Наш взгляд на мир — результат личной истории. Личные переживания и внутренний опыт рисуют индивидуальную картину мира. Эта картина постоянно обогащается, наполняется новыми подробностями, корректируется под воздействием нового жизненного опыта, полученных знаний и умений. Но бывает так, что жизнь застывает и взгляд на мир остается неизменным. Человек превращается в пленника прошлого, запечатленного детскими глазами.
Детское восприятие действительности
Мир маленького ребенка — это он и его родители. Здесь царит чувство зависимости, уязвимости и неуверенности. Ожидания и одобрение окружающих формируют основу восприятия самого себя. Постепенно в жизни ребенка появляются другие значимые люди: родственники, воспитатели, учителя, сверстники... Ребенок впитывает отношение к себе, полагаясь на поддержку и заботу, надеясь заслужить любовь и признание.
Но порой события оставляют глубокие раны, превращающиеся в тяжелые шрамы на душе, оставляющие следы навсегда. Если на этапе детства образовались травмы, то они захватывают психическое пространство ребенка и не дают повзрослеть. Происходит эмоциональная остановка. Картина мира застывает, человек растет, но эмоционально остается ребенком.
Душевные травмы словно завладевают сознанием, лишая возможности двигаться дальше. Такой человек оказывается в ловушке детских иллюзий, ожидая любви и принятия от тех, кто некогда был центром нашей вселенной. Это состояние не позволяет развиваться, становясь источником постоянного стресса и недовольства собой и миром вокруг.
Уже можно самому принимать решение, делать выборы, но он все еще ребенок. В своей картине мира он зависимый и неспособный выдерживать тяготы взрослой жизни. Даже если нет рядом требовательной мамы и строгого учителя, он проецирует детские образы на окружающих людей и чувствует свою зависимость.
Настоящая взрослость
Состояние взрослости — это способность перерасти и переработать детский травматический опыт. Это дает возможность расширить свою картину мира. В такой картине мира другие уже не могущественные и великие, а равные ему. Через осознание равенства с другими приходит ощущение собственной ценности и уникальности. Человек перестает ожидать совершенства от окружающих, понимая, что все мы имеем право на ошибки и слабости. Люди перестают восприниматься исключительно сквозь призму обид и разочарований, рожденных детским взглядом.
Взрослая позиция открывает глаза на собственное внутреннее состояние. Она учит признавать существование разных сторон личности, понимать собственные потребности и желания, чувствовать глубину собственных переживаний. Теперь появляется возможность взглянуть на ситуацию иначе, принять реальность такой, какая она есть, отделить себя от других.
Маскарад взрослости
Если человек застрял в травме, он не чувствует ресурсов повзрослеть. Он вынужден надевать маску взрослости. Спрятавшись за маску, можно не признавать свою детскую боль. Внешняя уверенность и социальная успешность могут скрывать внутреннее ощущение детскости. Такая маскировка лишь временно прячет истинные проблемы, создавая иллюзию взрослости.
Под воздействием сильных эмоциональных переживаний эта хрупкая конструкция рушится, обнажая спрятанные страхи и сомнения.
Путь взросления
В душе травмированного ребенка существуют части, которые отделены друг от друга (расщеплены). Травмированный человек, находясь эмоционально в одной из своих частей, другие проецирует на других людей. Ему трудно отделить себя от других, поэтому он то жертва, то контролер; то спасатель, то тиран; то великий и могучий, то ничтожен...
В процессе взросления мы начинаем замечать в себе разные части. Мы видим в себе раннего ребенка, который в поиске поддержки и любви; строгого родителя, который требует и наказывает; взрослого-интеллектуала, который вечно рассуждает, но не решается принять решение; вечного критика себя и других; великого спасателя...
Здесь происходит важное открытие, оказывается, реальные родители и мои внутренние родительские объекты — совсем не одно и то же. Так появляется возможность расколдовать родительские фигуры. Родители — просто люди со своими достоинствами и недостатками, а не могущественные повелители моей судьбы. Можно не страдать, не подчиняться, не прощать и не анализировать их поступки, а тихо отделиться. Внутренние родительские фигуры — это сплав особенностей реальных родителей и субъективного опыта восприятия ребенка. Это результат совместной психической деятельности.
После того как нам удается понять, почувствовать и признать, что родители такие же люди, как мы. Мы начинаем видеть мир более реальным. Это бывает очень болезненно. Приходится признать, что родители не могли иначе или просто не способны были любить, они просто выживали или были больны, любили как могли или не хотели быть родителями. Мы видим их в свете их индивидуальных особенностей, но уже отдельно. На основании этого опыта мы перестаем видеть других людей «абьюзерами», «нарциссами», то есть перестаем навешивать ярлыки, видя сложность каждого человека.
Появляется собственный взгляд на мир, который становится важнее того, что сказали в новостях или что изрек великий эксперт, гуру, начальник, друг. Этот взгляд на мир уже без деления на хорошее и плохое, черное и белое, идеальное и безобразное... Этот более сложный и объемный, но он помогает сделать жизнь более простой и понятной.
Только глубокое осмысление детских ран способно привести к подлинному исцелению. Раны останутся, но это станет опытом, который не может остановить наше развитие. Когда мы начинаем принимать себя целиком, включая и свои слабые места, открывается дверь в мир настоящей взрослости.
Восприятие мира меняется кардинально, теряя черно-белые оттенки, оно приобретает полутона и оттенки, наполненные эмоциями и смыслом. Появляется готовность в принятии полной ответственности за собственную судьбу. Мир перестает казаться местом борьбы и страданий, превращаясь в пространство, где несмотря на невзгоды и неприятности можно жить свою жизнь.