. А матушка с благоговением относилась к семьям. Старалась их держать молитвой, чтобы Бог всегда в них был. При таинствах, она говорила, идет обожение личности, только человек не может удержать эту благодать. Она радовалась семьям детской чистой радостью. У нас очерствевшие, одебелевшие сердца, мы не воспринимаем благодать так остро.
Она говорила о семейной жизни: «Вы не понимаете, какая сила венца. Кто держал на голове венец и не предал по плоти друг друга, поднимаются на небе выше многих монашествующих. Венчание – таинство. Господь Сам участвует в богосоздании семьи».
– Матушка, а вот вы с супругом?
– Ну ты же знаешь, ведь он изменил.
Она очень переживала за первого своего супруга, молилась о нем. Я спрашиваю: Вы-то там будете вместе? –«Нет, он будет ниже меня». Крепко молилась она и о детях своих.
Матушка очень любила, когда с ней так общались мысленно, без слов, когда сядешь возле нее, и просто так посидишь, прижмешься к ее коленочкам, сидишь молишься, а она все за тебя сделает. И ты выходишь от нее такой окрыленный, ты готов горы свернуть, всех обнять, перецеловать, всех любить и весь мир любить. Она нас учила молчанию. Говорила: чтобы быстрее освободиться от своего ветхого человека, нужно научиться молчать.
Много дорог у Бога к сердцу человеческому, чтобы раскрыть его, чтобы человек стал жить Богом. Бог все использует, в орудие свое превращает. Нужно только наше смирение. Человек должен быть кроток и смирен. Не только пред людьми, а перед тем, что называется крестоношением. На каждый день Бог все попускает. Нужно это терпеть, переносить с благодарением и не роптать на свой крест. И тот, кто так вот мудро взял этот крест, он его вот ТАК! – несет. Как ЗНАМЯ. – А он вот ТАК идет. Вот ты ТАК со крестом и иди напролом!! (Монахиня N, подражая интонации старицы, поизносит эти слова с необыкновенной отвагой, подъемом, с победной силой, мужественно и торжествующе).
.......
Из воспоминаний Ольги М.: «Была в жизни Анастасии Яковлевны область, где нападения дьявола были особенно мучительными. Начал он мстить матушке через младшего сына Михаила. Тонкий музыкант, талантливый художник, принялся он вдруг пить, а в пьяном состоянии избивал мать. То, что это не Михаил зверствовал, а через него шла брань, было очевидно для всех.
2 июля 1994 года, матушка находилась уже в монастыре на Толге. Говорит келейнице: «Нонна, смотри: Мишу понесли... Ну, что же ты не видишь?!» Племянницу попросила: «Аня, закажи о Михаиле. Пусть Господь простит его. Я его замолю. Все это не он действовал. Это продолжение оттуда. И не от Федора». Мы теперь ясно понимаем, откуда оттуда, – что матушка имела в виду.»
Матушка также говорила, что полезно для души подавать в храме на поминовение кроме своих родственников также и за родителей святых угодников Божиих: родителей преподобного Серафима Саровского – Исидора и Агафию; святителя Николая – Феофана и Нонну; святителя Иоасафа Белгородского – Андрея и Марию; супруга блаженной Ксении – Андрея; родителей святого праведного Иоанна Кронштадтского – Илию и Феклу; родителей преподобного Феодосия Кавказского – Феодора и Екатерину; родителей схиигумена Саввы – Михаила и Екатерину.
Примеры матушкиных благословений полезны всем. У новоначальных матушка снимала внутренние барьеры в вере, истекающие обычно из гордости житейской. Заходит муж Анны О. к матушке, а поклониться ей не может – гордыня не позволяет. Анна вспоминает:
Тут матушка и говорит: «Как я по тебе соскучилась, иди, я тебе ручку поцелую». Тот сам упал перед матушкой на колени и взял у нее благословение: «Матушка, да я такой грешный!» Потом с восхищением говорил: «Какие же у нее глаза, ну не могут быть в таком возрасте – такие глаза!»
Глаза матушки, точно, поражали всех. Как самое большое откровение автор этих строк увозил с собой в Моску после первой встречи с матушкой. «Таких глаз я не видел никогда, – говорил и Садакацу Цучида. – Поразили меня матушкины глаза, их трудно забыть, они прямо в душу заглянули».
Из воспоминаний Ирины Р: «Стал мне все чаще вспоминаться мой умерший в 1985 году двоюродный брат, с которым мы вместе росли. Возникла такая жалость к нему, как будто он просил моих молитв. Родители его были коммунистами, дали ему модное тогда имя Роберт и, конечно, не крестили. Но неожиданно я вспомнила, что в детстве с ними жила его верующая бабушка, и появилась надежда: может, она крестила его втайне от родителей? Поехала с этим к матушке Антонии. Она ответила положительно: «Крещен!» – «А как же мне его поминать, ведь у него имя неправославное?» Тут матушка вдруг «ушла» – погрузилась в такую глубокую молитву, что было ощущение полного отсутствия ее в келье (тело здесь, а ее самой, т.е. души, нет). Так продолжалось минуты 3–4, в келье было тихо-тихо, келейница и мы замерли, затаили дыхание. Наконец матушка «вернулась», вздохнула и выдохнула: «Василий». Это было непостижимо: как из глубины лет ей стало известно, с каким именем крестили брата?!»
В последние годы жизни матушка вышней силой все чаще переносилась в небесные селения – даже во время бесед с духовно близкими людьми. С одинаковой твердостью и чувством непререкаемой достоверности говорила матушка о прошлом и будущем, о здешнем и потустороннем. Обладая даром различения духов, видела их действия и в людях. Когда матушке под конец ее дней разрешат принимать людей только на улице, на ветру и холоде, и когда после долгих бесед она будет очень уставать и даже болеть, ее прямо спросили чада: может быть, теперь принимать ей только тех, кто всегда к ней ездит, а новых людей не надо, так как сил у нее мало? Матушка твердо ответила: пусть приходят к ней все, она для всех и никому не хочет отказывать.
Боль России и мира матушка принимала как свою. Последнее ее письмо духовной дочери, которое нам переслали, словно громом поразило ее чад. В книге А. Трофимова оно не было опубликовано, ибо мы боялись неправильного истолкования. Схимница плачет о мире, о его тяжком состоянии, которое ей было ясно открыто, – то есть о нашем состоянии. Только нужно духовно понимать ее слова: «Плохо, плохо, плохо... Хлеба нет»...
Под конец ее жизни, в 1996 г. матушку перевели в Малоярославецкий Черноостровский Свято-Никольский женский монастырь. Матушке, имевшей великий дар прозорливости, были с самого начала открыты испытания, которые ее ожидали в Малоярославецком монастыре. («Тюрьма» – было первое ее слово, непонятное тогда, по прибытии). Очень желала она, чтобы небесная любовь, наполнявшая ее, пролилась на насельниц монастыря, чтобы девушкам было разрешено ходить к ней, дабы дарованные ей благодатные дары не были украдены у них, ибо их души остро нуждались в небесной пище. Но притом ясно знала она: не будет того.
Была и непосредственная, конкретная причина переезда. О ней мы узнали в 2008 году от монахини N, окормлявшейся у матушки в Толгском монастыре. Решение исходило от келейницы матушки, служившей ей с преданной любовью. И матушка ответила взаимной жертвенной преданностью: поехала с ней на новое место своих подвигов, видя, что та погибнет без нее пред лицом тягчайших искушений.
В январе 1998 года келья Матушки закрылась для посетителей. После двух прошений духовных чад архиепископу Калужскому и Боровскому Клименту матушке разрешили принимать людей в храме и на улице. И некоторое время матушка, действительно, говорила с людьми в храме – после окончания службы. Потом запретили принимать и в храме. И тогда 93-летняя больная старица, мучимая кашлем, стала принимать их на улице, порой на пронизывающем холодном ветру. Это была ее Голгофа.
В дальнейшем условия жизни ухудшились, ее переселили в другую келью. Пребывая в непрестанной молитве, она все переносила с кротостью, смирением и терпением. По рассказам келейницы, так бывало часто. Сидит матушка, молится, а потом говорит: «Давай одеваться». – «Матушка, кто-то приедет?» – «Да уж кому приехать?» – а сама собирается. Выезжаем в коляске – и, действительно, тут же подходят к воротам гости.
Сбывался пророческий сон матушки «о важных овцах». Станут они говорить чадам матушки: «Зачем вы к ней ездите? Нужно ездить к тем, к кому благословляется ездить». А матушка, которую благословили принимать и благословлять людей Святейший Патриарх Пимен и ее духовные отцы, усердно молилась о гонящих.
Послушница Нина из Малоярославца писала о матушке:
Прочитала книгу о матушке Антонии, и стало очень горько и больно за то, что в течение трех лет я прожила бок о бок с ней в Малоярославце и ни разу к ней не подошла, ни разу не обратилась за молитвенной помощью. Но видно, по грехам моим так было.
О матушке Антонии мне лично рассказать нечего, так как я не общалась с нею. Но вот со стороны видела, как ее не любили и гнали. Вновь пришедших предупреждали сразу: со схимонахиней Антонией не общаться, потомучто она в прелести. Мне очень нравилась ее келейница – матушка Неонилла. Нам, сестрам, говорилось всегда, что они не слушаются и поэтому пойдут в ад. Часто матушке Неонилле нужна была помощь в уходе за матушкой Антонией, и она звала нас пересадить ее или подвинуть. Но когда настоятельница узнала, что я там бываю, то сильно ругала, и под страхом снятия рясы и подрясника не благословила даже близко к ним подходить, дескать, пусть разбираются сами.
Схимонахине были открыты обстоятельства ее смерти. Из воспоминаний Валентины С.:
«Когда-то давно, провидя свою смерть, матушка сказала: «Меня будет отпевать отец Геннадий». Священник, носивший это имя, очень почитавший и любивший схимонахиню Антонию, знал об этом предсказании и потому боялся навещать ее, болевшую в то время. А матушка расспрашивала о нем, звала. В один из моих приездов к матушке, в январе 1997 года, она попросила меня передать, чтобы он к ней приехал. Я открыла ей его опасения. Матушка ответила: «Пусть приезжает. Все будет хорошо. Пусть причастится и приезжает...» Он приехал и все было действительно хорошо. А позже, на похоронах матушки, келейница Неонилла сказала мне: «Передай отцу Геннадию, что матушку отпевал священник Геннадий. Он у нас в монастыре совсем недавно». Так сбылось предсказание матушки: ее отпевал батюшка с таким же именем».
Матушка отошла ко Господу 11 октября 1998 года, в день своего небесного покровителя, прп. Антония Киево-Печерского (в числе Киево-Печерских святых).
В день похорон, в 10 часов утра, один из нас позвонил Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II по АТС-2 и сообщил о кончине матушки. Святейший просил передать духовным чадам, что будет молиться о ней 40 дней и уже на следующий день Покрова Пресвятой Богородицы помянет ее в храме Василия Блаженного.
От каких только болезней не исцеляла матушкина молитва! Но прежде всего старица указывала на смысл болезни, часто связанной с грехом детоубийства. Чужие грехи аборта матушка принимала как свои. К абортам матушка причисляла и выкидыши.
Видела матушка не только сам факт аборта, но и то, что стоит за ним – страшные, хотя и невидимые самим людям повреждения их жизни. Не может грех аборта остаться без последствий, никак не повлиять на духовную жизнь самой души и окружающих людей. Всякое уменьшение благодати одновременно умножает права дьявола в жизни человека. На согрешивших грехом аборта женщин (и мужчин, и всех склонявших их к нему) получает дьявол расширенные права и возможность мучить: как убийц. Матушка ясно это видела, говорила людям. И это знание о бесовском человекомучительстве, развязываемом грехом аборта, и одновременно видение путей покаяния и освобождения людей силой Божией из дьявольского плена, а также восстановления и возрастания в любви Божией, все покрывающей, исправляющей, преображающей – самое важное, что дает нам опыт ее старческого окормления согрешивших.
Молитва за младенцев сказывается на их загробной участи. Существует прямая связь между мерой молитвенной покаянной любви, принесенной Господу за убиенных младенцев, и их состоянием. Матушка каким-то образом чувствовала это состояние, соответственно и глубину покаяния родителей, – и иногда заставляла повторить молитвы и земные поклоны, и, конечно же, требовала не оставлять молитвы о детях и всю жизнь. Исправление жизни у тех, кто с покаянием сердечным принес ко Господу молитвы о детях, говорит о том, что угодны эти молитвы Богу. Выправлялось и внешнее, и внутреннее. Улучшались обстоятельства: исчезали болезни, умирялись отношения в семье, переставали пить мужья, дети становились послушными... И многим открывался путь внутреннего духовного преуспеяния.
Многим матушка говорила, что покаянные молитвы о младенцах – только начало, а молиться с плачем нужно всю жизнь. «Господи, помилуй чад моих, умерших во утробе моей. Господи Иисусе Христе Сыне Божий, ради Твоего милосердия, за веру и слезы мои окрести их в море щедрот Твоих и не лиши их Света Твоего Божественного». «Всю жизнь кайся и плачь до самой смерти», – говорила матушка Тамаре К. Зато какое ободрение для кающихся – слова матушки на видеопленке: «Так мне было сказано: кто будет молиться за аборты – понимаешь или нет? – тот спасется, спасется!!»
Было дано матушке в откровении о молитве: поминать души загубленных детей по имени, данному каждому из них матерью или другим молящимся, – по святому мужскому имени. Реальный пол ребенка значения в данном случае не имеет – он нужен лишь для земной жизни, а бестелесные души, подобно ангелам. Говорили некоторые, будто матушка устанавливает «чин крещения младенцев». Нет этого. Где совершительные слова: «Крещается раб Божий»?! В дарованных матушке келейных молитвах содержится лишь смиренная просьба о крещении. Что же плохого можно усмотреть в смиренной просьбе? Или в нас говорит злоба? Почему мы не желаем спасения младенцев? Не верим любви Божией? Почему не молиться о младенцах?! Кто это сказал? Это голос дьявола.
Остановить дьявольскую бурю беснования, ведущую к вымиранию народов, отрекшихся от Христа, совершенно невозможно без молитвы любви о младенцах, открытой Пресвятою Богородицей. Начинать нужно с тайны тайн в жизни общества – с восстановления Христовой любви.
(Из книги: Помяните мою любовь)
Матушка Антония, моли Господа Бога о нас!
И правило схимонахини Антонии о вымаливании нерожденных младенцев – истинное, верное, данное ей самой Богородицей всем нам во спасение! Богородица по милости Божией дала нам возможность исправить свои страшные ошибки! Существует столько свидетельств о благодатности этого правила! Р.Б. Наталья видела при своем посмертном опыте этих детей, вымоленных по правилу матушки Антонии, послушайте её расказ («АД .... МЫТАРСТВА Мытарства Наталии . Экскурсия по аду часть 2 из 2»).
И да просветит, да укрепит нас всех Господь!
