Людмила Назаровна Герасименко, более известная как Люся Герасименко, — одна из самых трагичных и пронзительных фигур среди советских пионеров-героев Великой Отечественной войны. Ей не довелось взрывать эшелоны, стрелять из пулемёта или вести разведку в глубоком тылу врага. Её подвиг был иным — тихим, почти незаметным, но требующим огромного мужества ребёнка. В 11 лет она стала связной минского подполья, носила важные сообщения, прятала листовки, помогала отцу-подпольщику и погибла за день до своего 11-летия, не выдав ни одного имени под страшными пытками гестапо.
Ранние годы. Семья и довоенная жизнь (1931–1941).
Люся (Людмила Назаровна Герасименко) родилась 27 декабря 1931 года в Минске, столице Белорусской ССР. Её отец — Назар Евстратович Герасименко — был известным партийным работником, коммунистом с дореволюционным стажем, активным участником Гражданской войны. В 1930-е годы он занимал ответственные посты в партийном и советском аппарате Белоруссии.
Мать — Анна Ивановна — работала в системе народного образования, была доброй и заботливой женщиной. Семья жила в центре Минска, в типичной для того времени интеллигентной квартире. Люся росла единственным ребёнком, очень любила родителей, была весёлой, любознательной девочкой. Она рано научилась читать, обожала книги, хорошо училась в школе. В пионеры вступила в 1939 году — в 8 лет, носила красный галстук с гордостью.
Люся была обычной советской девочкой своего времени: собирала металлолом и макулатуру для пионерских субботников, участвовала в школьных концертах, мечтала стать учительницей, как мама, или врачом. Никто не мог предположить, что через два года эта хрупкая девочка окажется в эпицентре жесточайшей оккупационной войны.
Начало войны. Оккупация Минска (июнь–июль 1941).
22 июня 1941 года семья Герасименко собиралась на торжественное открытие нового Минского водохранилища (Минского моря) — большой праздник для города. Утром включили радио — и услышали речь Молотова о нападении Германии. Планы рухнули мгновенно.
Минск бомбили уже в первый день войны. Город горел, люди прятались в подвалах. Семья Герасименко не успела эвакуироваться — отец был мобилизован в народное ополчение, но вскоре Минск окружили. 28 июня 1941 года немецкие войска вошли в город.
Назар Евстратович сразу ушёл в подполье. Он стал одним из организаторов Минского подпольного горкома КП(б)Б — одной из самых мощных и эффективных подпольных организаций на оккупированной территории. Подпольщики выпускали листовки, собирали разведданные, выводили людей в партизаны, саботировали немецкие мероприятия, помогали военнопленным бежать.
Люся и мама остались в квартире. Отец иногда приходил тайком по ночам. Девочка быстро поняла: теперь всё по-другому. Нельзя громко говорить, нельзя спрашивать лишнего, нельзя доверять чужим.
Первые поручения. Люся — связная (1941–1942).
Уже осенью 1941 года отец начал привлекать дочь к работе. Люся была идеальной связной: маленькая, незаметная, на неё мало обращали внимание патрули и полицаи. Она выглядела как обычная девочка, которая идёт в школу или к подруге.
Её первые задания были простыми, но уже опасными:
- передавать устные сообщения от одного явки к другой,
- относить маленькие свёртки с листовками,
- предупреждать подпольщиков об облавах,
- наблюдать за передвижением немецких частей и рассказывать отцу.
Люся быстро освоилась. Она придумала легенды: «иду к тёте за молоком», «несу бабушке лекарство». Немцы и полицаи редко обыскивали детей, особенно девочек такого возраста. Это и спасало — и подводило к краю.
Она носила в портфеле или под платьем:
- листовки с призывами к сопротивлению,
- списки явок,
- донесения о передвижении эшелонов,
- медикаменты для раненых подпольщиков.
Отец учил её: «Если схватят — ничего не говори. Даже если будут бить. Молчи — и точка».
Люся молчала. Даже когда однажды полицай схватил её за руку и спросил, куда идёт — она только заплакала и сказала: «Домой к маме». Её отпустили.
Арест отца и эскалация опасности (лето–осень 1942).
В 1942 году гестапо вышло на след минского подполья. Многие связные были арестованы. Назара Евстратовича несколько раз едва не схватили, но он уходил.
Люся продолжала работать. Теперь она была уже не просто «посыльной» — она знала десятки адресов, имён, паролей. Ей доверяли передавать сообщения самого высокого уровня — между группами подполья и даже с партизанскими отрядами.
Она ходила по Минску в любую погоду: в дождь, в снег, под бомбёжками. Иногда прятала листовки в подвалах разрушенных домов, иногда приклеивала их ночью на заборах и столбах.
Отец гордился дочерью, но очень боялся за неё. Он говорил Анне Ивановне: «Если меня возьмут — Люсю надо прятать». Но девочка сама отказывалась уходить: «Я с вами. Я тоже могу помогать».
Арест и казнь (дека.брь 1942)
В декабре 1942 года гестапо провело масштабную облаву. 17 декабря 1942 года арестовали Назара Евстратовича Герасименко. Его пытали в тюрьме на Волгоградской улице (бывшая Волгоградская, ныне — улица Октябрьская). Он ничего не сказал.
Через несколько дней гестаповцы пришли за семьёй. Люсю и маму арестовали 20 декабря 1942 года.
Их доставили в ту же тюрьму. Девочку отделили от матери. Начались допросы.
Люсю пытали особенно жестоко — гестаповцы понимали, что ребёнок может сломаться быстрее взрослого. Её били плётками, жгли сигаретами, выворачивали руки, угрожали расстрелом матери. Требовали назвать имена, адреса, пароли.
Люся молчала. Ей было 10 лет и 11 месяцев.
Она не выдала ни одного человека. Ни отца, ни его товарищей, ни явок.
26 декабря 1942 года — за день до своего 11-летия — Люсю вместе с другими арестованными вывели на расстрел. Её расстреляли в районе тюрьмы или на одном из минских рвов (точное место казни большинства подпольщиков — Масюковщина или Малый Тростенец, но для детей часто проводили расстрелы ближе к тюрьме).
Мать Анну Ивановну казнили чуть позже. Отец был расстрелян в январе 1943 года.
Память и признание.
После войны имя Люси Герасименко стало одним из символов детского героизма в Белоруссии.
- Её имя занесено в Книгу почёта Белорусской республиканской пионерской организации им. В. И. Ленина.
- В Минске установлен памятный знак и мемориальная доска.
- О ней написана повесть Павла Ткачёва «Люся Герасименко» (издательство «Малыш», 1981, серия «Пионеры-герои»).
- Она включена в официальные списки пионеров-героев СССР (наряду с Валей Котиком, Маратом Казеем, Зиной Портновой и другими).
- О ней сняты документальные фильмы и ролики, её история входит в школьные уроки мужества.
- В Белорусском государственном музее истории Великой Отечественной войны есть стенд, посвящённый юным подпольщикам Минска, где упоминается Люся.
Заключение.
Люся Герасименко не стала «классическим» пионером-героем с гранатой в руке или миной под рельсами. Её оружие — молчание под пытками, верность долгу, детская стойкость, которая оказалась крепче взрослого страха.
В 10–11 лет она сделала то, что не смогли сделать многие взрослые: не выдала подполье, сохранила жизни десяткам людей. Её подвиг — в тишине, в слезах, в последнем «я ничего не скажу».
Она не дожила до 11-летия ровно один день.
Но осталась в памяти навсегда — как символ того, что даже самый маленький человек может быть огромным героем.
Вечная память пионерке-героине Людмиле (Люсе) Герасименко.