Согласно легенде, 30 января 1487 года в Московии было положено начало одной из самых красивых и узнаваемых православных традиций - перезвону церковных колоколов. Не просто сигналу или набату, а именно осмысленному, выстроенному звону, где каждый удар - часть общего дыхания храма и города.
Прошло около двух с половиной веков. В 1717 году Пётр I, вернувшись из Голландии, увёз с собой не только корабельные идеи и технические новшества. В городе Мехелен (по-французски - Малин) его поразил стройный, почти музыкальный звон колоколов на сторожевой башне, где колокола играли мелодию, а не просто били время. С этого момента в России такой благозвучный, поющий колокольный звон стали называть на французский манер - малиновым. Не из-за цвета и не из-за ягод, а из-за города Малин, давшего имя красоте звука.
И в тот же самый день, 30 января, но уже 1930 года, Президиум Мособлисполкома и Моссовета запрещает колокольный звон в московских храмах. Формулировка сухая и до боли знакомая: "в ответ на массовые требования со стороны общественных и рабочих организаций". Колокола, веками определявшие ритм жизни города, объявляются шумом, пережитком и идеологической помехой.
