Помните спич мачехи из сказки "Морозко":
"Я Марфушеньку сватаю, сватаю, а все смотрят на Настьку проклятую".
То же самое могу сказать и о Долиной: ее отменяют, отменяют в Дзен, а на ее концерты все ходят и ходят. И мало того, что ходят, раскупают билеты как горячие пирожки: сначала года певица в три раза увеличила концертную детальность, пишет life.ru.
Неужели нужно сказать Полине Лурье "спасибо" за это?
Когда аншлаг - это "по-нашему"
Казалось, что начало года для Ларисы Долиной выдалось самым плохим за надцать лет: билеты не покупают, а пользователи Дзен злорадствуют.
Но что это? На календаре конец января и вуаля - концертов в три раза больше, чем обычно. График плотный: Кремль, Домодедово, Таганка, юбилеи коллег, спектакли, сборные вечера.
Концертная детальность выросла почти как январские коммунальные платежи:
Народная артистка России «активизировалась», «вернулась к зрителю», «много работает». А как же ее отмена? И вот тут начинается самое интересное: сцена в России — это не только про искусство, а про способ быстро и легально закрывать дыры в семейном бюджете, особенно если ты обладатель бренда "Долина" с соответствующими связями.
Первое сольное выступление 27 января в московском баре Petter выглядело как разведка боем. Камерная площадка, вокал «Долина Band», билеты по 9,5–15,5 тысячи рублей.
Дальше - по накатанной: концерт «Юбилей в кругу друзей», Кремль 2 февраля, памятный вечер к 55-летию «Офицеров», потом юбилей Дениса Майданова, снова Кремль, снова ценовой коридор «на любой кошелёк».
А вишенка на торте — пять спектаклей «Суини Тодд» на Таганке, где максимальная цена билета доходит до 15 тысяч рублей.
А еще иск к Лурье за коммуналку на 1,5 млн рублей и решение жилищных вопросов.
В итоге счет на табло. Почему так? Когда жизнь подкидывает тебе Полину Лурье, суды, выселения и публичные разборки, ты либо уходишь в тень, либо идёшь ва-банк.
Долина выбрала второе. Никаких пауз, никакого «переждать». Максимальная монетизация имени, пока оно на слуху. Цинично? Да. Эффективно? Более чем.
При этом публика, как обычно, разделилась. Одни пишут:
«Молодец, работает, не ноет».
Другие отвечают:
«Почему не отменяют?».
Ответ просто: сцена в России по-прежнему остаётся для своих: ты ее в дверь, а она в окно.
Можно сколько угодно говорить о творческом порыве, любви к зрителю и «жажде сцены». Но за кулисами всё честнее: спасибо, Лурье. Без этой истории концертная детальность вряд ли выросла бы так бодро. А зритель… зритель, как обычно, оплатит. Он, как бы это грустно не звучало, то самое дышло - куда повернул, там Долина и спела на бис.
Ура, товарищи! Ура!